Сепар - Поселягин Владимир Геннадьевич

Колонна шла неплохо, объезжая подбитую технику, тут недавно бои шли. Через Орехово мы не проезжали, по объездной прошли. Тут на пятидесяти километрах в час. В одном месте пресса ушла в сторону, видимо не по пути им с нами. Контрразведчики видели, как я запускаю дрон, у нас с Гоги уже установилась очерёдность, пока я на зарядку дрон возвращаю, тот запускает, ведёт разведку, ему тоже опыта набираться нужно. Хотя я отметил, что он вполне опытный пользователь таким оборудованием. Так вот, контрразведчики явно о дронах знали, вопросы не задавали. Судя по эмоциям, вполне довольны были таким оборудованием у нас в руках. Около часа прошло, и мы прибыли к очередному селу. Тут и стоял батальон чеченцев, да это видно было, «Гвоздики» на въезде, грузовики обеспечения, их в село не заводили. Дрон мой продолжал крутиться в небе, пока всё тихо. В село танки я тоже не заводил, оставил чуть в стороне от гаубиц. Миномёты были, но в селе у машин батальона видел. Сам же, оставив Гоги за старшего, там мехводы машины осматривали после марша, что нужно – пополняли, подогнав грузовик с горюче-смазочным материалом, а сам на «уазике» с контрразведчиками доехал до здания, где штаб батальона разместился. Оказалось, чеченцы сюда с утра въехали и вот дожидались подкрепления, им так велели. В боях они не участвовали, я больше скажу, едва сутки прошли, как те высадились с эшелона в Ростове, потом ночной марш, и вот тут в селе получают усиление. А комбат мне понравился, такой позитивный офицер, даже обнял меня, приветствуя.

Позывной у него был Дед. Он в пятьдесят лет действительно весь седой был. В СОБРе служил, зам комбрига. Да ещё на мой взвод решил посмотреть, с нами целая рота собралась, так что мы вернулись кавалькадой обратно.

Построив бойцов взвода, дал полковнику пообщаться с ними, с одним даже обнялся, знал отца. Это Гоги был. Ну и, сказав речь, велел собираться. Выходим немедленно. Полковнику я уже сообщил что имею, о двух коптерах, в моём экипаже и Гоги, так что воздушная разведка есть. Почему-то у чеченцев ни одного дрона не было, я глянул их машины Видением. Тот намёк понял. Целым батальоном двигаться не стоит, можно разбежаться по разным дорогам, осматривая сёла и деревни, укропы тут отходили, опорные пункты уже были сбиты. С коптерами можно разбить батальон на две группы. А так батальон действительно на удивление быстро собрался, и мы двинулись дальше. Мой взвод в передовых порядках. Местные жители только смотрели нам вслед, кто крестил, кто плевался. Люди разные. Шли мы на пятидесяти километрах в час, дорога позволяла, парни с бородами любили скорость. Тылы двигались следом. Кстати, мои грузовики вошли в состав интендантского взвода батальона. Такое подразделение там было, именно интендант будет снабжать мои танки всем необходимым и посылать машины на склады, за всем необходимым. На довольствие мы тоже встали, правда, батальон настолько лёгкий, что полевых кухонь я не обнаружил. Зато российских армейских пайков имели изрядно. Надо будет у укропов кухни отбить, лучше такое питание из общих котлов, чем пайками желудки портить. Это я за своих бойцов беспокоюсь, себя-то излечу. Колонна растянулась, это не очень хорошо, могут накрыть, но тут поля и степи, видно на километры вокруг, а с коптера, что на шести сотнях метрах был, так ещё дальше. Камера там всё же отличная. Вот с помощью дрона, когда мы отъехали километров на десять, я сказал на общей волне:

– Колонна, стой.

Так как мой танк был головной, колонна, отстав метров на четыреста, шла следом, за мной ехал только один «Тигр» с восьмью бойцами, два в экипаже и шесть в десанте, пехотное прикрытие дозора. Те уже покинули машину и заняли позиции, поводя стволами автоматов. Умеют, это хорошо.

– Дед, – вызвал я комбата.

– На связи? – сразу отозвался тот.

– Наблюдаю украинскую военную технику. Примерно десять единиц. Судя по всему, целая. Брошенная. Похоже там танк есть, под маскировочной сетью. Движения не наблюдаю.

– Где конкретно?

– Впереди перекрёсток полевой дороги, справа лес. Там в овраге стоит. Наблюдаю ещё полевую армейскую кухню. Дыма из трубы нет. Нам бы кухня пригодилась.

– Добро.

Он выделил отдельное подразделение, интенданта туда, часть машин, будут смотреть, что им интересно. Я усилил группу машиной Гоги, глянет, что за танк. Мы отправились дальше, а те повернули к лесу. Движения я там действительно не фиксировал. Пока шли, над нами пролетел БПЛА, причём наш. Сначала в сторону противника, потом обратно, а на горизонте дым столбом, чёрный, техника горела. Я не видел беспилотник, он выше моего дрона пролетал, зенитчики засекли и предупредили. Они же и сказали, что тот свой, сработала опция опознавания «свой-чужой». Что именно поразил беспилотник, мы увидели, когда сблизились. Танк горел на трассе. Тут у нас дорога, пусть асфальтированная, но второстепенная, она выходила уже на трассу Запорожье – Орехово. Вот на трассе и горел танк. А тут я засёк с дрона движение, сразу же выйдя в эфир.

