Кофе по-ирландски - Алла Полански

Вот и сейчас он вёл себя так, как будто знал, что Паша ушёл не навсегда.

Несмотря на то, что полёт кот перенёс хорошо, я решила всё-таки зайти в ветеринарную клинику – пусть посмотрят на всякий случай его, да и по прививкам скажут что-то. Нести котёнка было не в чем, поэтому сначала зашла за Данькой, а потом мы с ним вместе совершили променад по зоомагазинам.

Найдя подходящую переноску, вернулись домой, с трудом запихнули упирающегося всеми четырьмя лапами огонь-кота и отправились к «айболитам». Данила вёл себя как настоящий хозяин. Он переживал за своего питомца, когда его слишком уж, как ему казалось, усердно мяли и гнули. К счастью, доктора подтвердили, что никаких повреждений нет, и долго потом удивлялись моему рассказу. На окно посоветовали поставить сетку. На этом, собственно и закончилось воскресенье.

Паша так и не позвонил, но я не переживала. Полностью доверилась судьбе и решила больше не накручивать саму себя бесполезными и, в сущности, ни к чему не приводящими мыслями. Всё равно всё происходило как-то само собой, и невозможно было лично повлиять ни на одно событие. По крайней мере с тех пор, как впервые встретила его.

***

4 АПРЕЛЯ

Понедельник. Дела шли без надрыва, без отдачи большого количества сил и нервов. Клиенты, как на подбор, были вежливы и понятливы. Один пожилой мужчина, зашедший к нам с просьбой издать альбом, посвящённый Дню победы, долго разговаривал со мной, рассказывал про свой отряд, который до последней капли крови отстаивал подступы к Москве. Я удивилась, что в его годы можно оставаться таким жизнерадостным и даже выглядеть весьма импозантно.

С удовольствием слушала, задавала вопросы. Просматривая альбом, который он сделал сам из листов ватмана с прикленными к нему фотографиями и написанному от руки тексту, я не могла не отметить, насколько грамотно был написан рассказ, как точно описывались не столько события, сколько эмоции бойцов, понимающих, что отступить тогда означало только одно – сдать свою Родину…

Не удержалась и спросила его, кто же помог написать такой прекрасный текст. Оказалось, что его сын работает редактором в одном издании и для него стоило сущих пустяков помочь в этом отцу. Я удивилась, отчего же он не обратился к сыну за помощью в издании. Ответ заставил ещё больше уважать необычного клиента – он просто не хотел надоедать ем. Решил всё сделать сам.

Мне так оказался симпатичен это мужчина, что я пообещала лично заняться этим заказом.

Перед сном успешно поборола своё волнение относительно молчавшего весь день мобильного. Хотя не могу сказать, что это было так уж легко. Поддержал кот – он занял место Паши на кровати и как будто караулил его для своего спасителя, грея теплом пушистой чёрной шкурки.

***

5 АПРЕЛЯ

Вторник. Спокойная жизнь длилась ровно до обеда. Я как раз собиралась выйти в кафе и перекусить с Веруней, но раздался звонок, и один из менеджеров остановил меня прямо в дверях, уверяя, что это очень важно, и что с ситуацией могу разобраться исключительно я и никто другой. Вздохнув, отправила Веру одну в кафе, пообещав присоединиться чуть позже.

– Татьяна у телефона.

– Рад слышать вас, Татьяна!

– Взаимно. Так что у вас случилось?

– У меня? Да ничего, слава Богу…

– Не поняла, простите…

– А чего тут понимать-то? Нормально у меня всё, переговоры прошли удачно, и я намерен пригласить вас отобедать со мной.

– Послушайте, это какое-то недоразумение. Вы точно номером не ошиблись?

– Я? Я никогда не ошибаюсь. Так что? Заехать за вами?

Начинаю не на шутку злиться.

– Знаете, по-моему, вы переходите все границы…

– Да что вы! Я ещё ничего пока не перехожу, я просто хочу познакомиться с вами, Татьяна.

– Так… я всё поняла. Спасибо за внимание к моей скромной персоне и до свидания!

– До свидания, Татьяна!

Вот идиот.

Догоняю Веруню, которая живо интересуется судьбой своего подарка в сердечко. Пытаюсь сделать вид, что злюсь, но не могу. В конце концов, счастливые чулочки ведь оказались! Благодарю её за это. Веруня хитренько улыбается, но подробности не спрашивает.

Вскоре инцидент со звонком был забыт, и я погрузилась с головой в бумажную работу. Договор, акт сверки, просроченные платежи… Всегда копила эту макулатуру, не в силах заставить себя заниматься такой скукотой по мере её поступления. И всегда сама себя ругала потом за это. Разобрать кучу бумажек непросто, учитывая постоянные звонки и другую текучку.

– И снова здравствуйте, Татьяна!

Знакомый голос…

Поднимаю голову и пытаюсь понять по внешности незнакомца, вошедшего в мой кабинет, словно к себе домой. Откуда же мне знаком именно его голос?

С ужасом понимаю, что это как раз тот нахал, который помешал мне спокойно пойти пообедать. Молодой человек среднего роста, довольно плотного телосложения. Круглое лицо с маленькими глазками, но глазки эти такие цепкие, такие колкие, что от них трудно спрятаться и почти невозможно выдержать взгляд, не отведя в сторону своего… Да кто же ты такой и что тебе от меня нужно?

– Не могу сказать, что дико рада нашей новой встрече…

– А вот я рад, даже очень. Хочу сказать, что столик уже заказан, и я не собираюсь выходить из этого кабинета в одиночестве.

– Да вы просто натуральный хам! А если я охранника позову?

– А зовите, кого хотите. Времени у меня много, домой я собираюсь ехать только к выходным поближе. Так что…

– Я вообще ничего не понимаю… Кто вы?

– А я тот, Татьяна, кто из-за вас рискует остаться без ценного сотрудника.

Совсем запуталась… Сотрудник какой-то ценный… А я-то при чём?

– И что? Видимо, сотрудник ваш не настолько уж и ценный, если вы меня за то, что я вас его лишить собираюсь, в ресторацию тащите. – Смеётся в голос. Даже неприлично как-то. – Так, я очень рада, что подняла вам настроение, но вы мне мешаете работать.

– А всё – не будет сегодня у вас больше никакой работы.

Выхожу из себя и прошу позвать охранника – пожилого военного в отставке. Он всегда сидит такой скучный, кроссворды отгадывает, но очень радуется, если приходится тряхнуть стариной и почувствовать себя снова на коне.

– Веруня! А позови, пожалуйста, ко мне Андрея Палыча.

– Ага! Я понял – пора объясниться. А жаль! Очень весело было. Юра! – громко говорит он и протягивает руку. Я машинально тяну свою в ответ. – Пашин друг.