Схороните мое сердце у Вундед-Ни - Ди Браун

По мере того как теплые весенние дни удлинялись, беспокойство молодых индейцев росло. Они роптали на то, что не хватает еды, и проклинали белых людей, нарушивших обещания, данные ими при Медисин-Лодж. Маленькими группами они начали перемещаться на север, в сторону своих прежних охотничьих угодий возле Смоки-Хилл. Высокий Бизон, Белый Конь и Бычий Медведь, уступив требованиям гордых Собак, тоже перешли реку Арканзас. По пути кое-кто из необузданных юношей нападал на изолированные поселения в надежде найти там еду и оружие.

Агент Уинкуп поспешил в селение Черного Котла и просил вождей потерпеть и сдерживать юношей, стремящихся на тропу войны, хотя Великий Отец и нарушил слово, данное им.

"Наши белые братья хотят разъять рукопожатие, заключенное при Медисин-Лодж, - сказал Черный Котел, - но мы постараемся удержать их руку. Мы надеемся, что Великий Отец пожалеет нас и даст обещанные нам ружья и снаряжение, чтобы мы могли охотиться на бизонов и кормить наши семьи".

Уинкуп надеялся, что оружие и снаряжение удастся добыть теперь, когда Великий Отец прислал нового Звездного Вождя, генерала Филиппа Шеридана, командовать солдатами, размещенными в фортах Канзаса. Уинкуп устроил для нескольких вождей, включая Черного Котла и Каменного Телка, встречу с Шериданом в форте Ларнед.

Когда индейцы увидели Шеридана, коротконогого, с толстой шеей и длинными болтающимися руками, им показалось, что он похож на раздраженного медведя. Во время совета Уинкуп спросил генерала, сможет ли тот дать индейцам оружие. "Хорошо, дайте им оружие, - прорычал Шеридан, - тогда, если они начнут войну, мои солдаты смогут убивать их, как мужчин".

Каменный Телок резко ответил: "Пусть твои солдаты отрастят длинные волосы, чтобы и для нас была хоть какая-то честь в их убийстве".

Совет прошел недружелюбно, и, хотя Уинкупу удалось получить несколько устаревших винтовок для индейцев, шайены и арапахи, оставшиеся охотиться южнее реки Арканзас, чувствовали себя неловко. Слишком много их юношей и большинство Собак все еще находилось за рекой, на севере, и некоторые из них совершали набеги и убивали белых людей всюду, где бы те им ни попадались.

К концу августа большинство шайенов, находившихся на севере, собралось у слияния рек Арикэри и Репабликан. Высокий Бизон, Белый Конь и Римский Нос были там, и с ними около трехсот воинов со своими семьями. Небольшое число арапахов и Убийца Пауни со своими сиу стояли лагерем поблизости. От Бычьего Медведя, стоявшего лагерем со своей группой на реке Соломон, индейцы узнали, что генерал Шеридан организовал роту разведчиков для выслеживания индейских стоянок. Однако индейцы были слишком заняты, запасая мясо на зиму, чтобы беспокоиться о том, что разведчики или солдаты обнаружат их.

И вот в один из дней Месяца, Когда Олень Бьет Копытом Землю, 16 сентября, партия охотников сиу из лагеря Убийцы Пауни заметила около пятидесяти белых людей, направлявшихся к лагерю на реке Арикэри, в десяти милях ниже индейских лагерей. Лишь трое или четверо белых были в синей военной форме, остальные были одеты в грубую одежду жителей границы. Это была та самая специальная рота, организованная Шериданом для розыска индейских лагерей; они стали известны как разведчики Форсайта.

Как только охотники сиу предупредили об опасности свой народ, Убийца Пауни послал гонцов в лагерь шайенов с просьбой присоединиться к нему в нападении на белых разведчиков, вторгшихся в их охотничьи угодья. Высокий Бизон и Белый Конь немедленно разослали глашатаев по своим стоянкам, побуждая воинов готовить свое боевое оперенье и наносить боевую раскраску. Они отправились к Римскому Носу, который находился в своем вигваме, совершая очистительные церемонии. За несколько дней до этого, когда шайены ходили на совместное празднество с индейцами сиу, одна из женщин сиу, выпекая хлеб, воспользовалась железной вилкой, и Римский Нос обнаружил это уже после того, как съел хлеб. Всякое прикосновение металла к его пище разрушало его магию; магическая сила, предохранявшая Римского Носа от пуль белых людей, ничего не стоила до тех пор, пока он не завершит очистительных церемоний.

