Кофе по-ирландски - Алла Полански

тапках на босу ногу, в руках бутылка вина и штопор. Вообще не понимаю ничего…

– Э-э-э… здравствуйте! А можно мне с бабой Катей поговорить?

– Можно. А вы кем, простите, ей будете?

– Я-то? Да никем, собственно… А она дома?

– Дома, девушка, дома. А что вы хотели-то?

– Да теперь уже и не знаю… Просто я у неё часто сынишку своего оставляю.

– А! Ну это теперь точно не сегодня – свидание у нас с Катей! Сто лет не виделись! Так что до свидания, милая девушка, нам с Катей сейчас точно не до чужих детей будет.

И хлопнул перед моим носом дверью.

Я стояла как громом поражённая… Баба Катя… Свидание… А вот ведь как бывает-то!

И что же теперь делать? Маме не позвонишь…

Сердце рвётся на части. Не будет у меня, видать, сегодня свидания: сегодня очередь бабы Кати.

Поднимаюсь обратно домой, звоню Паше – надо предупредить, что я не смогу с ним увидеться:

– Привет, Паш!

– О, привет! Ну как ты?

– Да так себе… Ты знаешь, у нас, похоже, не получится сегодня встретиться.

– Почему? Что опять-то не так?

– Да всё так… просто мама сегодня отдыхает, а у бабы Кати мужик с бутылкой вина…

– Какая ещё баба Катя с мужиком?

– Да неважно… В общем, мне ребёнка не на кого оставить, поэтому…

Не успеваю договорить.

– Боже мой! Фух! Отпустило… А я-то думал… Ну и что? Давай я к тебе приеду?

Что? Вот так просто – давай я к тебе приеду? А ничего, что я не очень-то уверена, хочу ли этого.

Не уверена? Да хватит врать себе! Конечно, я хочу, чтобы он приехал. Очень хочу. Будь что будет, раз так звёзды сложились.

– Ну… приезжай…

Начинаю прибирать в квартире. Бардак страшный – куда ни глянь, везде что-то не на месте. Вещи Данилкины, да и мои тоже…

Боже! Дома из еды – только котлетки на пару да пюрешка картофельная… Чем же его угостить? И в магазин бежать поздно – не успею приготовить ничего…

– Алло, Паш?

– Да, солнышко?

– Солнышко не может тебя ничем угостить… вот так вышло. Только детская еда есть и больше ничего.

– Молодец, что сказала! Сколько твоему мальцу?

– Скоро пять будет.

– Я знаю, что ему может понравиться! Я скоро буду!

И всё так просто? Сколько раз я представляла себе, как знакомлюсь с мужчиной, а потом наступает тот тяжкий момент, когда его нужно будет знакомить с Данькой. И мне всегда казалось, что к этому знакомству нужно долго и серьёзно готовиться… А тут вот так…

Звонок в дверь.

– Помоги скорее: сейчас всё упадёт! – Подхватываю несколько пакетов, и ещё одна гора еле-еле держится в Пашиных руках. – Уф! Еле дотащил. Думал: вывалится что-нибудь! Тут, в общем, всё, что могут любить дети… ну и не дети тоже…

Разбираем пакеты. Всякая всячина из «Макдональдса», шоколадки, жвачки, фрукты, конфеты, печенье, ещё что-то вроде шоколадных яиц с сюрпризом… Машинка, воздушные шарики… Господи! Шарики-то зачем? Бутылка вина… Ага, это явно нам! Странный набор, зато в большом ассортименте!

– Паш! Ну зачем ты столько накупил?

– А что, не то всё, да? Я просто вспомнил себя ребёнком и подумал, что я на месте твоего малого был бы просто счастлив!

– Да он будет не то что счастлив, он точно обалдеет от такой роскоши… А бутылку вина ты тоже ему принёс?

Улыбаюсь хитро.

– Нет, это для его мамы и… ну для взрослых, короче… У тебя штопор есть?

Опять хитро улыбаюсь: штопора у меня нет, зато я точно знаю, у кого его можно взять.

– Ты подожди меня здесь – я сейчас, – спешно говорю Паше и скрываюсь за входной дверью.

Меня раздирало любопытство: что же это за дедуля такой шустрый взял мою бабу Катю в оборот? Не вызывая лифта, сбежала на несколько этажей вниз и позвонила в дверь.

– Кто там?

– Это я, баб Кать! Мне штопор нужен. Дадите?

Дверь тихонько приоткрывается, ровно на столько, чтобы можно было протянуть руку со штопором. Беру штопор.

– Спасибо, баб Кать! Я верну скоро…

– Не надо, милочка. Нам с Гришуней хватит уже…

Высовывает голову и подмигивает так молодецки, что я не могу сдержаться – хохочу.

– Ну, баб Кать! Ну, удивили!

– Тише ты! Соседи услышат! А ты что думала: всё вам, что ли, молодым? Мы ещё тоже… того… ого-го!

Смеюсь и убегаю вверх по лестнице, потому что когда мчалась узнать, что за хахаль у бабы Кати, совершенно не подумала о Даньке. Вот мать же! Не мать, а кукушка! Оставила ребёнка одного в квартире с незнакомым ему мужчиной. Не бежала вверх – летела. Врываюсь в квартиру и наблюдаю: оба сидят на полу в комнате и надувают шарики. Не меньше десятка уже висели по углам, на люстре и на карнизе… Так и замерла в дверях, любуясь этой картиной.

Данька увидел меня и даже не дёрнулся в мою сторону. Просто смотрел на меня и дул себе шарики дальше.

– А что это вы тут устроить хотите?

– Мама! Дядя Паша делает какую-то закрытую вечеринку. Я помогаю, а то он сказал, что не даст картошку фри, пока мы все шарики не надуем!

Я слова вымолвить не могла. Улыбалась как дурочка, а из глаз ручьём лились слёзы.

– Ну, ты чего? Ты чего плачешь? Данька – отличный малый! Помощник растет! За картошку фри всё что хочешь сделает! Правда, Даньк?

– Правда, мама! Ты мне почаще картошку фри покупай, а я убираться научусь!

И началась наша закрытая вечеринка. Мы объедались гамбургерами, запивая их колой, пели детские песни под караоке, потом пили чай с конфетами и шоколадками. Это был настоящий праздник живота, точнее, праздник трёх животов.

Данька устал. Он показал дяде Паше все-все свои игрушки, похвастался большим надувным мячиком с усиками, на котором можно прыгать, и уже не знал, чем и похвалиться ещё, но… зевнув, неожиданно завалился на бочок и сладко уснул.

– Мам! Вы только оставьте мне что-нибудь вкусненькое. Дядя Паша вон какой большой: в него столько влезет, что и тебе, мам, тоже может не хватить! – сказал он перед тем, как его веки утомлённо закрылись.

– Спи, малыш! Я тебе обязательно оставлю самое вкусное!

Я пришла на кухню и увидела, как