Кровавый Король (СИ) - Кэйтр Элизабет

Мужские руки вовремя подхватывают её, ставя ровно перед собой. Генерал Себастьян насмешливо щурит глаза, пытаясь оставить остальное лицо с напускной серьёзностью.

— Ты решила самоубиться до Посвящения? — серьёзно выдаёт он, отчего ведьма растягивает губы в улыбке.

— Или ты, — пожимает плечами она, намекая выразительным взглядом, что она всё-таки не просто какая-то ведьма — Верховная.

— Выглядишь… чарующе…

Себастьян быстро скользит взглядом по её нетипичному виду.

Ведьма стояла словно молодая королева этого замка, альвийский шёлк безупречно струился волнами, украшения блестели в тёплом солнечном свете, а взгляд более не был колючим и диким, скорее — непривычно тёплым, каким-то хозяйским и перехватывающим дыхание. Ради неё хотелось отдать жизнь, не раздумывая, чтобы она не совершила.

— Не представляю и малейшего значения, куда ты так гналась, но скоро начнётся аудиенция, тебе нужно присутствовать. Видар и без того не доволен твоим отсутствием за столом.

— Король вряд ли оценит, что ты вызвался меня сопровождать, — хмыкает Эсфирь, с интересом оглядывая, как рука Себастьяна элегантно сгибается в локте, ожидая её руку.

— Он приказал направить за тобой начальников стражи. Если учесть, что я — генерал…

— Начальник, всвоем роде, — иронично хмыкает она, принимая его руку. — Ваш ревнивый король наверняка думает, что я околдовала тебя.

— А ты не околдовывала? — смешливо дёргает бровями Баш.

— Как я могу? — подыгрывает ему ведьма. — Уж ему-то бояться нечего. Ведьмин шармдействует лишь тогда, когда ты не испытываешь сильных негативных эмоций.

— Всё же он есть?

Себастьян стремится не утерять шутливого настроя, но взгляд становится серьёзнее. Неужто Видар прав?

— Своеобразное проклятие всех ведьм, — пожимает плечами Эффи. — У тебя это почти прошло.

— То есть?

— Я знаю, что ты чувствовалослепление. Оно сходит на нет спустя несколько дней или недель и остаётся лишь… хорошее отношение к нам. — Эффи тщательно подбирала последние слова. — Нежить уже властна над своими эмоциями. К слову, половина вашей Тэрры меня ненавидит, — ухмыляется она.

— Это не так, — быстро вставляет Себастьян. — Далеко не так, когда-нибудь ты это увидишь.

— Не теряешь надежды на то, что я тут задержусь? — лукавая улыбка касается пухлых губ.

— Как я могу? — возвращает ей генерал.

Всего лишь ведьмин шарм. Всего лишь. Да, он чуть с ума из-за него не сошёл! С плеч Себастьяна будто оковы падают.

Прислуга распахивает двери в тронный зал, пропуская их внутрь.

Видар, расслабленно восседавший на троне, переводит взгляд на вошедших. Тело наливается напряжением, он с усилием пытается отвести взгляд, но не может, жадно впитывая каждое, почти эфемерное, движение ведьмы.

От того, как она улыбается, и улыбается всем, кроме него, перехватывает дыхание. Он не видел её такой… расслабленной или счастливой. Он вообще не замечал раньше её дьявольской красоты: как опасно сверкают разноцветные глаза, как губы лукаво растягиваются, а брови аристократично изгибаются.

Белый — не был её цветом, но никто, кроме неё, не выглядел так величественно, облачаясь в снежную пургу.

— Кровавый Король, — хмыкает она, выпуская руку генерала.

— Верховная Тринадцати Воронов, — в тон ей отвечает Видар.

— Выглядишь уставшим.

Она ведёт плечиком, отчего король едва заметно облизывает губы.

— Выглядишь… сносно, — дёргает жгучей бровью.

— Сносно? — не удерживает смешок Эсфирь.

«Он издевается? Я выгляжу, как демонова королева!»

— С минуты на минуту начнётся аудиенция. Займи своё место! — приказывает Видар, не желая более говорить с ней. Бешено-стучащего сердца с лихвой достаточно.

Он удивлённо осматривает Эсфирь, когда та, молча кивнув, со счастливой улыбкой на губах, занимает место подле правой руки Видара.

«Да, что не так с этой инсанис?»

