Книга радужников - Георгий Соловьев

- Дорвельд! До-о-орвельд!! Что это ты там делаешь?

Обернувшись, главный канонир увидел рядом с собой боцмана - тот пристально смотрел на него, держа в руках масляный фонарь, который таскал с собой с самой высадки.

- Ты никак собрался воровать у наших союзников? А ты что, не слышал, что капитан твердит всё время? Или, может, тебя мама не учила в детстве, что нельзя брать чужое?

- Что ты ко мне пристал, старый краб? Ну, подумаешь, взял на память один камешек? Что тут такого? Драконы не обеднеют - вон тут сколько этих безделушек!

- Ладно, я тебя прощу, больше того - ничего не скажу Капитану о твоем проступке! Только вот что - брось-ка ты эту стекляшку тут! Что медлишь? Или тебе плетей хочется? Да, давненько на нашем борту я не слышал визга "семихвостых ведьм"!

Слова Лабстердага подействовали - Дорвельд опустил голову, помялся на месте, а потом махнув рукой, бросил камень под стену.

- Вот и чудненько! Вот и молодец! Хорошо, ступай вперед, а я пойду сзади да прослежу, нет ли за нами хвоста - не хорошо, знаешь ли, если враги дадут нам в зад в самый неподходящий момент, хе-хе! - довольно ухмыляясь, сказал боцман, достал из-за пояса абордажный двуствольный пистолет и взвел курки, при этом оглядываясь в темную пустоту позади. Дорвельд подчинился и поспешил нагнать остальных. Через минуту- другую Хизго подобрал с пола пещеры камень и засунул его в потайной карман, пришитый к подкладке его камзола. Он достал свой нож и с ловкостью портового воришки вытащил за несколько секунд из разных мест стены еще несколько мелких камешков. Уже на ходу он упрятал их в тот же карман, что и первый камень, потом поднял факел, брошенный главным канониром и спокойно пошел вперед быстрым шагом. Из отряда никто, даже Дорвельд, не заметил, как боцман присоединился к остальным.

Между тем, путники оказались в низине, один из пологих склонов которой подходил к подножию Высоких гор. Трава тут была тоже низкорослая, точно подстриженная. Налево находились высокие и крутые скалы, стеною примыкавшие к остальному горному массиву. Направо низина продолжалась насколько хватало взгляда, только травяного покрова там не было, а почва лежала лишь отдельными островками, поверх мелкой гальки. На этих островках земли то тут, то там попадались отдельные деревья, удивительно крепкие и высокие, учитывая то, что росли они на не слишком большом слое земли. Но и тут картина природного покоя и умиротворения нарушалась чужеродным для нее знаком - в дали в небо поднимался столб дыма. Капитан молча указал рукой на этот дым, а Нетерлих покачал головой в знак согласия. Раминос, ненадолго остановившийся, посмотрел вперед и, ничего не сказав, продолжил движение. Его лицо делалось всё более мрачным и серьезным, чем ближе группа подходила к возможному источнику огня.

Еще полчаса путешественники затратили на дорогу до двух высоких деревьев, что росли по краям низины. Здесь, у их корней, возвышались два гранитных обелиска. На их гранях, обращенных в сторону выхода из пещеры были нанесены по одному большому символу. Веренд и Нетерлих приблизились к камням и внимательно осмотрели символы. Кнаус даже извлек из внутреннего кармана небольшую лупу в кожаном футляре, которой и воспользовался для осмотра непонятных изображений.

- Что скажете, брат! Вы видели когда-нибудь что-либо подобное? - спросил ученый монаха.

- К сожалению, ничем не могу Вам помочь, уважаемый Кнаус! Мои познания в иных языках тут бесполезны! Впрочем, подозреваю, что эти обелиски очень древние, еще более древние, чем самый старый из известных мне так называемых мертвых языков. И еще: те, кто оставил эти камни здесь, сделали это неслучайно! Возможно, раз до пещеры для островитян запретное пространство, то тут содержится предупреждение!

- Вы правы в одном - эти символы действительно очень старые! Однако, что касается их смысла… Это может быть всё что угодно! - последние слова Нетерлих произнес не слишком уверено.

- Ладно, мы идем дальше! Всем быть начеку, по крайней мере до тех пор, пока не выясниться, что здесь происходит! - приказал Капитан.

Вскоре отряд приблизился к месту, где горный кряж, под которым и пролегала Пещера Звезд, делал поворот на восток - северо-восток, а потом смыкался с Высокими горами, где-то на северо-западе. Таким образом, в окружении гор находилась плоская долина, все так же покрытая островками зелени, когда как все остальное пространство было покрыто галькой, только чуть более крупной и не такой обкатанной, как встречалась раньше. Когда первые из путников вошли в долину, они были поражены увиденным: там царил хаос разрушения. Во-первых, у самого входа находилось несколько поваленных деревьев, причем их стволы были сломаны, как сухие прутики. Рядом лежало несколько мертвых иомангов. Во-вторых, что бросилось в глаза - сгоревшая роща из молодых деревьев у дальнего края долины. Именно оттуда поднимался дым - очевидно, какие-то древесные остатки продолжали еще тлеть. Всё остальное выглядело еще более ужасным.

На пространстве между зелеными "островами" имелись довольно высокие кучи гравия, укрепленные тонкими ветками и прикрытые сверху "подушками" из сорванной травы и мха. Это-то и были, наверняка, гнезда драконов. Как показывали следы, побоище развернулось между ними, а иногда даже и на самих гнездах. Иоманги, скорее всего, сумели прорваться сюда и кинулись разорять драконьи кладки, однако обитатели долины не хотели сдаваться так просто. То тут, то там лежали мертвые взрослые и молодые радужники, а вокруг каждого из них валялось по нескольку десятков тел убитых ими врагов. Да, это была схватка не на жизнь, а на смерть! Моряки рассредоточились и обошли всю долину, однако никого из живых им найти не удалось, ни людей, ни драконов.

Ритерго, проходя мимо одного, особенно крупного пустого гнезда, заметил, что на его склоне лежит толстое поваленное дерево. Он так же заметил, что куча камней, из которой гнездо состояло, примыкает к обрыву на склоне отрога Высоких гор. Поваленное дерево, как он увидел, подойдя поближе, прикрывало собой какой-то темный провал, к которому спускались вьющиеся растения и корни кустов и трав с края обрыва. Он позвал себе на помощь остальных. Общими усилиями моряки смогли кое-как отодвинуть древесный ствол на столько, что стало возможно заглянуть внутрь темной пустоты. Хизго, как оказалось, не совсем загасил свой фонарь, так что стало возможным изготовить факелы и проследовать внутрь.

Как и следовало ожидать, это оказалась пещера, причем, еще выше и шире, чем Пещера Звезд. Переход в темноте, правда, на этот раз длился совсем недолго. Выход же из пещеры преграждали заросли густой травы, длинные и жесткие стебли и листья которой гнулись и ломались с большим трудом, к тому же, об них можно было легко порезаться. Миновав, впрочем, без особых потерь это досадное препятствие, моряки оказались под кронами высоких деревьев, которые плотно обступали широкую тропу с двух сторон. Оглянувшись назад, они заметили, что эта тропа как раз и заканчивалась зарослями жесткой травы. А впереди плотные заросли скоро и неожиданно расступились - все зажмурились от того, что внезапно попали на открытое и ярко освещенное пространство.