Хроники 7 дней - Имран Муса оглы Магеррамов

том, кто исполняет роль «спящего агента» на покоряемой планете, знает только Верховный Правитель, Командующий Сил Вторжения на направлении и сами члены группы.

Для участия в программе отбираются самые устойчивые, лояльные и физически крепкие специалисты и офицеры из различных ведомств армии вторжения. Ключевым критерием является также послужной список, награды, специализация и характеристика с предыдущего места службы.

Группа «Рокулус» держит со штабом командования одностороннюю связь. Оперативники присылают данные о предпринимающимися противником НИОКР в военном секторе, а также отчеты об акциях саботажа. Командование не дает членам группы никаких указаний – их действия полностью автономны.

Для эвакуации члену группы необходимо выдвинуться в известную только ему точку сбора и отправить в штаб сообщение «Рокулус уходит». Это сообщение не будет обрабатываться диспетчером: содержащиеся в послании символы представляют собой ключ для активации спасательной капсулы на боевом корабле, с которого осуществляется связь. С корабля в автоматическом режиме к месту сбора вылетит спасательная капсула. Специалист сядет в нее и также в автоматическом режиме отправится на корабль, где его встретит лично командующий. Он даст оперативнику шприц с сывороткой, вколов себе который специалист вернется в естественное обличие. Процедура эвакуации работает только в случае начала полномасштабной наступательной операции и наличия на счету оперативника не менее 200 успешных акций саботажа. Успешность акции определяется величиной нанесенного противнику ущерба. Если он недостаточно велик, то процедура отменяется, о чем агенту сообщается обратным посланием «Рокулус остается». В таком случае оперативник сможет эвакуироваться, только сдавшись одному из наших патрулей (возможна неадекватная реакция солдат на представителя противника, но за все время действия программы, а это более 300 лет, от огня по своим погибло 10 оперативников).

На Землю в составе группы «Рокулус» было отправлено 270 оперативников. Это было 30 лет назад. Они отправляли разведданные в штаб 1 раз в месяц. Данные автоматически присоединялись к уже консолидированной на момент получения отчета информации.

Таким образом, никто из специалистов отдела стратегического планирования операций не знал о том, что у нас есть еще один канал получения данных. Их информация просто растворялась в общем потоке, словно их и не было. На деле же они вели жизнь, ничем не отличавшуюся от жизни гражданского населения будущего противника: они работали, создавали семьи (мы не стали делать их бесплодными для поддержания правдоподобности их прикрытия; наши генетики сработали настолько идеально, что у специалистов «Рокулуса» от связей с особями противника рождалось вполне здоровое потомство; этих «полукровков» мы разрешали специалистам забирать с собой, поскольку они были идеальными кандидатами на роль новых «спящих агентов»; все наши способности, несмотря на подмену генома, передавались им; оставлять таких детей на покоряемой планете было опасно, ведь они могли стать новыми центрами сопротивления).

Цепочку моих размышлений прервал командующий:

– Но ведь Вы сами отбирали их для Земли. Не думаю, что Вы бы пропустили нелояльных.

– В них я уверен, но в их детях – нет. – Ответил я. – За последние 15 лет мы эвакуировали 150 специалистов и их детей. На текущий момент осталось 120. Как у них с потомством – я не знаю. Возможно, их дети и встали на сторону людей. Им сейчас, в среднем, по 25 лет должно быть.

– Неужели Вы считаете, что все 120 оставшихся агентов завели детей?

– Достаточно одного, чтобы сотворить это. – Ответил я. – Один нелояльный полукровок. А теперь умножьте эти последствия на 100 и представьте, сколько еще таких объектов было сооружено по всей Земле.

– Я не могу выделить Вам поддержку, Тойя. Сожалею. Вы можете запросить обстрел «Звезды», чтобы выкурить их, а потом снять из своего оружия.

– Эти стены слишком крепкие, чтобы пробиться к ним через землю.

– Тогда войдите туда и убейте всех, Тойя. Уничтожьте технологии, всех, кто внутри, и возвращайтесь.

– Принято.

– Конец связи.

Я связался со снайперским постом:

– Как у Вас на горизонте?

– По-прежнему, никаких признаков пребывания людей.

– Неудивительно. Они все в подземном сооружении. Вместе с индорианцами.

– Их много? – Спросил помощник снайпера.

– Очень много. Более 5 с половиной сотен солдат и ополченцев. И у них есть индорианские и наши технологии.

– Каковы указания?

– Нам снова отказали в поддержке и приказали провести зачистку собственными силами. Отсюда очень высок риск не вернуться. Мне нужно знать, могу ли я на Вас рассчитывать.

– Конечно. – Ответил стрелок.

– В любом случае, нас очень мало. Прежде, чем мы спустимся туда, я хочу, чтобы Вы кое-что знали.

– Мы слушаем. – Сказал боец ближнего боя.

– Видите ли, есть вероятность, что когда мы колонизируем Землю, нас не вернут домой.

– Откуда у Вас эти данные? – Спросил боец ближнего боя.

– Я готовил сценарий этой кампании. Оптимальным сроком завершения операции было назначено 7 дней. На последнем военном совете по Земле Правитель спросил меня, сколько еще нужно времени до полной колонизации. Я ответил, что еще 3 дня. Он предложил мне отозвать войска и послать к Земле наш флагман.

– «Деструктор?»

– Да, именно его. Я возразил, сказав, что эвакуация займет 2 дня, а выход корабля на эффективную дистанцию стрельбы – 3. Тогда он предложил мне отказаться от эвакуации и сжечь планету вместе с людьми и нашей армией. Я отказался и теперь я здесь, в чине полевого командира, с Вами. Мы все еще солдаты, мы все еще верны своей Родине, но неважно, доживем мы до победы или нет, нас все равно сожгут вместе с людьми. В такой ситуации любые наши действия, по приказу или нет, абсолютно бессмысленны. Я сражаюсь вместе с Вами не потому, что хочу реабилитироваться и вернуться к семье, а потому, что хочу погибнуть героем, а не предателем, чтобы избавить семью от преследования. Вы спросите, зачем я говорю это Вам. Просто штурмовики всегда пойдут за командиром, потому что это не полноценные солдаты, а бездумное пушечное мясо. Вы же опытные офицеры, и Вам важно знать истинное положение дел. Сейчас Вы имеете все основания уйти в самоволку и перестать сражаться. Я не буду докладывать о дезертирстве, если Вы уйдете. Итак, Ваше решение?

– Вы собрались забрать всю славу себе? – Спросил инженер. – Ну, уж нет. Я пойду с Вами.

– Я тоже – Ответил один из стрелков.

– И я. – Сказал боец ближнего боя.

– Если речь идет о шансе умереть героем, то я тоже с Вами. – Заявил второй стрелок.

– Если я уйду, то кто же будет прикрывать Вас? – Спросил снайпер. – Я тоже в деле.

– Хорошо. Тогда вот мой приказ: снайперу и наводчику оставаться на позиции. Продолжать наблюдение и в случае необходимости оказать огневое прикрытие. Без причины огонь не открывать. Вторую