Татьяна Викторовна - Серж Славасаб

тем, как я облизал дочиста миску, они оделись и ушли на работу. Я же освободил все шкафы, в один, маленьких, сложил все свои вещи — чулки, платья, юбки, лифчики, туфли… Свою парфюмерию убрал в пакет и положил за унитаз. Сделал всё, чтобы ничто не напоминало Тане о моём присутствии, как она и приказывала. Немногочисленную мужскую одежду убрал на антресоль — вдруг пригодится. И приступил к генеральной уборке — работы много, нужно успеть до прихода Хозяев!

XXX НОВЫЙ ЖИЛЕЦ

Жизнь шла своим ритмом. Обычный будний день выглядел так: утром я готовил Тане с Романом завтрак, потом меня кормила завтраком Таня, очень часто, «для вкуса», добавляя из использованной резинки семя Романа. Затем они уходили на работу, я перемывал всю квартиру, вечерами Таня с Романом возвращались, ужин уже был готов, они ели, кормили меня и удалялись в комнату. На ночь я стирал их нижнее бельё и развешивал в ванной на батарее, своё стиранное бельё вешал за дверью в туалете, где было много труб, чтобы не вызвать гнев Тани. Постельное бельё и верхнюю одежду я стирал в стиральной машине. По выходным Таня с Романом либо отдыхали дома, при этом иногда выгоняя меня, либо уходили куда-то сами- в гости либо в клубы, а я же занимался уборкой.

Через месяца два такой размеренной жизни раздался телефонный звонок.

— Слушаю Вас! — ответил я.

— Таню позови! — в телефонной трубке раздался голос Лены.

— Слушаюсь, Великая Госпожа Елена Анатольевна! — ответил я и постучал в дверь первой комнаты.

— Что тебе? — крикнула Таня.

— Величайшая Госпожа Татьяна Викторовна, Вам Великая Госпожа Елена Анатольевна звонят, — через дверь сказал я.

— Хорошо, сейчас подойду, — крикнула она и, выйдя в коридор, где я её встречал, пригнувшись к её ногам, добавила: — Чтобы завтра телефон был в каждой комнате! И купишь радиотелефон ещё!

— Алло! Да, привет! Нормально!.. Да, конечно, можно! Когда? Конечно, давай, ждём! — говорила Таня в телефонную трубку.

— Иди за мной! — приказала Таня, и я пошёл за ней в комнату.

— Ром, ты не будешь против, если у нас Лена поживёт немного? — спросила она у Романа.

Мне стало немного обидно. Обидно за то, что она спрашивает разрешения у Романа. Ведь квартира моя и я ей разрешил делать всё, что она захочет- захочет, пусть подруги приходят, а захотела- так и с любимым человеком стала жить, и разрешения не спрашивала, а просто поставила перед фактом. Впрочем, как и надо вести себя с рабом. Наверное. Но сейчас. С другой стороны, я лишь формальный муж, и Лена может помешать каким-то их планам. Так что смирился с этим фактом.

— Да пускай живёт, жалко, что ли! — ответил Роман.

— Сегодня приготовишь комнату для Лены! — приказала Таня.

— Какую прикажете приготовить, Величайшая Госпожа Татьяна Викторовна? — спросил я.

— Ту, что ближе к коридору! Чтобы мы не мешали ей ночами! — ответила Таня, посылая улыбку и манящий взгляд Роману, — А сейчас пошёл вон!

Я послушно вышел в коридор и ждал дальнейших указаний.

Через час пришла Лена. Из разговора, что доносился из-за двери, я понял, что она поссорилась с родными, и хочет немного пожить у нас. Таня мне приказала постелить на кровать для Лены новое постельное бельё. До вечера они проговорили о чём-то своём, а вечером стали готовиться ко сну. Всех, кто шёл в душ и умываться, я встречал на коленях, припадая к ногам. И уже готовиться сам лечь на коврик, как открылась дверь комнаты.

— Чтобы к утру туфли были, как новенькие! А с этим сам разберёшься, где чьё! — Таня швырнула в меня какие-то вещи и ушла спать.

Сразу было понятно, что чёрные носки и трусы принадлежали Роману. Их я и постирал в первую очередь. Отвращения уже не испытывал — ведь это приказ Госпожи! Трусики с розовой полоской и сердечком на левой стороне я тоже узнал сразу- Танины вещи я не раз стирал, а, стало быть, светло голубые трусики принадлежали Лене. С колготками тоже проблем не было — несмотря на то, что они были все телесные и одинаковой плотности, уроки, которые преподали Ольга с Евгенией, не прошли даром. Немного вдохнув то место, где недавно были пальчики, я уловил запах, не принадлежащий Тане. Проделав то же самое с другими колготками, понял, что именно этим запахом я дышал всё время, что жил у Ольги. Постирав все вещи я развесил их сушиться по принадлежности к их хозяевам. И лёг на свой коврик, лицом к обуви. И с поцелуев начал чистить Танины туфельки. Надеюсь, Таня это оценит, похвалит, и разрешит припасть к ножкам, когда завтра вернётся с работы. Но утром Таня с Романом, как обычно, но уже с Леной, позавтракав и накормив меня остатками с добавлением «соуса», ушли на работу, и ничего не сказала по поводу вычищенных до блеска туфелек. Я же, после их ухода, снова принялся за уборку, которой прозанимался до самого вечера.

Сначала пришли Таня с Романом, но ужинать не стали — Таня приказала накрыть стол на четверых, и поменять постельное бельё в их кровати и в кровати Лены. Сказала, что будет гость.

Мои надежды не оправдались: гостем был молодой человек Лены, Александр, а не какая-то девушка. Вечером мне пришлось прислуживать им, пока они ужинали- наливать в бокалы вино, приносить и уносить тарелки и еду, и ждать в коридоре, когда пригожусь. Часов в десять вечера сначала Александр, потом Лена, потом Роман и в конце Таня сходили в ванную. Я уже лёг на коврик, как в коридор вышли Таня с Леной и, как только я припал к их ногам, на меня сверху, мне на затылок, посыпались вещи.

— Завтра чтобы всё было чистое и сухое! — приказала Таня.

Я пожелал спокойной ночи Тане и Лене и, как только они ушли, отправился в ванную. С трусиками и колготками Тани и Лены проблем не возникло — Танины вещи я готов был распознать из миллиона! А вот с мужскими трусами и носками возникли проблемы. На свой страх и риск я постирал и случайным образом повесил сушиться.

Утром, перед завтраком, Таня похвалила, что ничего я ничего вечером не перепутал, что я хороший раб. Поэтому они решили, что проведут ещё один эксперимент. После того, как все позавтракали и накормили меня остатками, Таня с Леной завязали мне глаза.

— Открой рот! — приказала Таня.

Я открыл рот и в него, судя по вкусу, влилось из использованной резинки холодное семя.

— Чья? — строго спросила Таня.