— Ваше Величество! — громкий голос слуги разлетается по зале. — Прибыли Его Величество Брайтон Киллиан Бэриморт — Король Пятой Тэрры в сопровождении Паскаля Яна Бэриморта — генерала-покровителя Малварских Карателей.

Двери безумно медленно (для Эсфирь) отворяются. От накатившей радости и желания очертя голову ринуться в объятия — она чуть ли не ёрзает на кресле, словно маленький ребёнок.

Видар напускает на себя серьёзность и ненависть всего пекла, лишь бы никто не заметил, как умилительно дёрнулся уголок губы. Этого ему ещё не хватало!

Паскаль, завидев сестру, озорно подмигивает ей, растягивая губы в приветливой улыбке. Брайтон же — ускоряет шаг, окидывая младшую сестру тёплым взглядом.

Оба шли, как единое целое, с одинаковой обольстительно-опасной грациозностью. Чёрные камзолы богато сверкали серебристой росписью при ясном свете дня. Единственное, что отличало братьев: старший — застёгнут на все пуговицы, без любого проявления небрежности, младший же плевал с высокой колокольни на правила этикета в одежде: распахнутый камзол и жилетка выражали протест, а чёрная шелковая рубаха, расстегнутая на несколько пуговиц — пренебрежение.

Видар оценивающе пробегается по ним взглядом, отмечая, что их сестра действительно женская версия рыжеволосых правителей. Зелёные глаза смотрели с серьёзностью и величием, в голубых же сквозила насмешка и задор.

После того, как все нормы и традиции Первой Тэрры были соблюдены, аудиенция окончена, а братья стали официальными гостями замка и даже оказались приглашены к королевскому столу, Эсфирь резко подскакивает с места, ошеломляя знать.

Кто-то испуганно охает. В её руках мелькает серебристая сталь клинка. Она слишком внезапно оказывается рядом с королём Пятой Тэрры, ловко отталкивая в сторону принца. Стража подрывается к ним, но Паскаль вскидывает руку вверх, смешливо смотря на Кровавого Короля, ясно давая понять, что это — норма, лишь показательное выступление…семейноеприветствие.

Брайтон делает грациозный выпад, обаятельно улыбаясь уголком рта, но ведьма, предугадав, оказывается на шаг впереди. За ней, почти беззвучно появляется Паскаль. Оба брата хитро переглядываются, зажимая сестру в крепких объятиях. Бархатный смех троих гулко прокатывается по зале.

Видар сидит в полном замешательстве, оглядывая другую Эсфирь — ту, что он видел в первый раз. Сердце глухо бьётся, замирая в напряженной дрожи.

— Простите нам эту вольность, господин Видар! — В голосе старшего брата не было и намёка на смех, но озорные смешинки ещё плескались в глазах. — Мы слишком давно не видели сестру.

— Ничего, — холодно роняет альв. — Я наслышан о крепких родственных связях маржан.

Паскаль уже было открывает рот, чтобы сморозить глупую шутку в роде: «Инцест — дело семейное», но Брайтон вовремя награждает его хмурым взглядом.

Видар скользко ухмыляется, сразу раскусив младшего.

— Господин Видар, можно последний вопрос на сегодня?

Паскаль поднимает на короля наглый взгляд, всем своим бесцеремонным видом показывая, чьяэто сестра.

— Разумеется.

— Господин Видар, могли бы мы после ужина выкрасть госпожу Верховную из-под Вашего чуткого поля зрения? Ничего криминального! — На опережение вставляет Кас. — Она лишь обещала нам экскурсию по городу.

— Она? — Король, не совладав с эмоциями, иронично дёргает бровью. — Боюсь, дорогой Паскаль, моейСоветнице в этих вопросах самой понадобится путеводитель.

— Отчего же? Я чудесно ориентируюсь в Халльфэйре.

— Надеюсь, это не дело рук маркиза Оттланда.

Брайтон недоуменно косится на сестру, а Паскаль замирает, рассматривая попеременно то короля, то ведьму. Остальные будто и вовсе растворились. Властвовал более не король. Перепалка двоих.

— О, нет, благодаря ему я прекрасно знаюкаждыйуголок Долины Слёз.

Губы Паскаля озорно растягиваются в улыбке, но взгляд, наоборот, становится в разы серьёзнее. Брайтон и вовсе мрачнеет.

— Всё же настаиваю на проводнике.

— Настаивай сколько влезет, — нагло поднимает на него глаза. — Вороны — мои глаза. Я знаю здесь даже самые скрытые тропы.