Сокровища Анны Моредо - Александр Юрьевич Прокудин

class="p1">– И не раз, – подтвердил Пако и усмехнулся. – А я уже начал испытывать к тебе уважение… Ладно, молокосос. Посади его на стул.

Руис сделал, как было приказано.

Моредо начал приходить в себя. Кровь с разбитого затылка стекала ему за шиворот, смешиваясь там с виски, которым щедро пропитались его рубаха и пиджак. Руки Антонио были связаны за спиной – шнуром, выдернутым из гостиничной электрической лампы. Видел он словно через пелену, но зато хорошо слышал голоса.

– Вот наши паспорта и билеты, – Рауль бросил на стол принесенные документы. – Завтра с ними в пять утра нас ждут на местной пристани. И оттуда доставят прямо на пароход.

Раймон взял свой паспорт, раскрыл, осмотрел и бережно положил во внутренний карман. Туда же отправился и билет на его имя.

– Подонки… Вы заодно… Как ты мог, Раймон…

Антонио заплакал. Что доставило садисту-Пако дополнительное удовольствие.

– Как больно бывает получать старые долги, да, друг? – произнес он насмешливо. – Пришел застрелить меня из ружья? Это слишком громко.

Обрез Моредо Рауль поставил на пол возле окна, а свой пистолет бросил на кровать.

– Раймон? Дай-ка мне лучше твой нож.

Руис протянул нож Пако.

– Посмотри мне в глаза, Раймон, – попросил Антонио.

Руис не стал этого делать.

– Зря ты прячешь от меня свой взгляд, сынок, – продолжил отец Анны. – Что бы еще не произошло в твоей поганой, мерзкой жизни, знай: последнее, что ты в ней увидишь, будет лицо одного из Моредо. Я тебе в этом клянусь. И тебе тоже, – он перевел взгляд на Рауля, – можешь быть в этом уверенным!

– Довольно болтовни, – оборвал его Пако.

Со своей неизменной, никогда не сходящей с лица усмешкой он поднес лезвие к лицу пленника.

– Что-то мне это напоминает, Антонио. Ты, возможно, не догадываешься, но однажды ты уже был на волосок от смерти от ножа в моей руке. Сегодня этот волосок оборвется.

Руис отошел к двери и отвернулся, не желая видеть того, что будет делать Пако.

Неожиданно она распахнулась – с такой силой, что, впечатавшись ему прямо в физиономию, сломала к черту переносицу.

Отброшенный выбитой дверью Руис рухнул как подкошенный. В комнату с дичайшим рыком влетел Андреас Моредо. Со всей возможной для человеческого тела скоростью он врезался в Рауля, успев при этом перехватить его руку с ножом.

Сцепившись вместе, они выбили оконную раму и, вместе с осколками стекла и дерева, вылетели наружу, в гостиничный двор.

Покуда Раймон Руис лежал без движения в луже крови, растекающейся из его превращенного свекольное пюре носа, Антонио живо подобрал осколок оконного стекла и разрезал им путы.

Он выглянул в выбитое окно.

Андреас, сидя верхом на груди поверженного волка, наносил ему мощные удары своими молодыми, натренированными для армии, кулаками. Нож, который до этого был у Рауля в руке, лежал примерно в метре от них.

С ужасом Антонио заметил, что рука Рауля постепенно подбирается к оружию – еще секунда, и он его подберет.

Моредо поднял было отобранную у него двустволку, но на таком расстоянии она была бесполезна.

Все, чем он мог помочь сыну, это крикнуть изо всех сил:

– Андреас! Осторожно! Нож!

Он предупредил вовремя. Еще мгновение и Рауль всадил бы охотничий кинжал в бок его сыну.

Значительно более сильный, чем постаревший, измученный болезнями Рауль, Андреас перевел руку противника, крепко сжимающую нож, к его же горлу.

– Андреас Моредо! – хищно скалясь, вдруг заговорил с ним Рауль. – Ты готов стать убийцей, Андреас? Это так? О да! Вы все на самом деле такие же, как я…

– Заткнись!

– Вы бежите от того, чем на самом деле является жизнь. Воротите от них свои благообразные морды… Так вот, вы должны быть мне благодарны… Я вернул вам ее со всеми ее потрохами!..

Вокруг столпились деревенские зеваки, человек пять. Все, что они видели – это как здоровый, молодой парень приставил лезвие ножа к горлу избитого, окровавленного, беспомощно лежащего под ним старика.

Раздалось несколько возгласов:

– Что ты делаешь, парень?

– Он сейчас его убьет!

– Бегите за полицией!

– Андреас, не надо! – Антонио видел, что еще мгновение и его сын сделает то, что исправить будет невозможно.

Слова отца и толпы подействовали – Андреас ослабил хватку.

Но дьявол, сидевший в Рауле Пако, сделал все за него.

– Я так и знал, – произнес он с хохотом. – Еще когда я лежал на твоей сестре, так я и думал. Если Моредо пустятся в погоню, и даже найдут меня, у них все равно ни на что не хватит духа…

Раньше, чем он сам успел понять, что делает, Андреас навалился всем телом на руку Рауля. Под усилившимся давлением клинок мягко погрузился в подбородок Пако и продолжил свое движение до тех пор, пока не уперся изнутри о его черепную коробку.

Рауль Пако задрожал и закатил глаза. Ртом хлынула черная, как вся его жизнь, кровь, по рукам и ногами дерганой волной пробежали судороги.

В толпе закричала женщина. Кто-то из мужчин выкрикнул: «Убийца!».

– Андреас Моредо! Я запомнил, как тебя зовут, мерзавец! – крикнул другой мужчина, указывая пальцем на сына Антонио. – Срочно, кто-нибудь, бегите за альгвасилом!

Антонио, как и все, пораженный произошедшим во дворе, неожиданно услышал за своей спиной звук. И вовремя обернулся – пришедший в себя Руис поднялся с пола.

Лишь одно мгновение они смотрели друг на друга, затем Раймон с криком на него набросился.

Люди во дворе услышали оглушительный выстрел и бросились врассыпную.

Из разбитого окна выплыло белое облачко пороховой гари.

Бросив безжизненное тело Рауля Пако валяться на песке, сжимая в руках нож, Андреас кинулся на помощь отцу.

Антонио сидел, привалившись к стене, и тяжело дышал. В руках он сжимал дымящуюся одним стволом двустволку.

– Папа!

– Со мной все в порядке.

В стене рядом с дверью зиял след от выстрела мелкой охотничьей дробью. Были там также и брызги крови.

– Я ранил его, но он смылся, – проговорил Антонио. – Раймон Руис… Они, оказывается, были вместе!

– Я знаю, папа. Я найду его.

– Тебе надо бежать самому. Люди видели, как ты расправился с Пако. Я найду его сам, я знаю, в пять утра он будет на пристани, они собирались покинуть страну.

Андреас увидел стоящий на столе ящик из-под патронов. Он был приоткрыт.

– Что это? – младший Моредо раскрыл рот от удивления.

– То, из-за чего все началось. Проклятое золото, не принесшее никому ни капли добра. Возьми, сколько хочешь и беги. Тебе надо скрыться. А я найду Руиса.

– Нет. Забирай это и иди домой, к Анне. Я сам разберусь с этим подонком.