Великая Екатерина. Рожденная править - Нина Соротокина

У Павла было два друга, к которым он был очень привязан. Первый – Саша Куракин, племянник Никиты Ивановича Панина, участник детских игр, а в будущем – князь Александр Борисович – знаменитый политический деятель. Второй – Андрей Кириллович Разумовский, сын бывшего гетмана Малороссии. Андрей Разумовский оказывал на Павла сильнейшее влияние. Они были ровесники, но Андрей уже успел окончить курс в Страсбургском университете. Он выбрал морскую карьеру, был участником Чесменского боя, был капитаном фрегата «Екатерина». Блестящий, европейски образованный светский красавец. Это он привез из Любека на пакетботе «Быстрый» невесту Павлу.

Цесаревич писал своему другу: «Дружба ваша произвела во мне чудо: я начинаю отрешаться от моей прежней подозрительности, но вы ведете борьбу против десятилетней привычки и возвращаете то, что боязливость и обычное стеснение искоренили во мне. Теперь я поставил себе за правило жить как можно согласнее со всеми. Прочь химеры, прочь тревожные заботы!»

Павел был счастлив и жаждал деятельности на пользу государства. Вспоминая уроки Панина, он сочинил некий труд – «Записку», названную «Рассуждения о государстве вообще, относительно числа войск, потребного для защиты оного, и касательно обороны всех пределов». Понятно, что Записка касалась в основном армии, но в ней просматривалась новая мысль: не следует России постоянно расширяться, пухнуть в размерах. Земли у нас и так больше, чем достаточно, а порядка на этой земле нет. Мимоходом Павел обругал дворянство, которое ведет расточительную жизнь, а о нуждах государства не думает. И вообще… каждому здравомыслящему человеку должно быть понятно, что России нужны не наступательные войны, а оборонительные. Это поможет сократить рекрутские поборы, которые вредны крестьянству, сократит армию. Каково, а? Не будем забывать, что автору «Записки» было девятнадцать лет.

Теперь надо было только дождаться подходящего случая, чтобы вручить «Записку» государыне собственноручно. Желательно также, чтобы в этот день у нее было хорошее настроение. Этот случай скоро представился. Пришла весть о победе над «пугачевским сбродом» под крепостью Татищей, все верили, что со злодеем покончено.

Екатерина приняла труд сына с улыбкой. Наконец-то Павел успокоился, не глядит букой, не жалуется на меланхолию и даже нашел себе достойное занятие. «Записку» она прочитала в тот же день и пришла в ярость. Мальчишка, щенок, как посмел он излагать ей, императрице, свои детские, глупые идеи!

Вернемся к строгому языку исторической литературы. Екатерина только что выиграла войну с турками. Агрессором в этой войне была не Россия, а Османская Порта. Ввязываясь в эту войну, Екатерина руководствовалась самыми высокими идеями – помочь страждущим. К страждущим относились и польские диссиденты, и крестьяне, и православные греки, и даже крымские татары. Она помогла этим людям, выиграла войну, конечно, наступательную, и недруги ее за свою беспечность, легкомыслие и жестокость должны были расплатиться утратой своих территорий. Заодно скажем, что и шведская война (1790 г.), и вторая турецкая война (1787–1791 гг.) кончились присоединением к России новых земель. И все эти войны начинала не она, а ее противники.

И вдруг ее сын, недоучка, молоко на губах не обсохло, дает ей советы, почти наставления, как правильно руководить государством! Она отчитала Павла как школьника. Тот возражал: «Я тоже хочу приносить пользу государству». Ответ императрицы был короток: «Вы слишком молоды, чтобы заниматься государственными делами. Сейчас у вас одна обязанность – родить наследника!»

Павел знал, что Потемкин вернулся с южного поля битвы и осел во дворце. После разговора с матерью цесаревич представлял, как эти двое глумятся над его «Запиской», и плакал от стыда и обиды. Можно понять и причины его меланхолии. В народе не знали подробностей смерти его отца Петра III, все было тайной за семью печатями, но во дворце тайны не скроешь. Павел с детства ненавидел фаворитов матери, считая их источником всех бед. А как он относился к Пугачеву? Боялся, конечно, как все. Шильдер пишет: «На цесаревича появление самозванца и первые его успехи, несомненно, произвели тягостное впечатление». Конечно, тягостное, что и говорить. Но Пугачев назвался именем его отца, похвалялся, что сделает Павла своим наследником и будет во всем ему помогать. Нашлись люди, и из наших, и из иностранных дипломатов, которые донесли до цесаревича эти опасные обещание. Понятно, что умный юноша относился к ним резко отрицательно, но мысли для размышления появлялись, опасные мысли.

15 апреля 1776 года великая княгиня Наталья Алексеевна умерла родами. Виной тому было искривление тазобедренных суставов (пострадала в детстве от костоправа), ребенок умер еще в утробе матери. Павел был потрясен. Тут и рыдания, и слезы, он совершенно замкнулся в себе. Екатерина тоже переживала смерть невестки, находилась рядом с ней во время родов, присутствовала и при агонии. Жалко было юную жизнь, однако это не помешало ей совершить крайне неблаговидный поступок.

До наших дней дожила фраза, сказанная когда-то Екатериной про Наталью Алексеевну: «Я обязана великой княгине возвращением мне сына и отныне всю жизнь употреблю на то, чтобы отплатить ей за эту услугу». И она отплатила… посмертно. Чтобы «утешить» сына и вывести его из состояния шока, она показала ему любовную переписку его умершей жены. Ты рыдаешь по своей умершей супруге, а посмотри – стоит ли она того? И кто же был соперником Павла? Ближайший друг его – Андрей Разумовский. Оказывается, роман их завязался еще на пакетботе «Быстрый», и потом продолжался все это время.

Может быть, такой поступок – открыть сыну глаза – кому-нибудь покажется правильным. Я нахожу его бессердечным и крайне жестоким. Поиск справедливости иногда приводит к чудовищным результатам. Недаром люди придумали фразу – «ложь во спасение». Может быть, Екатерина, как «чистая душа и честный человек» сама не понимала, что делает. Но вряд ли. Она умела просчитывать каждый свой поступок.

Павел был потрясен, унижен, он совершенно ушел в себя. Смерть – общий удел, хочешь – не хочешь, но с этим надо смириться, но предательство самых близких людей – непереносимо, это рубец на всю жизнь. Павел был, как говорят, человеком с обнаженными нервами, он даже на похороны жены не пошел. А Екатерина и не настаивала на этом. Очевидно, сына в таком состоянии просто нельзя было показывать людям. Разумовский был на похоронах Натальи Алексеевны, на этом настояла сама императрица, после чего по высочайшему распоряжению он был вынужден оставить Петербург и уехал в Ревель.

Но ссылка эта была недолгой, вскоре Екатерина назначила его послом в Неаполь. С военной карьерой Разумовского было покончено, теперь он служил России на дипломатическом поприще. А Екатерина занялась тем, что стала подыскивать новую невесту сыну. Клин клином вышибается, надо, чтобы Павел как можно быстрее забыл свою неверную супругу. Но главное – дела государственные. России нужен наследник.