Нон Лон Дон - Чайна Мьевиль

Издали Дибе видно было, как огромное водяное колесо Нонлондона-1 вращается все быстрее и быстрее, вспенивая воды Азмета.

– Уж и не знаю, хватит ли ее у меня,- добавил Мортар. Вот и конец моста. Странные улицы Нонлондона всего в

нескольких шагах.

– Постойте минутку…- пробормотал Мортар. Из носа у него вдруг хлынула кровь.

– Что с вами? Вам плохо? – вскрикнула Диба.

– Так… так… еще немного… чуть подальше… хорошо…- бормотал Мортар, стиснув зубы и закатив глаза.

В скрипе вращающегося водяного колеса слышалась теперь какая-то угроза.

«Остановитесь! Хватит!» – хотела закричать Диба.

Ей показалось, что улицы на выходе с моста какие-то странные. Но тут Мортар вдруг резко выбросил вперед руку, словно приказывал ей уходить как можно скорее, и Диба, неловко споткнувшись, толкнула тачку вперед и съехала с моста…

И оказалась в своем дворе. Она стояла на асфальтовой дорожке напротив первой парадной ее дома; ее парадная была следующей.

Ну наконец-то она дома.

Сквозь облака в ночном небе ярко сияла луна. Где-то поблизости заорала чья-то кошка, но тут же умолкла, и снова настала полная тишина. Окна в доме были черны. Прямо от дорожки, на которой стояла Диба, вздымалась вверх огромная арка Бегающего моста. Она проходила прямо над двором, и другой ее конец терялся где-то в темноте. На мосту с поднятой рукой маячил силуэт Мортара.

Откуда-то послышался звон пустых бутылок. Диба отвернулась буквально на секунду, а когда снова посмотрела перед собой, никакого моста больше не было.

Долго стояла она, не двигаясь с места.

Потом наконец подошла к своей двери, достала ключ и отомкнула замок. Правой рукой в перчатке, сшитой из книжного листа, она отворила дверь квартиры и перешагнула через порог родного дома.

– Мама! Папа! – шепотом позвала она.

Она надеялась, что они еще не спят и ждут ее возвращения. И наверное, страшно переживают. Однако в гостиной было темно. Из спальни слышалось тихое посапывание: скорее всего, они спокойно спали.

Стараясь не шуметь, она вкатила тачку с Занной в свою спальню и осторожно переложила подругу на диван. Потом выкатила тачку на улицу и оставила ее на дорожке. Пускай стоит. Соседи увидят, и каждый будет считать, что она соседская. А может, эта тачка даже просочится обратно в Нонлондон.

Вдруг в спальне младшего брата загорелся свет. Раскрылась дверь, и вышел Хасс; он был в пижаме и отчаянно тер глаза. Увидев сестренку, Хасс несколько секунд глупо таращил на нее глаза. Потом они сами собой закрылись, и он поежился.

– Привет, Диба,- сонным голосом сказал он, прошел в ванную комнату и, не закрывая двери, встал перед унитазом.

– Почему не спишь? – сонно спросил он, не прекращая своего занятия.- Мне приснилось, что я ел спагетти,- сообщил он.

Закончив свои дела, он вернулся к себе в спальню, выключил свет и снова повалился на кровать.

Диба почесала в затылке и хмуро оглядела свою комнату. Потом села на диван, провела рукой по лбу все еще лежащей без сознания подруги и посмотрела на часы.

– Не беспокойтесь,- прошептала она, и острое чувство одиночества охватило ее.- Я еще вернусь.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

31

Минуты летели одна за другой, небо за окнами и не думало светлеть, и Дибе было так страшно, что трудно было даже дышать. О, как хотелось ей немедленно броситься в спальню к маме и папе! Забраться к ним в постель, растолкать их, пусть увидят, что она вернулась, что с ней все в порядке, пусть поскорей обрадуются и больше за нее не переживают! Еще ей хотелось как следует рассмотреть перчатку, которую сшил Обадей и с которой ей, возможно, скоро придется расстаться. Надо обязательно прочитать, что на ней написано. Но часовая стрелка уже подходила к цифре шесть, и она понимала, что пока все это надо отложить: сейчас не это главное. Сейчас надо сосредоточиться, приготовиться и ждать.

«Потом, все это потом,- думала она, прислушиваясь к гулким ударам своего сердца.- Сейчас главное – не прозевать. Господи, хоть бы не прозевать!»

– Потерпи немного, Занни,- прошептала она- Зонтоломайстер… он все сделает, он знает, как тебе помочь.

Стараясь не шуметь, она обшарила погруженный во мрак дом и собрала все, что необходимо, для того, чтобы выполнить поручение, данное ей его зонтейшеством.

Секундная стрелка двигалась по кругу мучительно медленно. Минутная, казалось, вообще застыла и никуда не движется. Занна дышала тяжело, ворочаясь на диване с боку на бок.

– Скоро, уже совсем скоро, Занни,- прошептала Диба. Вот уже наконец без пяти минут пюсть. Без четырех. Без

трех. Диба поколебалась немного и натянула на руку перчатку Обадэя – на счастье. И в полумраке попыталась разобрать, что там написано.

Без двух минут шесть. Без одной.

Диба вдруг испуганно огляделась по сторонам, ее трясло от возбуждения. Все розетки в комнате были заняты. Она торопливо выдернула из ближайшей вилку, и красная лампочка ее стереосистемы погасла. Она воткнула в розетку вилку совсем другого прибора. Сейчас ей был нужен именно он.

Как только минутная стрелка коснулась деления над цифрой двенадцать, ровно в пгесть утра, Занна вдруг задрожала и заметалась.

– Ну-ну, Занночка, успокойся,- прошептала Диба.

Но подруга продолжала дрожать. Руки и ноги ее резко задергались. Занна застонала и вдруг перестала дышать! Прошло несколько мучительно долгих мгновений.

«Дыши! – мысленно умоляла ее Диба,- Ну дыши же ты! Ну пожалуйста!»

И вдруг она в смятении вскрикнула. Крадучись и извиваясь, как змея, через окно в комнату медленно заползало щупальце дыма. Смог!

Она замахала на него руками, но он, распространяя вокруг себя запах выхлопных газов, неторопливо и вместе с тем быстро и совершенно беззвучно обшарил комнату, потом развернулся и потянулся прямо к Занниному лицу.

– Нет! – закричала Диба и схватила свое оружие.

А щупальце Смога между тем, дрожа и извиваясь, потянуло из легких Занны тот дым, который проник в нее на мосту. Как раз в этот момент Занна снова пошевелилась и сделала выдох.

«Он стягивает в одно место все свои силы, все до последнего клочка»,- вспомнила Диба слова Зонтоломайстера.

Вот из ноздрей Занны потянулись струйки мерзкого дыма. Выдох ее длился очень долго. Грязные спирали вились над простынями и наконец, слившись в плотное облако, зависли над кроватью.

«Смогглер»,- подумала Диба, вспомнив, как называют такие образования в Нонлондоне.