Для вождей шайенов такое верование было в порядке вещей, однако Высокий Бизон сказал Римскому Носу, чтобы тот поторопился с церемониями восстановления магической силы. Высокий Бизон был уверен, что шайены и сиу смогут совместно уничтожить пятьдесят белых разведчиков, но поблизости могут находиться роты "синих мундиров", и если это так, то индейцам скоро понадобится Римский Нос, чтобы вести их в бой. Римский Нос сказал, чтобы они выступали. Когда он будет готов, он последует за ними.

Из-за большого расстояния, отделявшего их от лагеря солдатских разведчиков, вожди решили дождаться рассвета следующего дня и тогда уж атаковать. Пятьсот или шестьсот воинов на лучших боевых лошадях, вооруженные лучшими копьями, луками и винтовками, двинулись к долине реки Арикэри. На индейцах сиу было орлиное оперенье, на шайенах - оперенье из вороньих перьев. Неподалеку от лагеря разведчиков индейцы остановились, и вожди отдали строгий приказ о том, чтобы ни одна группа не атаковала самостоятельно врага. Все атакуют вместе, как их учил Римский Нос; они поскачут на разведчиков и сметут их с лица земли.

Несмотря на предупреждение, шестеро сиу и двое шайенов - все очень молодые - ускользнули перед восходом солнца из лагеря и попытались захватить табун лошадей у белых людей. Они напали на табун с рассветом, громко крича и размахивая одеялами, чтобы разогнать лошадей. Несколько животных было захвачено, но юные воины раскрыли разведчикам Форсайта присутствие индейцев. Прежде чем основные силы сиу и шайенов смогли атаковать незащищенный лагерь, разведчики успели перебраться на небольшой остров посреди сухого русла реки Арикэри и укрыться там среди ивняка и высокой травы.

По покрытой туманом долине раздался грохот копыт лошадей: индейцы атаковали широким фронтом. Когда они были достаточно близко, чтобы рассмотреть разведчиков, спешащих к заросшему кустами островку, один из воинов шайенов затрубил в горн. Они собирались с ходу влететь в лагерь. Теперь им предстояло сворачивать в сухое русло. Беглый огонь разведчиков из скорострельных винтовок системы Спенсера обрушился на первые ряды, и нападавшие воины, разделившись, стали слева и справа окружать остров.

Почти все утро индейцы кружили вокруг этого островка. Единственной видимой целью были лошади разведчиков, возвышавшиеся над травой, и, как только воины отстреливали их, разведчики использовали их трупы в качестве бруствера. Несколько воинов в одиночку атаковали остров, спешившись и пытаясь подобраться к разведчикам через заросли. Но частый огонь из скорострельных винтовок был слишком силен. Один шайен по имени Волчье Брюхо дважды бросался верхом прямо на круговую оборону разведчиков. На нем была магическая шкура пантеры, и ее магия была настолько сильна, что ни одна пуля не коснулась его.

Сразу после полудня на поле сражения прибыл Римский Нос и занял позицию на холме, возвышавшемся над островком. Почти все воины прекратили бой и ждали, желая узнать, что станет делать Римский Нос. Высокий Бизон и Белый Конь отправились переговорить с ним, однако они не просили его возглавить их в битве. Потом один старик по имени Белый Упрямец подошел к Римскому Носу и сказал: "Вот Римский Нос, человек, на которого мы полагались, сидит за холмом".

Римский Нос рассмеялся. Он уже решил про себя, что станет делать в этот день, и знал, что ему предстоит умереть, но он рассмеялся на слова старика.

"Все люди, сражающиеся там, преданы тебе, - продолжал старик, - они сделают все, что ты им скажешь, а ты сидишь здесь, за холмом".

Римский Нос сошел с холма и стал готовиться к битве, раскрасив себе лоб желтой краской, нос - красной, а подбородок - черной. Он надел боевой головной убор с торчащим из него рогом и оперенный сорока перьями. Приготовившись, он вскочил на коня и поскакал к сухому руслу реки, где воины в боевом строю ожидали, когда он поведет их в победоносную атаку.

Они тронулись рысцой, потом перешли в галоп, а затем стали нещадно нахлестывать своих лошадей так, чтобы ничто не могло остановить их на пути к острову. Но вновь беглый огонь разведчиков Форсайта сразил первые ряды, убавив силу отчаянной атаки. Римский Нос достиг окаймлявшего остров ивняка, и тут, попав под перекрестный огонь, был поражен выше бедра, а одна пуля прошла насквозь через позвоночник. Римский Нос упал в заросли и пролежал там до сумерек, а в сумерках ухитрился доползти до берега сухого русла. Там были молодые воины, искавшие его. Они отнесли его на холм, где женщины из племени шайенов и сиу позаботились о раненом. Ночью Римский Нос умер.

Для молодых воинов-шайенов смерть Римского Носа была подобна закату великого светила на небесах. Он верил и заставлял верить их, что, если они будут сражаться за свою страну, как сражался Красное Облако, они когда-нибудь победят.