Смертельные объятия - Анна Васильевна Дубчак

видела его лицо или вообще его знает, то ей самой грозит опасность! Угрозы угрозами, но что помешает убийце убрать свидетеля? Звони Кузнецову! Надо срочно ехать к Гороховой домой! Если мы, конечно, не опоздали…

18. Июль 2023 г.

Медсестра, ставившая капельницу, улыбнулась:

— Поспали?

Аля Горохова, поморщившись от боли, разлепила пересохшие губы и спросила:

— Где это я?

— В больнице. Не переживайте, с вами почти все в порядке. Сотрясение, конечно, ну и руку сломали, ногу растянули, синяков и ушибов много, но в целом-то все поправимо! Но главное: вы можете ходить! Сейчас нога распухла, ее перевязали, будете примочки делать, но в целом-то вам повезло! Все-таки третий этаж… Вчера поздно вечером приходили из полиции, хотели с вами поговорить, но доктор не разрешил. Сказал, что вам сделали укол и что вы должны отдыхать.

— Да что со мной случилось-то?

— Вы выпали из окна. Или же вам кто-то помог… Знаете, я так люблю детективные сериалы, а там довольно часто встречаются такие сюжеты. Это ничего, что я так много говорю? Просто радуюсь, что вы — живы и относительно здоровы! Вы совсем ничего не помните?

Аля рассматривала девушку. Молоденькая, симпатичная, в бирюзовом отглаженном халатике. Живет себе спокойно девушка, ходит на работу, утром завтракает бутербродами, пьет кофе, обедает здесь, в больнице, ужинает дома, и все-то у нее в порядке, вон как сияет. Может, замужем, хотя нет, обручального кольца нет. Зато есть спокойствие. Душевное. Живет как все.

А вот Аля сейчас в больнице. И все-то в ее жизни наперекосяк. Льдова, судя по всему, посадят. И останется она без работы. Все в ее жизни теперь будет по-другому. И самое главное — в ее крови поселился страх, и он теперь будет постоянно с ней. Он вместе с кровью будет разгоняться и пульсировать в каждой клеточке тела. И, что самое страшное, призрак Карины отравит всю оставшуюся жизнь. И каждый раз, глядя на дверь ее комнаты, она будет вспоминать ее, такую милую, красивую. Ее чудесная улыбка будет преследовать ее, время от времени превращаясь в болезненные галлюцинации. Они уже сейчас есть, эти жуткие видения, эти кошмары. Как жить?

Голова болела, в груди пекло, словно на нее положили тяжелую и горячую чугунную плиту, было трудно дышать. И слезы вдруг потекли, словно только и ждали команду. Это был страх, страх!!!

— А можно спросить? — Медсестра начала уже раздражать Алевтину. И своим любопытством, и своим завидным благополучием невиновного человека.

Вот ее-то точно не мучают угрызения совести. Она никого не предавала. Живет себе девушка и живет. Ходит, шурша своим чистеньким халатиком, по палатам, ставит капельницы, делает уколы, разносит таблетки, улыбается больным. Потом попьет чайку с печеньем в сестринской, поболтает с коллегами, посмеется. Может, ей позвонит ее парень, который пригласит ее вечером в кино или кафе. Она нарядится, накрасится…

— Спросите.

— Вы сами выпали из окна или вам кто-то помог?

— Сама. Я не выбросилась, мне пришлось убегать…

— От кого? — Сестричка распахнула свои и без того огромные синие глаза с пушистыми наращенными ресницами, замерла.

— Не знаю… Позвонили, я открыла дверь, вошел мужчина в маске, вернее, в черной вязаной шапке с прорезями для глаз, ну, как в кино… Набросился на меня… Я от ужаса кинулась на кухню, думала, схвачу нож… Это было первое, что пришло мне в голову. Но я не успела, проскочила мимо стола, где лежал нож, я же до этого чистила лук… Бросилась к окну, хорошо, что оно было открыто, тепло же… Буквально взлетела на подоконник и… выпрыгнула.

— Выпрыгнули? С третьего этажа? А если бы разбились?

— А вы, стоя у окна, никогда не думали, высоко это или нет? Долетите в целости и сохранности или нет?

— Ну да… Иногда приходят такие мысли. Дурацкие. Особенно после того, как посмотрю такой вот сюжет по телевизору. Но я живу на четвертом этаже. Если бы я выпала из окна, то точно не выжила бы, думаю. Там асфальт… Машины стоят под окнами.

— А у меня — зеленый, мягкий газон. Трава, немного цветов. Мне просто повезло. Наши соседи, старушки, истосковавшиеся по земле и грядкам, занимаются палисадником, посеяли вот газон, посадили цветы… Маргаритки, кажется. Ухаживают, поливают. Карина моя тоже купила две розы, но посадила на другой стороне…

И Аля разрыдалась.

19. Декабрь 2021 г.

— Глазам не верю!!! Вот это подарок! Вот это сюрприз!!! Валя!!! Ты снишься мне, что ли?

Валя, закутанная в шубу, стояла перед воротами дома, в котором теперь жила со своей семьей Оля, и улыбалась. Она так рада была увидеть свою подружку, что и сама, глядя на нее, подумала, не приснилась ли ей она. И этот прекрасный дом со светящимися окнами, и заснеженный сад, и сама Оля в наброшенной на плечи курточке и в теплых калошах. Даже устроив свою жизнь, почувствовав вкус богатства и ни в чем не нуждаясь, Оля оставалась такой же милой, простой и доброй.

— Почему не предупредила? Почему не позвонила? Телефон-то я не меняла, знала, что ты рано или поздно объявишься. Входи, входи!

Оля открыла калитку, впустила Валентину.

Дорожка до крыльца была вычищена. Был вечер, все кругом было голубым, лиловым, словно небо пролилось своими синими тенями на землю. И каким контрастом тепла и света сверкал большой теплый дом!

— Давай-ка, быстро поднимайся на крыльцо! Здесь фонарь, хочу тебя рассмотреть… — Оля аккуратно сняла с подружки капюшон, светлые волосы Вали вспыхнули при свете фонаря платиновым блеском. — Ты все такая же красивая, невозможная! Пойдем! У меня все дома, вот увидишь, как Володя обрадуется тебе! Он же считает тебя нашим Купидоном! Ангелом! Серьезно! Мы так благодарны тебе за то, что это только благодаря тебе мы познакомились и теперь вместе!

Был конец декабря, в большой гостиной, устланной ковром, стояла пышная, сверкающая новогодними огнями ель. По ковру ползали маленькие дети Оли, двойняшки Лиза и Никитка. Разрумянившиеся, толстенькие, в смешных подштанниках с розовыми, словно маслом смазанными, пяточками.

— Сколько им?

— Год и два месяца! Но