Ревизор 007 - Андрей Ильин

Но раскричаться не успела. Пуля ударила ей в лоб. Сзади, на шторы и на пол брызнуло красным.

— Детей не надо, — дрожа всем телом, попросила пожилая женщина в середине стола, — не надо…

Потянулась к внукам, словно пытаясь прикрыть их ладонями.

Упала, отброшенная выпущенной в упор пулей.

— Мама! — закричали обезумевшие от страха дети.

Но мама им помочь не могла. Ее уже не было.

— Мамочка! Мама!..

Сползли со стульев, спрятались под стол. Дуло пистолета проследило их движение.

Убийца ухватился левой рукой за угол скатерти. Сдернул ее со стола. Грохоча, посыпались тарелки и столовые приборы.

Дети пытались спрятаться за ножками стола, плакали, прикрывали лица руками.

— Дядя! Дяденька!.. Не надо!.. Мама! Мамочка!..

Черный кружок дула нащупал их. Пистолет кашлянул два раза. Отражатель отбросил в сторону дымящиеся гильзы… Убийца не ушел сразу. Он осмотрел каждое тело, к каждой голове приставил дуло пистолета и в каждую голову выстрелил. Но это уже было не больно.

Побелевший, напряженно стиснувший кулаки телохранитель смотрел на убийцу и на тела своих хозяев. Детей-то зачем?! Дети-то при чем?!

— Ну я пошел, — спокойно сказал убийца.

Телохранитель никак не прореагировал. Он не сводил глаз с мертвых детей.

Убийца, твердо ступая, прошел к двери и, взявшись левой рукой за ручку, остановился. Он повернулся вполоборота и, вскинув пистолет, два раза выстрелил в телохранителя.

Он не промахнулся.

Руки у него не дрожали. Несмотря что до этого…

— Ну как? — поинтересовался охранник, ждавший внизу

— Все нормально, — пожал плечами убийца. И, быстро приставив пистолет к груди охранника, выстрелил. После чего выстрелил еще раз. В затылок.

Ворота он мог миновать беспрепятственно. Но предпочел задержаться. Предпочел зайти в дежурку.

— Посмотри, там никого нет, — показал он пальцем на мониторы слежения.

Охранник повернулся к мониторам:

— Никого. Чисто…

Убийца сделал шаг в сторону, приставил к наклоненной голове пистолет и нажал на спусковой крючок.

Кровь и мозги брызнули на мониторы, демонстрирующие пустую улицу.

— Что случилось? — крикнул из-за дверей чей-то голос,

— Твоему приятелю плохо.

Охранник заглянул в дверь. Увидел развернутый в его глаза пистолет.

Выстрел!

Последняя жертва упала в проеме двери.

Убийца перешагнул через дергающееся в агонии тело и прошел к входной двери. Через которую вошел четверть часа назад.

Он вышел на улицу и аккуратно затворил за собой дверь.

Потому что всегда затворял дверь. Такая у него была привычка.

Следователи оперативной милицейской бригады, прибывшей на место преступления, попытались восстановить ход событий.

— Вначале они убили охранника у мониторов. Потом вот этого. Затем прошли к дому и пристрелили охранника у двери. Следующего — телохранителя в гостиной. После чего расстреляли семью.

— Но как они попали за забор?

— Не знаю, как попали. Но, как видишь, попали!

— А детей, зачем они убили детей?! Дети-то им чем помешали?

— Совершенно непонятно.

— Да все понятно. Все совершенно понятно! Дети им для страха нужны были. Чтобы показать, что они способны на все. Чтобы другие потенциальные жертвы запугать.

И запугали!

— Силу демонстрировали?

— Жестокость. Теперь их бояться будут.

— Кто будет?

— Все будут. Все, у кого есть жены и дети…

— Вы уже знаете?

— Знаю.

— Мне кажется, происшествие будет иметь большой резонанс.

— Я думаю так же. Хотя и сожалею, что пострадали дети.

— Если бы не дети, это дело не получило бы такой огласки.

— Да, вы правы.

— Номер моей сберкнижки…

— Деньги будут переведены сегодня же.

— До свидания.

— Минуточку…

— Вас что-то еще интересует?

— Хотелось бы понять… В общих чертах… Как им это удалось?

— Что?

— Пройти сквозь охрану?

— Я думаю, просто. Думаю, что охрана была нанята тем человеком, который впоследствии убил их.

