Туранская магическая академия. Скелеты в королевских шкафах - Бронислава Вонсович

– Ну, возможно, у него не одна дочь, – невозмутимо сказала Ниалия, и успокаивающим жестом положила руку на плечо супругу. – Я думаю, что нас вполне устроит и внебрачная, лишь бы мальчик был счастлив.

– Внебрачная? Да такого верного мужа, как Генрих, еще поискать надо. Я вообще не знаю ни об одной его интрижке, кроме как с герцогиней Шандор, – несколько смягчаясь, сказал Лауф.

– Ну вот видишь, – удовлетворенно сказала королева.

– Только герцогиня пропала, не подарив его величеству ни одного ребенка.

– В самом деле? Ну не могло же у него не быть случайных связей – он же не любит свою жену. Возможно, даже он не знает, что у него есть дочь. Я уверена, девушка, предназначенная Крауту, где-то есть, и он ее непременно найдет, – оптимистично закончила королева. – Ты же хорошо знаешь нашего сына.

– Вот именно поэтому я и беспокоюсь.

– Олин, так о чем ты хотел поговорить со мной на свадьбе твоей сестры? – спросил Генрих сына, когда они остались вдвоем в столовой после ужина. Королева уже ушла к себе. А Гердер последнее время вообще забывал о еде.

– Мне кажется, это уже неважно, – ответил Олин, мрачно вертя в руках бокал с вином.

– И все же, может, расскажешь, что тебя так беспокоило?

– Когда мы спускались в усыпальницу, я шел перед Лиарой с Гердером и невольно слышал их разговор. Так вот, Лиара сказала, что слышит голоса, а когда Гердер спросил, что она слышит, ответила – королевскую клятву.

– Не может быть! – потрясенно сказал Генрих.

– Гердер сказал, что это следствие ее плохого самочувствия, – продолжил принц. – а я вдруг вспомнил, как ты говорил, что если прямой потомок правящей династии не принимает клятву при достижении совершеннолетия, то он слышит ее, спускаясь в усыпальницу. И я решил, что про это нужно обязательно рассказать тебе.

– Не может быть! Этого никак не может быть! – как заведенный повторял король.

– Но я думаю, что это действительно теперь неважно, Лиара умерла, и мы даже не знаем, где ее тело, так что возможности провести экспертизу у нас нет.

– Олин, я разговаривал с Лиарой о ее семье, я не был знаком с ее матерью, в этом я уверен точно. Я никогда не был в тех городах, в которых она жила.

– Возможно, что она не сказала тебе правду или сама ее не знала. Недаром дракон сказал, что понимает, почему она скрывает внешность.

– Дракон, вот как. А ты не помнишь, кого именно приглашали к вам в группу?

Оказалось, что я тоже не приспособлена для хождения по пересеченной местности. Хотя в этот раз на мне были башмаки с крепкими подошвами, но они были на пару размеров больше, чем нужно, и ерзали по ногам, немилосердно их натирая. Пришлось оторвать кусок от нижней юбки и замотать ступни, но идти все равно было больно. Радовало только то, что Хьюберт утверждал, что границу с Лорией мы уже перешли. Вот когда я пожалела, что моему фамилиару не суждено превратиться в прекрасного молодого человека и на руках донести меня до города. Я бы даже замуж за него за это вышла. Наверное.

– Все, – сказала я, падая на подвернувшуюся корягу. – Больше я сегодня ни шагу не сделаю.

– Да до города осталось всего ничего, – возмутился Хью. – Часа четыре всего, а там постоялый двор, горячая еда, мягкая постель.

– Я столько не пройду – просто умру по дороге, – мрачно сказала я. – И я уже ничего не хочу – ни еды, ни постели.

– Чем быстрее мы придем в город, тем быстрее мы сможем добраться до Старка, – вкрадчиво заявил мохнатый нахал.

– Хью, а если Ример меня там не ждет?

– Не надо заранее паниковать. Если не ждет, тогда и будем думать. В конце концов опять можешь поступить в какую-нибудь магическую школу с дальнейшей отработкой.

– Меня там вычислить могут и Гердеру вернуть.

– Сама-то ты в это веришь? – скептически поинтересовался хвостатый нахал. – Чтобы Краут вернул тебя Гердеру? Ну-ну, а то я не видел, как он на тебя смотрит.

– Смотреть-то, может, и смотрел, только вот это не мешало заводить ему интрижки со всякими маркизами, – ядовито сказала я.

– Ну, если тебе не дают парное мясо, приходится есть требуху, – философски заметил Хьюберт.

– Ардарион, рад вас видеть, – приветствовал дракона король Генрих. – Спасибо, что нашли время принять мое приглашение. Я хотел бы обратиться к вам с вопросом…

– Увы, ваше величество, – уважительно склонил голову дракон, – боюсь, что я не смогу ответить на ваши вопросы.

