Московский вектор - Патрик Ларкин

– Понял, – ответил россиянин, тоже улыбаясь. С минуту он изучал видоизмененных друзей. Потом кивнул. – Отлично. То, что надо. Узнать невозможно.

– Поверим вам на слово, – ответил Смит, едва удерживаясь, чтобы не почесать над глазом. Его темные волосы покрывал светлый парик, под который пришлось обесцветить брови – теперь они страшно зудели. Под щеки он подложил шарики, и лицо стало более широким, пояс обернул уплотнением, отчего на вид стал заметно полнее. Голубые глаза спрятал под очками с темной оправой. Все эти штуковины доставляли массу неудобств, но ради того, чтобы отвести от себя подозрения, он был готов на что угодно.

Замаскировалась и Фиона Девин. Волосы коротко подстригла и покрасила в темно-рыжий цвет. Надела сапоги с каблуками, отчего стала немного выше, и специальное белье, искусно изменившее фигуру – до такой степени, что Фиона превратилась в другую женщину.

Пока официантка ставила на стол чистые рюмки, молчали. Как только она удалилась, Смит спросил:

– Узнали от своего друга что-нибудь интересное?

– Узнал, – с безрадостным видом ответил Киров. – Во-первых, он подтвердил, что распоряжение вас поймать действительно поступило из Кремля, с самого верха. Отчитывается милиция и привлеченные к операции внутренние войска перед самим Алексеем Ивановым.

– Ивановым? – Фиона нахмурилась. – Скверно.

Смит немного наклонился вперед.

– А кто такой этот Иванов?

– Он возглавляет Тринадцатое управление ФСБ, – сообщил Киров. – Подчиняется исключительно президенту Дудареву, больше никому. Его отдел существует, можно сказать, независимо от Службы безопасности. Болтают, будто его люди нарушают законы совершенно безнаказанно. Я в эти слухи верю.

Фиона кивнула.

– Иванов жесток и не признает морали. Но шпион великолепный. – На ее лицо легла тень. – До сих пор не могу поверить, что из первой ловушки нам удалось выскочить. И не понимаю, почему они убили Веденскую прямо на улице, а нас захватили при помощи фальшивой команды медиков? Можно ведь было просто натравить на нас милицию?

– Этот спектакль поставил не Иванов, – медленно произнес Киров. – Во всяком случае, не один он. Моему бывшему коллеге удалось взглянуть на милицейские доклады, сделанные до того, как Кремль приказал закрыть расследование.

– И? – спросил Смит.

– Милиция установила личности двоих убитых, – сказал Киров. – Оба бывшие сотрудники КГБ, «убирали» диссидентов и потенциальных изменников.

Смит с пасмурным видом кивнул.

– Говорите, бывшие кагэбэшники?

– Да, – ответил Киров. – Последние несколько лет работали на «Группу Брандта». – Он пожал плечами. – Убить вас в Праге пыталась эта же шайка.

– Но ведь Брандт и его головорезы работают на заказчика, – подчеркнула Фиона. – Кто же, интересно, заплатил им за нашу поимку? Иванов от имени Кремля? Или кто-то другой?

– Это до сих пор тайна, – произнес Киров. – Но мой коллега узнал, что машина «Скорой помощи» принадлежала Медицинскому центру святого Кирилла.

Фиона увидела вопрос в глазах Смита и пояснила:

– Это объединенная российско-европейская клиника, созданная для повышения в стране уровня здравоохранения. – Она повернулась к Кирову. – Машину украли?

– Если и так, – сказал Киров, – то правоохранительным органам о краже не сообщили.

– Очень любопытно, – протянул Смит. – И кто же эту клинику финансирует?

– Примерно на треть – Министерство здравоохранения, – ответила Фиона. – Остальные деньги поступают от иностранных благотворительных организаций и других учреждений… – Она резко замолчала, внезапно погружаясь в раздумья. На ее лице отразился ужас. – В частности тех, которые щедро спонсирует Константин Малкович.

– Занятно, ничего не скажешь, – пробормотал Смит. В голове закрутилась мрачная мысль, следовало немедленно обсудить ее с товарищами. Он взглянул на Фиону. – Вспомните, как все произошло: вы рассказали о болезни и о том, что власти держат ее в секрете, Малковичу, он сделал вид, будто встревожен, сказал, что готов помочь в поисках истины. Через пару часов за вами установили наблюдение. Следите за ходом моих рассуждений?

Фиона кивнула.

– От преследователей вам удается отделаться, но на Патриарших прудах они снова появляются, где наблюдают за нами обоими. Весь ваш день проходит в попытках сбить их со следа, а вечером на нас нападает «Группа Брандта». Теперь вдруг выясняется, что машина, на которой эти типы приехали, из клиники, частично финансируемой добряком Константином Малковичем.

