Смертельные объятия - Анна Васильевна Дубчак

в чем он привез тело? Вот представь себе: тело сначала надо уложить в багажник, да так, чтобы не испачкать его кровью. Во что его можно завернуть?

— Если преступление готовилось, то убийца мог заранее приготовить полиэтиленовую пленку или клеенку. Ну или ковер, покрывало, простыню, наконец!

— Правильно! И?

— Вытряхнув оттуда тело, надо было увезти это покрывало куда-то, спрятать… Там-то наверняка остались следы крови.

— Вот! Но, уезжая отсюда, разве убийца не рисковал, оставляя эту улику в машине? Рисковал. Поэтому мог спрятать где-то здесь, неподалеку. Вот почему мы здесь, понимаешь? Я просто уверена, что убийца торопился, ведь на дороге в любой момент могла появиться машина, место-то довольно бойкое.

— Странно, что он не спрятал труп в лесу!

— А ты не понимаешь, почему оставил на виду?

— Чтобы его поскорее нашли.

— Конечно!

— Кстати, а кто его нашел?

— Не знаю точно, кто-то проезжал мимо, увидел тело, притормозил и вызвал полицию. Ребров сказал, что этому человеку потом дурно стало, он едва сознание не потерял… Но никого на дороге он не видел.

— Ну, не знаю… Пойдем, конечно, поищем, может, и найдем что-то… — сказала Наташа, в душе считая, что надежды на то, что они могут найти что-то стоящее, интересное и полезное для следствия, нет.

Женя, и сама в последнее время чувствовавшая себя неуверенно, поскольку знала, что от нее все ждут каких-то чудес, идей, зашагала к лесу, Наташа едва поспевала за ней.

— Как у тебя дела с Петром? — чтобы не молчать, спросила Женя, вооружившись большой палкой и пытаясь найти что-то в хвойных припухлостях на земле под соснами.

— Ты прямо как грибник! — улыбнулась Наташа. — Да что у нас… Он стал больше работать, вечно куда-то уезжает, вроде бы в читальный зал, пишет что-то, собирает материал для очередного романа, а о чем он пишет — не знаю…

— Замуж так и не позвал? — спросила Женя и тотчас почувствовала неловкость.

Они же совсем недавно говорили с Наташей об этом, она же знает, что пара мечтает о детях, что планировалась покупка дома…

— Женя! — тихо позвала ее Наташа, уставившись на темно-зеленый пластиковый пакет.

Мало того что он был спрятан в густой тени под толстой веткой поваленного дерева, так еще и тщательно присыпан хвоей и лесным мусором.

— Что, грибы нашла? — отозвалась Женя и направилась к подруге. — Ну, что у тебя там?

Это был схрон. Жуткий. Страшный. В пакете оказалась полуторалитровая бутылка с остатками воды, прозрачный пакет, набитый окровавленным тряпьем, кусок мыла, мокрое полотенце. И все это было словно сложено здесь не так давно. Как сказала Наташа: «свежее».

— Вот это да! — Женя палкой вытаскивала из пакета розово-оранжевые, похожие на обветренные куски жирной свинины тряпки. — Наташа, что бы это значило?

— Он мыл руки…

— Ну уж нет… Чтобы мужику помыть руки, достаточно было просто полить себе из бутылки, находясь прямо у машины. Две минуты — и руки чистые. Ты посмотри, сколько тряпок и как много крови было!

— Ну, не хочешь же ты сказать, что он омывал покойницу?

Подруги переглянулись. Прозвучавшие в лесной тишине слова напугали обеих.

— Покрывала нет, пленки тоже… Что же это получается?

— Постой! Тише… Слышишь?

— Ну да. Мухи жужжат…

Неподалеку, в двух шагах от схрона они увидели взъерошенный пласт влажной хвои темно-коричневого цвета, над которым и жужжали мухи.

— Женя, это же кровь!

— Сама вижу… Но что это за кровь? Чья? Если Карину убили в доме, на кровати, так кого же убивали здесь? Может, животное?

— Что-то мне нехорошо… Голова кружится…

Женя бросилась к Наташе и едва успела подхватить ее и уложить подальше от страшного места.

— Наташа, что с тобой? Ну же! — Она похлопала по щекам ставшую совсем бледной подругу. — Поехали уже отсюда, давай открывай глаза!

Наташа пришла в себя, Женя помогла ей подняться, и они вернулись к машине. Там Женя напоила Наташу водой.

— Ты беременна? Признавайся?

— Женя, ты меня уже спрашивала. Я не знаю, не проверялась…

— А ты проверься! Глядишь, тогда Петр сделает тебе предложение, родите детей…

Как же коряво это прозвучало! Женя даже зажмурилась от стыда.

— Может, я, конечно, лезу не в свое дело, но я и правда не понимаю, почему вы до сих пор не поженились!

Конечно, все это она говорила не столько для того, чтобы услышать хоть какой-то вразумительный ответ Наташи, сколько для того, чтобы отвлечь ее от той жуткой картины, которую они увидели в лесу. Она боялась, что Наташа снова потеряет сознание.

Наташа отмахнулась от нее, но не зло, даже пыталась придать своему лицу шутливое выражение.

— Да все у нас нормально, мы же с тобой уже говорили об этом… Думаю, поженимся и будем жить все вместе, если, конечно, мне снова шлея не попадет под хвост и я не начну подыскивать нам отдельный дом. Женя, почему там, в лесу, кровь? Неужели убит еще кто-то? Может, орудует маньяк и убили не только Карину, но кого-то еще? Ну не бывает таких совпадений, чтобы в одном и том же месте в лесу орудовали сразу двое убийц! Получается — один убийца. Но, если он, убив Карину, оставил ее на обочине, чтобы ее поскорее нашли, то куда он дел второй труп?

— А я не понимаю, почему убийца оставил пакет в лесу, неподалеку от того места, где нашли Карину? Он что, не понимал, что все вокруг будет осмотрено, обследовано?!

— Ну, во-первых, не так-то и близко он спрятал пакет от дороги, во-вторых, мы же с тобой его нашли, а эксперты, которые осматривали место преступления, вернее, место, где обнаружили тело, не заметили его! Но ты права, он должен был забрать все эти вещи, этот пакет с тряпками, с собой! Получается, что он просто спешил, ему важно было, чтобы его машину, припаркованную рядом с трупом, не заметили из проезжающих мимо машин. Он выгрузил труп Карины, затем поднялся…

— Нет, не так, — возразила Женя. — Он остановил машину, вышел, поднялся в лес… Пойми, он не