– Но вы же их еще не слышали? – удивленно сказал король.

– Я догадываюсь, ваше величество. Вы хотите спросить меня о Лиаре. Так вот, я связан словом и никому ничего о ней рассказать не могу.

– Вот как? И кому же вы дали такое опрометчивое обещание?

– К сожалению, ваше величество, это тоже информация, которую я не могу разглашать.

– И на ваше слово никак не может повлиять тот факт, что девушка уже мертва?

– С чего вы это взяли, ваше величество?

– Но как же, ведь королева официально объявила, что ее поиск дал такой результат?

– Вы же знаете, ваше величество, что Лиара – истинная пара Краута, с которым мы в дружеских отношениях. И вы понимаете, что он бы почувствовал ее смерть. А он считает, что она жива. Я вам говорю это, так как уверен, что вы не станете сообщать об этом факте своему старшему сыну.

– Вы правы, не стану, – задумчиво сказал Генрих. – Значит, она жива, и в ее жизни есть какая-то тайна…

– Именно так. Думаю, с вашими возможностями вы вполне способны ее раскрыть и без моей помощи.

– Что ж, вы дали мне пищу для размышлений. Спасибо.

До города мы с Хью все-таки добрели, после того как он слез и потопал своими лапами. Настроение при этом у него резко испортилось, и он всю дорогу либо ворчал, либо отмалчивался. Еду я заказала в комнату, и мы с фамилиаром дружно поужинали. Рыбка, припущенная в сметане, подняла ему настроение, и он задрых совершенно довольным. Вот как мало ему надо для счастья! Я задумалась, если он дух-помощник, то почему столько ест? Да одна рыба весила больше, чем он, а ведь этот проглот еще и кусок мяса у меня стащил, так что мне остались одни овощи. И по дороге через границу большую часть еды, которую я с собой брала, тоже он слопал. Или это его духовная сущность заставляет столько пищи поглощать?

Я забивала себе голову всякой ерундой, лишь бы не думать о том, что меня действительно волновало. На сегодняшний день это были две вещи: найду ли я в Старке Римера и… Краут. Ну вот не могла я его из головы выбросить, хоть плачь! Ведь и виделись всего несколько раз, и вот он каким непостоянным оказался, а как вспомню его прикосновение на балу, так по телу прокатывается жаркая волна. И что это такое? Когда Биран брал меня за руку, мне было приятно, когда прикасался Гердер – противно, а остальные случайные прикосновения других мужчин вообще не вызывали никаких эмоций. А тут – буря внутри и желание оказаться в его объятьях, честно призналась я себе. И именно потому, что я влюбилась в Краута, мне настолько отвратителен стал Гердер. И именно потому, что я встретила своего оборотня, я не смогла принять выбор нашего кронпринца и иду сейчас в неизвестность. Только вот нужна ли моя любовь гармскому принцу?

Да, с мужем принцессе Олирии не повезло. Почему-то его совсем не трогали несчастья, постоянно случающиеся с молодой женой. Вот и сейчас он просто поражал ее своей черствостью. На все страдания по поводу сломанного ногтя на левом мизинчике он ответил сухим предложением ноготь срезать и подпилить. Но это же ужасно! Ноготь же будет короче остальных! А к ней вот-вот должна приехать леди Дорен, и она непременно все заметит и остальным расскажет! Да, раньше Олирия думала, что таким безразличием к чужим бедам отличаются только ее братья, но жизнь показала, что она ошиблась. Когда она высказала свое справедливое замечание мужу, тот почему-то схватился за голову и сказал:

– Господи, за что мне это? Да лучше бы тогда с его высочеством поехал.

– Тогда – это когда? – подозрительно поинтересовалась Олирия.

От немедленной расправы графа спас запыхавшийся нарочный с письмом и объемным пакетом. Эдин вскрыл письмо и, просияв, сказал:

– Любимая, мне срочно надо идти по делам государственной важности. Встретимся вечером, или нет, лучше ночью.

И убежал, не дожидаясь ответа. «Бездушная сволочь», – подумала принцесса, с грустью вспоминая Бирана Граудера. Вот кто был человеком тонкой душевной организации, таким нежным, таким понимающим. Как бы вернуть его назад? Как бы дать понять Гердеру, что ей срочно нужен ее секретарь? Как же не вовремя пропала эта дура, его невеста!

– Ваше начальство рекомендовало вас как прекрасного специалиста в розыскном деле, – начал король Генрих, внимательно рассматривая стоящего перед ним инора Фалька. – Именно поэтому я хочу поручить вам одно деликатное дело, по которому вы будете отчитываться лично мне, не ставя в известность свое начальство.