Северная верность - Анна Ольшанских

махнул рукой, мол, не бери в голову. Потом мы поговорили о решительном Кристиане и дрожащей Таисии. Нельзя, конечно, обсуждать кого-либо за его спиной, но мы больше искренне смеялись, интерпретируя ситуацию с ухаживаниями Криса за Таей и так и эдак. Вместе посмотрели несколько доносов и жалоб, друг пометил себе в блокнот парочку имён. Себастьян даже мне не раскрылся до конца и иногда пугал меня своим неисчислимым количеством масок. Иногда мне казалось, что я совсем не знаю его, и тогда вдоль позвоночника бежал холодок. Он спрашивал меня о доверии к Тее. Я тогда не сказал ему, что доверяю ей благодаря интуиции, она просто кричала, что моей супруге доверять можно и даже нужно. Также было и с Крисом. Крис прямой, как копьё, какой есть, такой есть. Не то, чтобы он рубаха-парень, он может такие комбинации закручивать… А вот в случае с Себастьяном интуиция молчала. Но я не имел права оскорблять его своим недоверием, когда мы столько лет вместе, прикрываем друг другу спины. Я буду просто верить.

— Ну что, я доложился, Крису мы кости перемыли, в бумажках поковырялись, пойду дальше работать на благо Империи.

Друг решительно поднялся и скрылся в служебном коридоре, а я задумчиво погрыз карандаш и снова занялся бумагами. Сегодня совещания начнутся с обеда, пока же можно изучить поправки к законопроектам, которые наваяли в министерствах.

Бал подкрался неожиданно, вынырнув из-за угла и сбив меня с ног в моем привычном жизненном распорядке. Тею я отпустил с обеда, чтобы она могла привести себя в порядок, а сам засел за бумаги. В предыдущие дни не было такой возможности, а сегодня многие готовились к балу, и совещаний не было. Очнулся я в шесть вечера, и то благодаря Кристиану, который, зная мою нелюбовь к таким мероприятиям, решил меня простимулировать, то и дело напоминая по дороге к моим покоям, что жена, наверняка, будет намного красивее этих придворных завсегдатаев.

— Я велел доставить мою одежду сюда. Собираться будем вместе, а то ты ещё чего доброго опоздаешь. Придётся зачитывать приказ о помиловании рода фон Нордлесс, вальсируя.

Мы были готовы по прошествии пятнадцати минут и по традиции расположились на пока закрытом и неосвещенном балконе. Официально бал начинался в семь вечера, но приглашенные, конечно же приезжали заранее. Основная масса гостей прибывала в промежуток между половиной седьмого и семью часами, но были и такие, кто опаздывал, а ещё была категория гостей, что приезжали слишком заранее и как привидения кружили по пустому залу, налегали на закуски или вино и ждали появления более влиятельных господ, чтобы выказать свое восхищение. Мы втроём каждый раз наблюдали за появлением гостей, и неизменно узнавали много нового о каждом, по обсуждению в стайках новоприбывших и так далее. В отсутствии музыки здесь была отличная акустика. Церемониймейстер отлично справлялся со своей работой и с совершенно невозмутимым лицом громко и четко объявлял очередного гостя, даже если зал был совершенно пуст.

Доротея для своего появления выбрала момент, когда приехали почти все. Зал был полон, но музыка ещё не играла, так как официально не было объявления от меня о начале. Люди фланировали от одной компании к другой, нигде надолго не задерживаясь. Распахнулись входные двери, и церемониймейстер громко объявил:

— Леди Доротея фон Нордлесс, герцогиня Северного края, и леди Таисия Ледас.

Наступила тишина. Все смотрели на неё. Но мою супругу не так просто было смутить. Она выдержала эффектную паузу, глядя прямо перед собой, и плавно шагнула в образовавшийся коридор из людей. Идеальная осанка, прямой уверенный взгляд, плавная проходка, лишь стук каблуков выдавал, что она идёт, а не плывет над полом. И платье. Невероятное. Облегающее, как вторая кожа. Бюстье темно-стального цвета, подчёркивающее грудь, плавно переходило в юбку, расширяющуюся лишь с середины бедра. Сверху было надето второе платье — тонкая вуаль серебристого цвета, свободного кроя с длинными расклешенными рукавами и небольшим шлейфом. Все оно было расшито причудливыми, словно морозными, узорами, перламутром и изумрудно-бирюзовыми камнями, делая силуэт дымчатым, призрачным, колышущимся. Даже более крупная и фигуристая Таисия в ярком аквамариновом платье немного потерялась на фоне Доротеи, что уж говорить об остальных. И все остальные это тоже понимали. Поэтому сразу же за спиной Теи начались перешептывания, которые нам были прекрасно слышны.

— Подумать только! Как неприлично! Ни корсета, ни кринолина!

— А почему она герцогиня?

— Потому что её бабка, Ледяная Эстель, отказалась от титула в пользу единственной внучки.

— Это же ее родители убили императора Эльдариона?

— Чего ей на своем Севере не сиделось? Сейчас все свободные женихи начнут вокруг нее крутиться. Разоделась, как вертихвостка! Никакого приличия! Как же! Герцогиииня!

— А по-моему, она такая же льдина, как и ее бабка. Что у той, что у этой глаза…бррр.

— Насколько помню, им запрещено появляться в столице.

Уверен, Тея прекрасно слышала все, что было сказано в ее адрес. Она спокойно, никого не приветствуя, так как практически никому из присутствующих ещё не была представлена, прошла к столику с закусками, взяла бокал игристого вина и сделала небольшой глоток. Таисия была напряжена, как струна, но старалась не подавать вида. Сейчас они общались только взглядами, не спеша заводить разговор с кем-либо и между собой тоже. А нам было пора спускаться вниз. Церемониймейстер огласил появление нашей троицы, друзья присоединились к придворным. Господа поклонились, а дамы сделали реверанс, все по протоколу. Дальше я произнес приветственную речь, раздал кое-какие благодарности, вручил награды, и сообщил о помиловании рода фон Нордлесс. В зале сначала раздался удивленный гул множества голосов, но потом некоторые смогли взять себя в руки, раздались жидкие приветственные аплодисменты. Тея плавно двинулась к трону, чтобы принять из моих рук документ подтверждающий вышесказанное. Конечно, это была копия, но момент обязывал. Она низко склонилась в изящном реверансе, но вдруг резко начала подниматься. В этом момент я услышал свист. Доротею немного качнуло вперёд, глаза слегка расширились, рот приоткрылся, но она не произнесла ни звука, а по ее правому плечу потекла алая кровь. Я посмотрел в запаниковавшую, заволновавшуюся, как море, закричавшую на разные голоса толпу. Стрелка взяли. Рядом появился Крис с перепуганной Таисией под локоток. Себастьяна ждать не стоило, у него сейчас полно работы. Крис открыл портал, и мы дружно шагнули в покои Доротеи.

* * *

Стрелка мои люди взяли мгновенно. Публику успокоили. Бал, конечно же, распустили. Я раздал указания, и тоже открыл портал в дом Доротеи.

— Тьян, где тебя так долго носит? — Дружелюбно встретил меня Крис. — Нужно обезболить. Тут