Тысяча имен для странника - Джулия Чернеда

— У нас нет невыполненных действующих контрактов, «Сделка», — повторила я твердо. — Все наши товары оказались некондиционными. — «Ну или скоро станут», — поправилась я, прикидывая про себя, как скоро жрецы закончат установку принесенных мною деталей. — Мы не станем требовать платежей с клиентов, заключивших сделки на эти товары.

Короткая пауза.

— Могу я узнать, крошка Морган, как ты это устроила? — Прежде чем я успела ответить, Ивали продолжила, и голос у нее был такой, как будто она изо всех сил сдерживалась, чтобы не расхохотаться: — Хотя прибереги лучше объяснения для своего капитана. — Потом добавила, уже более официально: — При отсутствии невыполненных контрактов портовая администрация не может принимать на себя управление инопланетным рейсом. Другие капитаны вместе со мной будут ходатайствовать в вашу пользу. Приготовьтесь.

— Я очень благодарна…

— Позаботься о Моргане, малыш, — прервала меня капитан Ивали. — Передай ему, что, когда мы встретимся в следующий раз, я надеюсь извлечь из этого какую-нибудь выгоду. Конец связи.

Приготовиться? Если не считать бесконечного просмотра и пересмотра видеопленок с описанием процесса взлета, что еще я должна была делать? Курс и автопилот были установлены и могли управлять кораблем без чьего либо вмешательства. Таким образом, мне оставалось позаботиться только о живых обитателях «Лиса».

Я спустилась в каюту Джейсона, чтобы взглянуть на него, и поймала себя на том, что стараюсь ступать как можно осторожнее, хотя и знала, что он не может меня слышать. Помещение заливал нежный розовато-лиловый свет, превращавший сияющую палитру красок на его стенах в размытое сумрачное однообразие. В воздухе пахло дезинфекцией. Прошло всего несколько минут с того момента, когда я практически волоком втащила сюда Моргана, на ходу вызывая передвижной медблок, который принялся за работу в тот же миг, как бесчувственное тело капитана коснулось койки. Из скрытых гнезд выдвинулись датчики и манипуляторы, принявшиеся ловко ощупывать и оценивать состояние капитана, попутно аккуратно разрезав одежду вместе с пластырем, стягивавшим его руки. Помочь я все равно ничем не могла, а просто наблюдать за происходящим мне было неловко, и я вышла из каюты. А когда вернулась, Джейсон уже был заключен в лечебный кокон из медицинского геля.

Гель, однородный, серый и полупрозрачный, покрывал его лицо, от одного взгляда на которое мне стало тошно. Судя по показаниям индикаторов медблока, мозг Моргана мог быть уже мертв, а глупый аппарат просто поддерживал жизнь в его бесчувственном теле. Я нерешительно стояла рядом с его койкой. В моей голове роились вопросы, на которые я не находила ответов. Зачем я спасла его? Почему до сих пор была на «Лисе», если Джейсон явно собирался оставить меня на этой планете? Куда мы направлялись теперь — и зачем?

Почему моя рука беспрестанно поглаживала твердую поверхность кокона, как будто я могла сделать больше, чем аппарат? Точно застигнутые с поличным, пальцы правой руки сжались в кулак, прекратив бессмысленные движения. Мне вспомнилось, как Морган одним прикосновением укротил мою боль. «А вдруг и у меня когда-то был такой же дар?» — пришло внезапно мне в голову.

В тот же миг страшная боль опалила меня словно огнем. Я сжала голову руками и закричала от невыносимого жжения. Все индикаторы на панели медблока словно взбесились. Неподвижный кокон запульсировал десятками цветов, точно заключенное внутри тело выгибало отражение моей боли. Или это моя боль была отражением? Корчась в накатывающих на меня волнах агонии, я услышала, как аппарат деловито загудел и защелкал, погнав по пронизывавшим поверхность кокона трубкам лекарство. Моя боль начала утихать вместе с тем, как потихоньку стали успокаиваться индикаторы медблока. Я бросилась бежать — не от машины, а от ее бесчувственного пациента и от той связи, которая — теперь я твердо это знала — выковывалась между нами. Если кто-то думает, что на борту звездолета недостаточно места для панического бегства, значит, он просто никогда не оказывался в такой ситуации. Я бежала до тех пор, пока без сил не опустилась на пол с трясущимися руками и ногами и милосердно пустым рассудком.

Верный «Лис» самостоятельно запустил программу предстартовой подготовки и пристыковался к буксировщику, послушный воле человека, лежавшего без сознания в своей каюте. Звездолет стартовал с Рета-VIII, но ни капитан, ни экипаж сейчас были не в состоянии этого заметить. Под рев двигателей «Серебристый лис» покинул систему и направился к Плексис-супермаркету.

ИНТЕРЛЮДИЯ

У Лайдис Боумен была традиция: на борту корабля она все свое время посвящала исключительно чревоугодию, и горе члену экипажа, который решился бы потревожить коммандера в этот момент. Такова была ее привилегия, к которой те, кто привык к этому, относились примерно в том же духе, как к необходимости чистки вентиляторов или постоянного слежения за результатами космической съемки. У новичков же подобный обычай время от времени вызывал изумленное презрение. Боумен знала об этом и относилась как к тем, так и к другим совершенно одинаково — с полнейшим безразличием. На борту корабля она была царь и бог.

Блюстительница медленно высосала сочную мякоть из всех до последнего маринованных никников, лежавших на ее блюде, наслаждаясь их вкусом и неторопливо перекатывая мелкие плоды на языке, прежде чем проглотить. Барэк садд Сарк следил за ней с чем-то, напоминавшим благоговейный ужас.

— Там есть еще, — благожелательно произнесла Боумен. — 'Викс лично занимался подготовкой запасов продовольствия.

— Как-нибудь в другой раз, коммандер. — Клановец незаметно поменял положение, чтобы дать отдых спине.

— Нам действительно нужно поговорить о моей кузине.

Боумен не смогла удержаться и слегка нахмурилась. Потом, вспомнив, какие чувства у нее вызвало новое появление садд Сарка на Ауорде, деликатно вытерла губы.

— В способах, которыми перемещаемся в пространстве мы, существуют определенные фундаментальные ограничения, клановец. Предложенная вами остановка на Денебе займет некоторое время, уведет корабль в сторону от намеченного курса и…

— Как можно говорить о каком-либо курсе, — перебил ее Барэк, — когда вы не знаете, куда направляетесь?

Брови блюстительницы сошлись на переносице.

— Я всегда знаю, куда направляюсь, клановец. Просто не вижу никакой необходимости сообщать об этом вам.

— Вы преследуете корабль, покинувший Ауорд на следующий день после нападения на меня.

— Возможно. — Она склонила голову. — В нашу прошлую встречу вы выглядели куда лучше. Не хотите объяснить этот факт?