– Внимание, противник впереди, спешно организованная оборона. Работаю сам, пехота потом на прочёсывание. Как гаубицы будут готовы, сообщите, буду корректировать. Там вроде миномёты, хочу накрыть их.

– Хорошо, работай, брат, – сказал Дед.

– Добро. Хохол, поднимись на тот холм справа, я буду вызывать огонь на себя, покручусь, а ты выбивай обнаруженные огневые точки.

– Есть, – донёсся ответ.

– Гоги, как ты там?

– Заканчиваю осматривать брошенный танк. Старая машина, «Т-шестьдесят четыре». Видимо недавно стояла на консервации десятки лет без обслуживания, плохо привели в порядок, вводя в строй, половина оборудования не работает, но на ходу, и пушка стреляет. Баки пустые.

– На хрен. Наши эвакуируют в тыл, в мастерских приведут в порядок. Гони к нам, будешь отрезать бандерлогов по левому флангу, чтобы не сбежали, мы с Хохлом работаем по правому.

– Двадцать минут, командир.

– Добро. Старшина, полный ход, готовься уйти от возможной атаки ракетой ПТУРа. Скажу, когда дёрнется в сторону.

Танк начал разгоняться, старшина подтвердил мой приказ, наводчик подал в ствол фугасный снаряд, ну а я вышел на комбата:

– Дед, новая информация. Это не оборона, ошибся я. Беспилотник застал колонну при отступлении, те залегли где как могли, почти всю технику с дороги согнали, а тут мы. Артиллерия у боевиков есть, но прицеплена к пушкам, пару миномётов разворачивают, но это ни о чём, их Хохол выбьет. Я хотел предложить вам рассредоточится, чтобы не попасть под артобстрел врага, артиллерия у бандеровцев довольно сильна, но тут смысла нет. Предлагаю такой финт: как я зачищу передовые порядки и встану в прикрытие, рвануть на машинах на полном ходу к дороге и занять правый скос, он глубокий, на левом украинцы. Даже гранатами можно перебрасываться, если докинете, дорога хоть и двухполосная, но широкая. Дальше сжимаем кольцо и добиваем. Бандерлогов не так и много, примерно два батальона. Техники почти сотня единиц, из них два десятка БМП и БТР, танк один был, и тот сожжён беспилотником.

– Хорошо, план принимается.

– Могу вам скинуть картинку со своего коптера, чтобы в реальном времени наблюдали сверху, что происходит.

– Тут же нет связи? – удивился комбат.

– У меня есть.

– Мне тут сказали, удалённо так на планшет не отправить.

– У меня через спутник. Планшет я уже ваш взломал и программку скинул, чтобы картинку иметь. Можете проверить, работает.

Тот прервался на миг, проверял, я как раз велел Хохлу, что поднялся на холм, не стрелять по грузовикам и гаубицам, там их почти дивизион, десять штук Д-30, нашими трофеями станут, когда Дед вышел в эфир.

– Да, всё, картинка есть. Так, в позициях противника разобрался, тут почти рота убегает, остальные готовятся встретить. План твой мне нравится, работаем по нему.

– Вы, главное не сообщайте откуда приехали, а то и эти разбегутся.

Дед захохотал и пожелал мне удачи. А мы уже вели огонь. Наводчик второй фугас пустил и в этот раз не промахнулся, снёс установку ПТУР, что по нам ракету выпустила. Мы шли вперёд, и я скомандовал дать резко в сторону, чуть с дороги не слетели, у нас тут тоже довольно крутые обрывы, но ракета мимо прошла и взорвалась дальше на дороге, оставив выбоину. Хохол работал, по нему тоже ПТУРами и пушками БМП отработали, тот чуть сдал назад, укрывая корпус, но пушка била не переставая. Уже несколько бронемашин горели, пару снарядов тот и среди пехоты положил, но большинство на откосе укрылось. В мёртвой зоне. Бегство одиночек и малых групп стало носить массовый характер, мы же добрались до трассы и, встав на перекрёстке, так, чтобы держать всё вокруг под контролем, отправил сигнал Деду, и колонна бронемашин с бойцами, там были «Тигры», несколько «Тайфунов», причём два в санитарных версиях, санвзвод у батальона был, и десяток «Медведей», рванула к нам, почти пять десятков машин. «Гвоздики» уже работали, их корректировал сначала я, по беглецам, потом Дед, чтобы меня не отвлекать, тот вполне неплохо это делал, видя в прямом эфире, где ложатся разрывы. Он работал по крупным скоплениям врага. Хотя таких мало было, успели рассредоточиться, но потери те всё равно несли. Сюда же и два грузовика с миномётами примчались, и расчёты начали их быстро устанавливать. Дед и их теперь корректировал. А гаубицы вернул работать по беглецам. Кстати, «Гвоздики» были именно теми, что я сопровождал от Донецка, там знакомый командир в звании поручика. Помнится, когда первые трофеи взяли с диверсантов, тот попросил пулемёт, да без проблем, потом пришёл сержант от него и забрал у водителя КамАЗа ПКМ, с запасной коробкой и лентой.