— Но разве ее нанял не хозяин дома?

— Он нанял уже нанятую охрану. Он пустил в дом исполнителей. Которые вместо того, чтобы охранять его, открыли киллеру дверь.

— Но почему тогда он убил их? Если они были его людьми?

— Для усиления шокового эффекта. И чтобы лишить следствие свидетелей.

— Да, эффект есть. Вернее, обещает быть.

— И обязательно будет. Потому что такое количество трупов. И дети…

Глава 25

Эффект действительно был. Эффект превзошел все ожидания.

Убийство известного в городе бизнесмена, политика и мецената всколыхнуло город.

Газеты живописали подробности холодящего душу преступления и вопрошали:

«Доколе будет продолжаться этот беспредел? Что еще должно случиться, кого еще надо убить, чтобы власть наконец поняла, что криминал объявил народу войну?»

В транспорте и на базарах только и разговору было, что об убитых детях.

Желая сбить готовый выплеснуться на улицы накал страстей, Глава областной администрации провел в прямом эфире пресс-конференцию с участием местных руководителей МВД и ФСБ.

— Мы мобилизовали все имеющиеся в нашем распоряжении возможности…

…выделены лучшие силы…

…следственные бригады работают круглосуточно…

…надеемся в самое ближайшее время доложить имена людей, причастных к данному преступлению…

В стенах горотдела милиции и областного Управления ФСБ мобилизованные со всей области следователи строили версии происшествия. Иногда самые фантастические, потому что реальных зацепок не было.

Мотивы преступления были непонятны.

Способ проникновения преступников в охраняемый дом неясен. Заборы целы, сигнализация исправна, двери не взломаны, следов борьбы нет. И тем не менее…

Преступников никто не видел.

А те, кто видел, указать на них не могут. Потому что мертвы.

Пожалуй, именно это — хладнокровный расстрел всех свидетелей — отличало данное преступление от прочих.

И еще безжалостное убийство детей…

— …На основании отдельных фактов, которыми мы располагаем, можно предположить, что убийство совершили люди с нарушенной психикой, отличающиеся нелогичностью поступков, что значительно усложняет их розыск…

Оправдания силовиков звучали неубедительно. И народ продолжал роптать. Левая пресса открыто сомневалась в профессионализме генералов, ведущих расследование.

На встречах с трудовыми коллективами руководство области слышало обидные, иногда оскорбительные упреки в адрес власти.

В администрацию стали поступать коллективные письма с требованием введения в области чрезвычайного положения. Атмосфера накалялась.

Советники намекали Главе областной администрации, что пора искать козлов отпущения.

И гром грянул.

Глава администрации обнародовал согласованный с Москвой приказ об отстранении руководства областного УВД от служебных обязанностей…

Потому что своя рубашка ближе к телу, чем чужой мундир.

Но еще более потому, что глава областной администрации давно не ладил с местным руководством МВД. И теперь представился случай… Который только дурак упустит…

Глава администрации вызвал Начальника службы своей безопасности.

— Мне нужна информация по высшему офицерскому составу областного УВД.

— Какого характера?

— Кадрового.

— На каких позициях акцентировать внимание?

— На одной. Преданность существующей власти.

Главный телохранитель понял больше, чем услышал. Понял, что шеф решился, используя удобный момент, подмять под себя областную милицию.

— Требуется инициативный работник или…

— «Или».

— Тогда искать не надо. Тогда подойдет третий зам…

Третий человек в областном УВД был человеком Начальника службы безопасности. Но его одного, кажется, было мало.

— Подготовь список твоих людей, направляемых на укрепление областного УВД. Из самых надежных. И подготовь список старших офицеров облуправления, которые выказывали свою нелояльность…

Новая метла начала мести по-новому.

— И вот что еще… Составь докладную записку по работе местного ФСБ за текущий период вплоть до участия в расследовании последнего убийства.

— ФСБ уголовкой не свалить.

— Убийство детей это не уголовка. Это уже политика! Особенно если принять во внимание общественный резонанс.

— Вплоть до стихийных демонстраций населения с выдвиженим правительственных лозунгов.

— Но… но демонстраций не было.

— Разве не было? А мне кажется, были.

— Когда?

— Завтра…

Не упустил свой шанс шеф. Вовремя сориентировался обратив себе во благо чужую беду. Теперь областное УВД станет карманным. И ФСБ притихнет. А там глядишь…