Скрытой камерой - Сьюзен Андерсон

Стоны ее становились все выше и громче. Она сжала ногами его талию. Напряжение внутри становилось все мучительнее.

– О, Элвис!.. – Дыхание с хрипом вырывалось из груди Эммы. – О, Элвис… Элвис!

Она разразилась потоком французских слов. Ее руки теснее сжали его шею, ногти вонзились ему в плечи, голова откинулась назад, словно тонкая шея больше не могла держать ее на плечах. Пульсирующие мышцы с силой сжали его пенис внутри, и Эмма начала содрогаться в мощном оргазме с тихим протяжным стоном.

Дыхание с шумом вырвалось у Элвиса из легких. Он еще один раз с силой толкнулся в нее, содрогнувшись, излился, издавая низкий стон. Когда затихла последняя судорога, он уронил голову, со стуком ударившись лбом о стену, и сжал Эмму в объятиях с такой силой, что, казалось, сейчас раздавит.

Некоторое время слышалось лишь шумное прерывистое дыхание. Через некоторое время Элвис пришел в себя.

– О черт! Прости, Эмма. – Он поднял голову, взглянул ей в глаза. – Прости. Сам не могу поверить. Обычно мне удается поиграть подольше.

Эмма засмеялась, крепче обняла его за шею:

– Мне так хорошо, Элвис. Не помню, когда я в последний раз чувствовала себя так хорошо.

– Господи.., ты великодушная женщина.

Он начал покрывать поцелуями ее шею и плечи. Все еще держа Эмму за бедра, Элвис отступил назад, собираясь отнести ее на кровать, но тут обнаружил, что не может сделать и шагу. Мешали брюки и трусы, которые он так и не сбросил. И ботинки все еще на ногах!

– Ах, черт!

Элвис с трудом доковылял до кровати, опустил Эмму на постель и улегся рядом, приподнявшись на локте. Нежно откинул прядь волос с ее глаз.

– Я ведь хотел сделать все как надо. Хотел поднять тебя на руки… Помнишь, как Ретт несет Скарлетт вверх по лестнице… Что-то вроде этого. А что получилось на деле! Просто разум потерял!

– Да уж, дорогой! – Эмма рассмеялась низким, чувственным смехом. – Нет, ты все-таки хорош.

Высвободившись из-под Элвиса, она перелезла через него и повернулась к нему спиной, что дало ему возможность беспрепятственно лицезреть ее великолепный зад, оседлала его и начала расшнуровывать ботинки. Потом швырнула на пол, один за другим. Обернувшись через плечо, Эмма поймала на себе взгляд Элвиса. Изумленно покачала головой.

– Удивительно! Ты занимаешься со мной любовью лучше, чем кто бы то ни было на свете, а потом извиняешься за то, что это произошло не на постели, усыпанной лепестками роз. Вот что я тебе на это скажу. – Она повернулась к нему лицом, сняла с себя топик, все еще висевший на плечах, скинула на пол кружевной бюстгальтер и предстала перед ним во всей своей ослепительной наготе. – Сними трусы, радость моя. – Элвис подчинился. Эмма поползла к нему на коленях, оседлала его и указала на протез. – А как быть с этим? Ты не хочешь его снять? Думаю, без него будет удобнее.

Элвис замер. Потом расстегнул ремешки и снял протез, со страхом ожидая, что она скажет по поводу его культи. Однако Эмма лишь молча взглянула на обрубок руки, наклонилась, провела волосами по внутренней поверхности его бедер, низу живота, пенису. Он мгновенно отреагировал. Эмма опустилась на живот между бедер Элвиса, обхватила руками восставшую плоть, погладила, слегка лизнула. Подняла на него глаза.

– Как ты сам только что сказал, дорогой, я женщина великодушная. Поэтому даю тебе еще один шанс. Но после этого не буду слушать никаких извинений. Так что делай все как надо, Доннелли.

Глава 14

– Да, мой дорогой, кажется, я получила хороший урок, – сонно пробормотала Эмма на следующее утро, проснувшись оттого, что Элвис целовал ей шею. – Честно. Больше никогда не стану бросать тебе вызов.

Верно, он принял ее вызов слишком серьезно. Сколько раз у них это было за прошлую ночь? Она потеряла счет. И каждый раз Элвис униженно повторял, что хочет наконец сделать все как надо, просил прощения за то, что он такой недотепа.

Не то чтобы ей хоть что-нибудь не понравилось. Все было так.., так… Нет слов.

И тем не менее Эмма с сожалением оттолкнула ищущую руку Элвиса, отодвинулась от его восставшего пениса, пробивавшегося к ней сзади.

– Элвис, у меня все горит и саднит. Я больше не могу.

– Ш-ш.

Он скользнул к ней под одеяло. Повернул Эмму на спину. Простыни зашуршали. Она ощутила осторожное прикосновение его губ к нежной коже внутренней поверхности бедра. Откинула одеяло, желая посмотреть, что он задумал. Элвис раздвинул плечами колени Эммы и склонился между ее бедер, намереваясь поцеловать другое бедро. Рука его лежала на ее животе, рядом с треугольничком золотисто-рыжих волос.

Он поднял голову. Глаза сверкнули синим пламенем.

– На этот раз только для тебя, Эм.

Ах, Боже, Боже… Что происходит… И что ей теперь делать? Кажется, она влюбилась. И как не влюбиться в этого человека!

Но ведь это может оказаться губительным, в первую очередь для него. Сколько людей уже погибли только потому, что Эмма любила их.

Тем не менее она уже поняла: не стоит и пытаться убедить Элвиса в том, что открытые отношения с ней опасны для него. Он отказался это обсуждать. Но Эмму почему-то это не удивило. У этого человека железная воля, а упрямства хватит на десятерых. Она убедилась в этом, когда Элвис отказался от ее предложения облегчить страдания его возбужденной плоти.

– Все будет нормально, – в третий раз повторил он и отвел руку Эммы. – А тебе и так больно.

Она не понимала этого. Да, Эмма чувствовала такую наполненность, что казалась себе бесплотной. И это все он. А теперь она видела его состояние.

– Ну и что? Немножко неприятно, стоит ли об этом говорить? И потом есть другие способы. Позволь мне как следует поцеловать тебя.

Элвис застонал от предвкушения, но не воспользовался ее предложением. Наверное, это из-за ее слов о том, что у нее все горит и саднит. Скорее всего он хочет наказать себя за то, что ночью перешел все границы.

– Нет!

Элвис решительно поднялся на ноги. Он стоял у кровати, глядя на нее с выражением отчаяния в глазах, которое постепенно сменилось мужским торжеством. Эмма лежала, распростершись на кровати, такая.., насытившаяся.

– В следующий раз мы займемся этим у тебя в комнате, иначе моя кровать развалится.

– Насчет.., следующего раза…

Эмма села, натянула на грудь покрывало, закусила губу. Элвис, потянувшийся за своим протезом, застыл.

– Если ты решила, что это было на одну ночь, даже и не думай.

С суровым выражением лица он пристегнул ремни. Поднял на нее глаза.

– Не смотри на меня так, Элвис. Мне бы и самой хотелось совсем другого. Но есть обстоятельства, которые нельзя не принимать во внимание.