Проект 'Цербер' - Искандер Лин

И так, вместо улицы Индустриальной, колонна оказалась на улице Строителей, которой вообще не было на карте. Ещё немного покрутив карту, майор наметил характерную расстановку домов, выходивших к привокзальной площади: они стояли полукругом. Теперь офицер пытался понять, в какой стороне находятся эти необычного вида двенадцатиэтажки. Всё оказалось не так плохо: колонна сместилась с курса, но не настолько сильно, чтобы искомые высотки были закрыты застройкой от глаза, вооруженного биноклем. В этот момент на связь вышла разведка, отъехавшая чуть вперёд:

­– Товарищ майор, вижу пехоту на два часа, сто метров!

– Сколько? – тут же спросил Громов.

– Это наши, человек семь!

– Давай к ним осторожно, а я тебе фланги прикрою, – приказал майор и тут же отдал распоряжения остальным машинам колонны. Сводный батальон спешился, частично занял магазин на краю разбитого квартала. Тяжёлая техника направила стволы на пустырь, оставшийся сзади и по бокам, основная масса пехоты зашла на прилегавшие к торговой точке дворы. Спустя десять минут в магазин зашли разведчики и несколько потрёпанных грязных солдат. Их внешний вид оставлял желать лучшего: посечённые бронежилеты, измазанные оттаявшей землёй штаны и рукава бушлатов, изрезанные ссадинами руки. Стебли пожухлой прошлогодней травы пристали к глинистым пятнам на кирзовых сапогах, касках и даже воротниках. У одного вояки не было автомата – безоружен.

– Кто такие? – грозно спросил Громов.

Один из чумазых пехотинцев подал голос:

­– Младший сержант Белебеев, командир 2-го отделения, 2-й роты, 78-го полка, – голос девятнадцатилетнего парня был подавленным, белела потрескавшаяся кожа на губах, распухший безымянный палец на левой руке давно укрылся багрово-чёрной коркой запёкшейся крови.

– Это вас на помощь 151-й кинули? А где командование? Где основные силы? Где колонна?

– Не знаю, что с колонной, – так же грустно ответил Белебеев. – Мы от Рязанской улицы сюда шли: там нашего мехвода миной убило. Остальные разъехались сразу кто куда. Ещё несколько машин подорвались на той же улице и на параллельной, около сортировочной станции. Командир взвода нас вёл к вокзалу, но его снайпер снял. Думали туда в сумерках проползти, но потом вас увидели.

– Понятно, – кивнул Громов. – Что около вокзала? Какая обстановка?

– Тяжёлая, – произнёс младший сержант, смотря в пол.

– Долбят их там! – почти выкрикнул солдатик в исцарапанном шлеме. – По вокзалу только так стреляют.

– И техника горит, – добавил боец маленького роста, плотного телосложения, в коротких руках которого автомат казался чересчур длинным и громоздким.

Майор не стал одёргивать солдат уставными порядками, припоминать субординацию и учить правилам доклада. Вся эта строевая шелуха его самого бы разозлила в таких обстоятельствах. Он лишь спросил:

– А откуда по вокзалу стреляют, видели? Может, есть какие-то основные огневые точки? Может, технику у боевиков заметили?

Младший сержант закивал:

– Так точно! С домов напротив площади, в основном, бьют, но и со стороны путей в них кто-то с гранатомётов садил!

– Снайпер у нас троих снял, когда мы между розовыми домами перебегали! – дополнил картину низкорослый.

– А это где они? – уточнил майор.

Сразу несколько солдат, наперебой начали указывать руками в окно магазина, стараясь быстрее объяснить.

– Понял, а ещё видели что-нибудь?

– Да, – будто что-то вспомнил Белебеев, – вот уже когда на вас выходили, мы от закруглённого дома шли. Он странный какой-то.

– В смысле? – не понял Громов.

– Ну, весь в этих флагах зелёных на верхнем этаже, оттуда постоянно в сторону вокзала очереди слышны, но по нам ни разу не стреляли. Ни когда укрывались за ним, ни когда к вам отступали.

– Я даже видел, как боевики друг друга уложили, – вклинился солдат с поцарапанной каской. – Мы когда за теплотрассой укрылись, в нашу сторону бежали несколько этих, с ленточками на лбу. Так они когда к дому подошли, им сверху ручную гранату скинули!

– Да! Было такое! – подтвердил младший сержант. Остальные поддакнули.

– А на первый этаж в этот дом не совались? – спросил майор.

– Никак нет. У нас патронов немного осталось, – как-то немного стушевавшись, ответил Белебеев.

– Ладно, – подытожил Громов. – Поступаете под моё командование теперь! Колонна идёт на площадь, – после этого слова, извалявшиеся в грязи пехотинцы, заметно расстроились, – но вы остаётесь здесь с ещё одним взводом и танком: надо подготовить нам «калиточку» для выхода с площади. За развалюхами следите и не продолбайте перекрёсток!

Поняв, что под автоматные очереди они не поедут, солдаты мигом приободрились. Офицер перевёл сосредоточенный взгляд на бойца с пустыми руками:

– А твоё оружие где, воин?

– Потерял, товарищ… – робко ответил рядовой, не зная в каком звании сейчас стоит перед ним человек.

– Майор. Громов – моя фамилия.

После спешной организации огневой точки в районе магазина, колонна выдвинулась в сторону дома, указанного пришлыми солдатами из 78-го полка. Остановив машины на достаточном расстоянии, Александр Иванович лично выстрелил красной сигнальной ракетой в сторону зелёных знамён, натянутых на решетки балконов последнего этажа. Чтобы в районе не заметили, что кто-то возле площади подаёт опознавательные знаки, прицелился ракетницей по нижним этажам. Несколько минут ничего не происходило: из дома вели беглый огонь по площади, никак не реагируя на колонну, а затем из крайнего окна вылетел зелёный флаг, привязанный к стулу. «Зелёная ракета, стало быть», – облегченно подумал Громов и велел разведчикам доехать до ближайших подъездов – убедиться окончательно. Скоро по рации радостно доложили:

– Товарищ майор, тут наши! Наши! Морпехи здесь засели!

Командир сразу повёл «ленточку» под защиту высоких стен дома, стоявшего на привокзальной площади. Заняв оборону по флангам, спрыгнувшая с брони пехота начала давать сдачи вялым попыткам отдельных групп боевиков переключиться с дымящегося вокзала на внезапно появившуюся под самым носом большую группировку федералов. «Странный дом» оказался хорошо подготовлен к бою: квартиры изобиловали пробитыми проходами в стенах и перекрытиях, были грамотно расставлены боеприпасы и коробки с провиантом. Добравшись до восьмого этажа, Громов встретил командира засевших в здании солдат. Молодой, хорошо сложенный офицер с серыми глазами козырнул:

– Лейтенант Мазков, рота морской пехоты 102-й сводной бригады.

Александр Иванович протянул руку:

– Майор Громов, «армия спасения».

На уставшем лице лейтенанта проскользнула улыбка.

– Ты как тут вообще оказался, вас же на юг отправили? И как дом взял? –