Хозяйка гиблого перевала (СИ) - Александра Самойлова

понимаю. Там даже такая малость подробно описана, — включил свои нравоучения Кузя, а я воодушевилась.

— Помощи прошу, искру я зову… — пробормотала я себе под нос, щёлкая пальцами. И о чудо, небольшой огонёчек появился прямо между сомкнутых пальцев, который совершенно не обжигал, но зато легко воспламенил травку. — Что там дальше-то? — на радостях позабыв все слова, спросила я, тряся рукой, чтобы избавиться от ненужного теперь огонька. — А, вспомнила.

Подняв одну из монеток, я окутала её дымом от благовония и зашептала небольшой заговор. Миг и монетка заблестела, будто её начистили. Сработало?

— А куда мне теперь её?

— Кинь в общую кучу. Так надёжнее будет. И про ещё три не забудь. Надо защитить. Их в разных частях закопай, — подсказал кот.

Кивнув, пошла выполнять нехитрые инструкции. Ещё три монетки, чуть подержав в руках и напитав их силой, как и советовал кот, закопала в разных местах. А после отошла, упираясь руками в бока и выдыхая.

— Ну что, получилось? — спросила я кота, ведь для меня ничего не поменялось.

— Да. Лес тут теперь. Пошли домой. Вдруг уже кто-то пришёл и через перевал перейти хочет, — с воодушевлением произнёс Кузя. Но я его надежд не разделяла. Не верилось, что после сегодняшнего происшествия кто-то придёт. Побоятся.

И я не ошиблась в своих предположениях. Кузя даже расстроился немного, тяжело вздыхая.

— Да ладно тебе. Придут ещё. Надо просто зарекомендовать себя. Помочь кому-нибудь. Дело доброе совершить. И всё будет хорошо. Пока давай просто подготовимся, — утешила я Кузю, проходя в дом и сразу направляясь в дальнюю комнату, где у меня сушились ранее собранные травы.

— А вдруг не успеем дань собрать до прихода гонца? — засомневался кот.

— Ну время же ещё есть, Кузь. Всё будет хорошо, — уверенная в том, что всё так и будет, ответила я ему.

Вот только предчувствие было какое-то нехорошее. И я никак не могла связать его ни с чем. Неужели беда, какая приключится? Со мной? Или с Горынычем?

Почему-то за него я переживала больше. И ничего поделать с этим не могла.

Глава 18

Злата

Остаток дня я посвятила созданию благовоний. В основном из можжевельника, ведь его не было нужды сушить. А вот другие травы лишь проверила, понимая, что время их ещё не пришло. Но ничего, всё равно пока на них желающих нет.

Создав порядка тридцати позиций, я успокоилась. И перед сном ещё полистала дневник Лучезары, отмечая разнообразие скруток и их предназначение. Да, чуть дальше я нашла то, о чём мне говорил Кузя. Подробное описание каждой травы. Я даже увлеклась изучением, пока не поняла, что глаза начинают слипаться. Отложив книгу, я задула свечу и легла, прикрывая глаза, и думаю о том, как же хорошо я сейчас посплю.

Дудки!

Громкий стук в дверь оказался настолько неожиданным, что моё сердце стартануло с места в карьер. Упало куда-то в пятки, да там и осталось. Я даже оцепенела от страха на какое-то время. Ну ё-моё, кто в ночи-то ходит в гости? Неужели староста нагрянул, гад эдакий?

Резко встав, я прямо в ночной сорочке потопала к двери, решительно распахивая её с недовольным, даже грозным видом. Ну я щас этому старосте!

Не староста. Стоило мне распахнуть дверь, как кто-то испуганно ойкнул и отступил. Кажется, я кому-то по носу въехала.

Появившаяся следом за мной Ярина со свечой, дала рассмотреть гостя. А точнее, гостью — миловидную девушку с испуганным взглядом. Бедняжка стояла закутанная с головы до ног в тёмный плащ и дрожала. Неужели я её так напугала?

— Гос-госпожа ведьма, простите… — промямлила она.

Ну точно я. Но она застала меня врасплох. Я-то думала это староста.

— Я поздно… извините… — снова повторила она, переминаясь с ноги на ногу.

— Да, не раненько. Что за дело такое, что до утра не подождало? — поинтересовалась я, а девушка отступила на крохотный шаг. Ну вот, ещё больше её напугала. Да что ж такое.

— Злата, ну ты чего? — заметила это и Ярина. — Да вы проходите, не стойте на пороге. Внутри и поговорим, так ведь, Злата? — спросила она меня, на что я кивнула, соглашаясь. — Проходите, — снова пригласила она девушку, и мне пришлось посторониться, пропуская гостью в дом.

К тому времени, как мы собрались у стола, Федя уже успел зажечь в доме лампы и приготовить чай. Усадив незнакомку на единственный табурет, я замерла у печи, сжимая в руках чашку с чаем и внимательно разглядывая девушку.

Светловолосая, голубоглазая, милая, да только в сыпи непонятной вся. Зла от неё не чуяла, как от того же старосты. Значит, за помощью ко мне пришла? Может, сегодня с толпой приходила? И чего я не стала людей рассматривать? Стоило бы.

— Ты чай-то пей, но рассказывай, чего надобно тебе от хозяйки моей? — поинтересовался Кузя, который, естественно, тоже проснулся и решил заявить о себе. Девушка от голоса кота вздрогнула, но кивнула, соглашаясь с его словами.

— Госпожа ведьма, вы помощь сегодня обещали, — обратилась она ко мне.

Ага, значит, сегодня она всё же приходила.

— А мне не к кому больше обратиться, кроме как к вам. Устала я. Не могу больше… вы моя последняя надежда! — всплакнула девушка, а у меня даже сердце сжалось от жалости к ней. Насколько горьким голос её прозвучал.

— Что случилось-то? — спросила я, отставляя чашку с чаем в сторону и сосредотачиваясь на словах девушки.

— Я слышала, вы отпор ему дали, госпожа ведьма. Потому и затаил он на вас обиду! Людей настраивает. Но вы же не первая, к кому он… ну… Он и ко мне… — всхлипнула она. — Первый раз мельник ему помешал, пришёл не вовремя. Второй мне чудом сбежать удалось. Так, он сегодня… — совсем разрыдалась она, так и недоговорив.

А у меня непроизвольно сжались пальцы в кулаки. Рассказ оказался сумбурный, но и этого было достаточно, чтобы в душе зародилось желание отомстить за бедняжку.

— Не плачь, родная, — приобняла девушку за плечи Ярина. — Расскажи госпоже ведьме, про кого говоришь. Что ему надобно-то от тебя?

— Да знамо что, — подала голос Афдосья. — Тела молодого. К близости её принуждают, чего уж тут неясно-то.

Ярина аж охнула, прикрывая рот ладошкой.

— Кто? — спросила я, уже зная ответ.

— Староста. Агафий. Госпожа ведьма, помогите! Прошу вас! Не на кого мне больше рассчитывать! Батенька не верит, глупости говорю, считает. А суженного у меня нет, не мила я с сыпью этой проклятой никому. Некому защитить! — кинулась мне в ноги она, но я тут же начала её поднимать.

— Тише-тише, — ответила