Вот тебе и сказка, Наташ - Татьяна Николаевна Гуркало

— Ага, прямо в первую брачную ночь, вот сюрприз-то будет, — сказала Наташа. — Бедолага женился на тихой девочке с огромными голубыми глазами, а тут нате вам. Нет, ну можно же как-то отличить ведьму не от ведьмы.

— А может и нет, — засомневался в собственных словах Немши. — Тут как-то дочку целого министра за два дня в другую академию перевели и по слухам большую компенсацию ее отцу выплатили. Ведьмой она оказалась.

— Инициировал кто-то нечаянно? — спросила Наташа.

— А шушель ее знает. Хотя желающие точно были, с таким-то отцом и фигурой.

— Вот кому-то сюрприз был.

Поискав еще немного, они узнали, что молодые ведьмы сплошь дуры истеричные. Какой-то там профессор доказал, которому одна молодая истеричная дура ослиные уши вырастила. Потом, чудом, не иначе, наткнулись на короткий списочек признаков того, что девушка может быть ведьмой. И Наташа долго и недоверчиво на этот списочек смотрела. Она себя роковой красоткой никогда не чувствовала. И мужчины в штабеля у ее ног не укладывались. И уверенностью в делах она не отличалась. И бесстрашно спорить не любила. В общем, на удивление неправильная ведьма какая-то.

— А может это вообще ошибка? — спросила саму себя девушка. Правда, что именно ошибка, она была не уверена.

— Может ты просто от мира закрывалась, вот и было не заметно.

— Да, а теперь открылась и то Осатинов в чудовища превращаю при помощи котика, то у меня какие-то приставучие идиоты с лестниц летают. И вообще, где не появлюсь, везде праздник, веселье, разрушения.

— Наверное именно этого нашему миру и не хватало, — глубокомысленно сказал Немши, за что получил удар локтем в бок и нахально рассмеялся. — Ну, сама посуди, у нас тут даже королей не травят. Тишь да гладь.

— Миру скучно, — проворчала Наташа, хихикнув. — Потрясений ему хочется. Лишь бы это было неправдой. Ладно, давай продолжим наш квест. Поищем, как мне теперь доказать, что я действительно ведьма. А то вдруг достаточно накраситься поярче, надеть платье покороче, причем, красного цвета, и полетать на метле над крышами.

Немши посмотрел с интересом, широченно улыбнулся и заявил:

— В страшных сказках ведьмы голышом летают, причем, не обязательно на метлах.

— Нет, ну, на такие жертвы я пока не готова, — проворчала Наташа. — Максимум, купальник. Три тряпочки. Шесть веревочек.

Немши задумался, видимо, пытался эту конструкцию представить. Здесь раздельных купальников пока не изобрели. А если кто-то контрабандой привез, то демонстрировать этакое чудо посторонним точно не стал. Да и девушки не особо любили купаться в общественных местах. Разве что в бассейнах под крышами. Но там мужчины отсутствовали и купальники были не нужны.

— Хватит фантазировать, — решительно хлопнула ладонью по книге Наташа. — Я тебе потом каталог приконтрабандю. Пока ищем признаки, которые я могу продемонстрировать. Или может тебе журнал для мужчин купить? Светка не постесняется.

Немши тихо хмыкнул и качнул амулетом, который умел листать книгу и находить нужные читателям слова. Которые могли оказаться посреди ненужной информации. И в большинстве случаев там и оказывались.

В библиотеке они все-таки сидели не зря. В книге оказалось много всего интересного.

Были откровенные глупости, вроде «заставь девку в полночь, обязательно в новолуние, перепрыгнуть через черного петуха, усаженного поперек тропы, и, если он после этого закричит, значит девка ведьма». Наташа как представила процесс усаживания петуха на тропу, долго потом хихикала. Ага, особенно ночью, когда эти петухи вообще ничего не видят. Разве что связать птицу, причем, как-то так, чтобы она сидела. А потом выпустить девушку, которая черного петуха в новолуние вряд ли рассмотрит и вместо прыжка получится спотыкание с последующим полетом в кусты. И кричать после этого будет явно не петух. Петух хорошо, если выживет. На него ведь и наступить могут. А дева может весить килограмм восемьдесят, а то и все сто.

— Жалко птичку, — сказала Наташа и с петухами экспериментов решила не проводить. Да и зачем в ее случае? Поздно уже.

Из толкового нашлись путанные и невнятные объяснения почему на ведьм не действует внушение. Вообще не действует. Ни приворот, ни наведенная ненависть, ни подаренная амулетом убедительность.

— Один только котик действует, — проворчала Наташа. — А мне букетики подсовывают и колечками убедить пытаются, бедолаги.

Кто-то попытался объяснить при каких обстоятельствах ведьма может неотвратимо проклясть. Оказалось, может, но для этого надо устроить как минимум массовое убийство младенцев. Во всех остальных случаях сам дар подтолкнет ведьму чтобы она условие для снятия поставила, потому что без условий даже ведьмино проклятье можно снять. Ну, хотя бы при помощи другой ведьмы. Или ослабить. Оказалось, проклятья даже полезными бывают. Например, один король даровал ведьме титул за то, что она сумела его проклясть на ощущение угрозы.

Еще оказалось, что ведьмы не обманываются в людях. Правда, Наташе это ничем не могло помочь, потому что не обманываются опытные ведьмы, а ей до опытной…

— Значит, единственный шанс доказать, что я ведьма — заставить кого-то подлить мне приворотного зелья, — со вздохом сказала Наташа. — Немши, ты не знаешь какого-нибудь идиота, который мог бы это сделать, а потом еще и растрепать всем, что не получилось почему-то?

— Настолько идиота не знаю. Но можно поискать в городе.

Девушка вздохнула, подозревая, что поиски затянутся.

— Или ты можешь его выпить случайно. Сама приготовила, дала кому-то подержаться, чтобы метка осталась, а потом торжественно выпила.

— И отравилась, — сказала Наташа, прекрасно знавшая свои умения в зельеварении.

— Кстати, а ведь отравить ведьму тоже невозможно. Это доказанный исторический факт! — обрадовался Немши.

— Давай угадаю, кто-то пытался травить опытную ведьму и у него не получилось, так? В общем, нет, я не рискну. Может это зелье где-то купить и сказать, что я случайно приготовила? Нашла рецепт, подумала, что это такой оригинальный суп…

— Морковки и лука туда накрошить, — подсказал Немши, и Наташа фыркнула.

Но идея с тем, чтобы как-то продемонстрировать, что на нее не действует внушение, ей понравилась. Внушать ведь не только при помощи зелий можно.

Из библиотеки они выходили вместе.

Сначала, правда, вместе потаращились на Осатина в компании неизвестной девушки. Наташа их увидела легко, вспомнила, что вот там они были, посмотрела и увидела. Осатин все так же тыкал в книгу и что-то объяснял, а девушка смотрела на него, как на икону. Или прекрасного принца. В общем, очень странная особа.

Немши же, чтобы увидеть эту композицию, пришлось воспользоваться амулетом. И когда они продолжили путь, решив не ждать, пока странная парочка их заметит, задумчиво сказал:

— А еще ведьмы не видят иллюзии.

— Может это из-за моих стихий.

— Нет, стихийники иллюзии видят. Есть даже