– Полагаете, в этой жуткой истории замешаны и он, и Дударев? – насупившись, спросил Киров.

Смит покачал головой.

– Не знаю. Возможно, это чистое совпадение. Но вполне вероятно, что и у Малковича рыльце в пушку, не согласны?

– Согласна, – с горечью выпалила Фиона, вспоминая интервью с Малковичем и сознавая, что за его медовыми словами мог крыться совсем иной смысл. – Но обвинить его в чем-то конкретном за неимением доказательств мы пока не можем, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Верно, – согласился Киров так же угрюмо. – Если миллиардер заодно с Кремлем, то, пока вы здесь, принимает все мыслимые и немыслимые меры предосторожности. Не подпускает к себе – а уж тем более к каким бы то ни было доказательствам – никого постороннего. Выступить против него открыто – все равно что добровольно засунуть в петлю голову.

Смит кивнул.

– Правильно. Надо сосредоточить внимание на семьях жертв, собрать как можно больше сведений по заболеванию. Но сначала доложить обо всех своих подозрениях Фреду Клейну.

– Надо сообщить ему и еще кое о чем, – медленно добавил Киров. – По словам моего друга, в нашей стране зреет и более серьезное зло. Которое каким-то образом, возможно, связано с таинственным заболеванием.

Фиона и Смит, затаив дыхание, выслушали рассказ о слухах про грандиозные военные приготовления. В штаб-квартире ФСБ на Лубянке нашептывали друг другу на ухо о секретных учениях и сосредоточении на границе войск, техники, запасов продовольствия, топлива и амуниции. Затевалось немыслимое: завоевательная война против бывших советских республик.

Глава 28

Белый дом

– Мистер Клейн, сэр, – едко объявила Эстелла Пайк, вводя в Овальный кабинет бледного человека. – Настойчиво просит о встрече с вами.

Президент Сэм Кастилья поднял голову, отрываясь от кипы бумаг на столе, и доброжелательно улыбнулся. От переработок и недосыпаний под глазами у него темнели круги. Он кивнул на одно из кресел напротив стола.

– Садись, Фрэд. И, пожалуйста, минутку подожди.

Клейн опустился в кресло и стал молча наблюдать за продолжившим читать документ приятелем. Вверху на листе краснели жирные буквы – бумага содержала сверхсекретную информацию, полученную разведчиками при помощи спутников. Дочитав до конца, Кастилья досадливо фыркнул и убрал документ в папку.

– Еще какие-то проблемы? – осторожно поинтересовался глава «Прикрытия-1».

– Угадал. – Кастилья провел крупными руками по волосам и кивнул на разложенные перед ним стопки. – Согласно данным со спутников и со станций перехвата сигналов, россияне сосредотачивают войска у границ с Украиной, Грузией, Азербайджаном и Казахстаном. А в Пентагоне и в ЦРУ никто как будто и в ус не дует.

– Потому что недостаточно информации? – удивленно спросил Клейн. – Или потому, что разучились толком анализировать получаемые сведения?

– Понятия не имею! – прорычал Кастилья, хватая одну из стопок и протягивая Клейну. – Меня заваливают такой вот ерундой.

Это был отчет из Разведывательного управления Министерства обороны США. В нем говорилось о том, что количество вооруженных российских подразделений в Чечне и других пунктах Кавказского региона, по всей вероятности, увеличивается. Основываясь на сделанных со спутника снимках, на которых были отчетливо видны движущиеся в сторону Грозного составы с техникой, некоторые аналитики предсказывали очередное решительное наступление россиян на исламских повстанцев. Другие это мнение оспаривали, заявляя, что события развиваются по привычному сценарию. Третья, наиболее малочисленная группа, утверждала, что, мол, танки и бронемашины направляются вовсе не в Чечню, но куда конкретно, сказать не могла.

Клейн читал дальше и дальше, негодуя все сильнее. Разведывательный анализ по природе своей лишен конкретики, определенности. Этот же доклад был гораздо более размытым, чем все, какие попадали в руки Клейна прежде. Противоречащие друг другу теории излагались неточными словами, изобиловали лишними пояснениями и выглядели весьма и весьма неубедительно.

Клейн возмущенно взглянул на президента.

– Пустые разглагольствования.

– Никому не нужные, – произнес Кастилья. – Половина наших лучших специалистов по России в могиле, остальные дрожат от страха и отмалчиваются, боясь, что не сегодня-завтра настанет и их черед. Остальные не так компетентны… Это сразу бросается в глаза.