Миссия в ад - Дэвид Балдаччи

откуда ты знаешь? – тихо спросила она. – Я держу это при себе.

– По твоим глазам. По твоему лицу. По твоей походке. По тому, как ты говоришь. Увидела по тебе. А ты, спорить могу, увидела по мне.

Рил медленно кивнула:

– Ох, Джули, мне просто…

Слова застряли у нее в горле, как будто его сдавила чья-то рука.

Джули взяла ее ладонь и пожала:

– Просто тебе страшно. Я знаю, что ты храбрая и можешь, наверное, завалить сразу двадцать мужиков. – Она сделала паузу. – Но ты все равно боишься, потому что думаешь, что ничего другого в твоей жизни не будет.

Рил кивнула еще до того, как девочка закончила.

Джули сказала:

– Решать за тебя я не могу. Ты сделаешь это сама, Джессика Рил. Ты можешь.

Глава 31

После ужина Роби отвез Джули обратно домой.

Рил села в кресло у него в гостиной и огляделась по сторонам. Было уже поздно, но ей некуда было ехать. Коттедж на Восточном побережье был уничтожен. Собственности в Кейстоуне она тоже лишилась. Из-за того, что там произошло, она не могла вернуться обратно. Можно было поехать в отель. Вероятно, так и следовало поступить. Но прямо сейчас единственное, чего ей хотелось, – откинуться в кресле, закрыть глаза и ни о чем не думать.

Ничего не вышло.

Завибрировал ее телефон. Она поглядела на экран и резко выпрямилась. Рил узнала номер.

Этот человек не звонил ей много лет. Очень много.

Ему она всегда отвечала. Так ее запрограммировали.

Судя по всему, программа до сих пор работала.

Она сказала:

– Алло?

Мужской голос ответил:

– Ты до сих пор помнишь номер?

– Да. Удивительно, что он у тебя все тот же спустя столько лет.

– Государственная бюрократия неповоротлива, что тут скажешь. Меня пару раз повышали за это время, но главный номер остался прежним. И, когда поступил запрос, я сказал, что сам разберусь с ним. Ты по-прежнему особый случай.

– Что за запрос? – подала голос Рил.

Он откликнулся не сразу.

– Твой отец, – наконец сказал он.

Секунду Рил молчала. Как будто рука мертвеца из могилы зажала ей рот.

– У меня нет отца.

– Я понимаю, что в любых смыслах, кроме биологического, его действительно нет. Но биологический попросил встречи с тобой перед смертью.

– Я не собираюсь встречаться с ним.

– Я знал, что ты так ответишь, и я уж точно тебя не виню.

– Он по-прежнему в тюрьме?

– Конечно. Все там же. В Алабаме. И никуда не выйдет. Он сейчас в тюремном госпитале. Рак. Его не могут казнить из-за болезни. Терминальная стадия. Меня заверили в этом. Его дни сочтены.

– Прекрасно. Летальная инъекция убивает мгновенно. Рак – медленно. Чем больше боли, тем лучше. Ад и то слишком хорош для него. Все что угодно слишком хорошо для него. Он родился сукиным сыном и умрет сукиным сыном, и ни один человек на свете не станет по нему скорбеть.

По мере того как Рил это говорила, ее голос звучал все громче.

– Понимаю. Но я лишь посредник, Салли.

– Это больше не мое имя.

– Мне не сообщили, как тебя зовут сейчас. Салли – единственное имя, которое я знаю.

– Ладно.

– Слушай, я вообще не стал бы тебя с этим беспокоить. Но мне подумалось, что решение должна принять ты сама, не я. Я сделал несколько звонков. Вроде как узнал, кем ты стала. Подергал за пару ниточек, и мне дали твой нынешний номер, но имени не сообщили. Сказали, я могу сделать только один звонок. Ты или ответишь, или нет. Мне бы и этого не позволили, но все-таки я тоже федерал. Представляю, как ты удивилась, когда увидела мой номер.

– Да уж. Ты же знаешь, я больше не в защите свидетелей. Уже давно.

– Я в курсе, но он не знал, как еще связаться с тобой. А вот насчет программы, похоже, что-то до него доходило.

– Не имеет значения. Я не поеду.

– Ничего не могу возразить.

– Сколько ему осталось?

– Что? А, хм… точно они не знают. Док, с которым я разговаривал, сказала, что он совсем плох. Метастазы по всему телу. Она сама не знает, как он до сих пор жив. Может отбросить концы в любой момент. Тогда твои призраки наконец тебя оставят.

Рил кивнула своим мыслям.

– Спасибо за звонок.

– Хотел бы я, чтобы у меня были новости получше. Я так и не смог тебя забыть, Са… ну или как тебя сейчас зовут…

– Джессика. Меня зовут Джессика.

– Хорошо, Джессика. Прошло столько лет, но я до сих пор не избавился от тех воспоминаний. С учетом того, через сколько обручей мне пришлось прыгнуть, чтобы просто поговорить с тобой, ты, видно, теперь большая шишка. Рад за тебя. Всегда знал, что твоя жизнь будет особенной.

– Я не назвала бы свою жизнь «особенной».

– Ну, в любом случае желаю тебе удачи. Если когда-нибудь тебе что-нибудь понадобится, сразу звони. Я знаю, что ты больше не в защите свидетелей, но мне все равно небезразлично, что с тобой происходит.

– Я это ценю. Правда.

– А твой старик может проваливать ко всем чертям.

Рил дала отбой и посмотрела на телефон у себя в руке.

Она все еще смотрела на него, когда вернулся Роби.

– В чем дело? – спросил он, снимая куртку и подходя к ней.

– Ни в чем. Как Джули?

– В порядке. Сказала, что вы с ней славно побеседовали, пока ехали сюда, но не говорила, о чем именно.

– Она нравится мне все больше и больше.

Роби глянул на телефон, потом на нее:

– Что случилось, Джессика?

– Мне позвонили.

– Кто?

– Из программы защиты свидетелей.

– Ты больше не в программе.

– Они связались со мной, потому что к ним поступило обращение.

– От кого?

– От моего отца. Эрла Фонтейна.

Глава 32

Роби прошел в кухню и приготовил кофе. Принес в гостиную две кружки и протянул одну Рил. За окнами по-прежнему лил дождь. Он сел напротив нее и сделал первый глоток, чтобы скорей прогнать пробиравший до костей холод.

– Твой отец?

Рил кивнула.

– Хочешь об этом поговорить?

– Не особенно.

– Ладно.

– Он собрался встать, но она сказала:

– Погоди. Погоди секунду.

Роби снова опустился в кресло, и Рил отпила кофе, а потом крепко сжала кружку обеими руками. Роби видел, что ее руки слегка дрожат, – никогда раньше он не замечал за Рил такого.

Она молчала, поэтому Роби сказал:

– В интересах дела ДиКарло немного посвятила меня в твое прошлое. Я знаю, почему ты оказалась в защите