Родная старина Книга 1 Отечественная история с IX по XIV столетие - В. Сиповский

2 февраля подступили татары к стенам Владимира. В ужас пришел народ, увидев огромное полчище врагов. Князья, Всеволод и Мстислав, и воевода ободряли жителей. Небольшой конный отряд татар подъехал к Золотым воротам, и посланные Батыем люди спросили: «Здесь ли великий князь или нет?» Вместо ответа со стен было пущено несколько стрел. «Не стреляйте!» — кричали из татарского отряда. Затем татары выставили вперед взятого в плен князя Владимира Юрьевича. «Узнаете ли вашего князя?» — спрашивали татары. Изможденного, исхудалого Владимира трудно было узнать. Заплакали от горя братья его и воины, когда наконец признали его. Всеволод и Мстислав хотели немедля выйти из города и ударить на татар в открытом поле. «Умрем, — говорили они дружине, — но умрем с честью и в поле!» Опытный воевода Петр сдерживал их: надеялся он, что великий князь соберет войско и подоспеет вовремя на выручку своей столицы.

Часть войска Батыева отправлена была к Суздалю. Город этот был скоро взят. Скоро та же участь постигла и Владимир. 6 февраля татары стали готовиться к приступу, готовить стенобитные орудия и лестницы. Князья и бояре понимали, что спасения нет, что не совладать с многочисленными полчищами врагов. Унижаться, просить мира они считали постыдным да и бесполезным: им было известно, что татары никому пощады не дают. Оставалось умереть, защищая родные стены. 7 февраля, в воскресенье, начался приступ; ворвались татары в город у Золотых ворот, и с северной стороны от речки Лыбеди, и еще в нескольких местах. Князья с дружиною укрылись в Старый, или Печерный, город, а епископ Митрофан, великая княгиня, супруга Юрия, с дочерью, внуками, снохами, с боярами, со многими из жителей, заперлись в главной соборной церкви. Татары зажгли ее. Епископ громко молился и благословлял всех несчастных, осужденных погибнуть в пламени. Одни погибли от огня, другие задохнулись от дыма. Татары отбили наконец церковную дверь, ворвались в церковь, и начался грабеж. Драгоценные камни, золото, серебряные сосуды, ризы с икон, древние княжеские одежды, которые хранились в церкви, — все, что не сгорело, попало в руки хищников. Жители, от старого до малого, были беспощадно избиваемы. Те немногие, которых хотели татары увести в рабство и тащили за собой босых и нагих, гибли от стужи и болезней.

Князья Всеволод и Мстислав видели, что никакой возможности нет отразить татар, думали со своим небольшим отрядом пробиться сквозь полчище врагов. Это им не удалось, оба они погибли в бою.

После этого татары разделились на несколько отдельных отрядов: одни пошли к Ростову и Ярославлю, другие на Галич и Городец. Переяславль, Юрьев, Дмитров и другие были взяты татарами. В один февраль месяц татары овладели четырнадцатью городами, кроме множества слобод и деревень.

Великий князь Юрий стоял в это время с войском на реке Сити. Когда страшная весть о гибели столицы и семьи дошла до Юрия, то он, по словам летописца, зарыдал. «Господи, — проговорил он, — разве пришел для меня конец твоему милосердию! Лучше мне умереть, чем жить на этом свете. Ради чего останусь жить?» Но мужество не покинуло его: он решился вступить в бой с татарами. Послал он передовой отряд на разведку Отряд воротился с вестью, что татарские полки уже обходят русских. Юрий, брат его Святослав и племянники изготовили войско к бою.

Долго шла упорная сеча. Русские бились мужественно и стойко, но не устояли. Татары одолели: их и числом было больше, и в военном деле у них было больше сноровки, чем у русских воинов, из которых многие держали оружие в руках в первый раз в жизни. В этой несчастной битве, 4 марта, был убит и великий князь, и множество воинов. Один из племянников великого князя Василько попался в плен. Татары предлагали ему перейти на их сторону и содействовать им в походе. Василько с негодованием ответил, что он не может быть заодно с лютыми кровопийцами и врагами своего отечества. Татары его убили.

Полчища Батыя направлялись к Новгороду. Слышали татары много о богатствах его. Взяли они Волок-Ламский, Тверь и подступили к Торжку. Две недели длилась осада. Жители оборонялись мужественно: надеялись они, что новгородцы вовремя подоспеют на помощь и выручат их из беды. Но помощь не приходила. Город был взят, и жители беспощадно истреблены. Двинулись дальше татары, уничтожая все на пути, кося людей, по выражению летописи, как траву. Около ста верст оставалось татарам до Новгорода, но они неожиданно повернули назад. Дело в том, что наступила весна. Начиналось весеннее половодье рек и озер. Новгородская область изобиловала реками, озерами и болотами, и потому татарам приходилось беспрестанно устраивать переправы. И в наше время очень нелегкое дело устраивать переправы для многочисленного войска, а для татар это было гораздо труднее.

Если нельзя было перейти вброд, то переправлялись они через реки обыкновенно так: делали большие кожаные мешки, набивали их сеном или клали в них одежду, сгоняли лошадей в воду, к хвостам их привязывали мешки и на этих мешках, как на плотах, и переправлялись. Понятно, что при широком разливе рек и быстром течении их такой способ переправы был очень опасен; кроме рек, в Новгородской области на пути татарам беспрестанно встречались бы и широкие озера, и вязкие болота. Таким образом, природные свойства Новгородской области спасли Новгород от татарского погрома.

На возвратном пути упорное сопротивление татарам оказал город Козельск. Семь недель Батый ничего не мог сделать. Жители Козельска решились умереть, но не сдаваться татарам. «Хоть князь наш и молод, — сказали они, — но положим жизнь свою за него: и на земле славу приобретем, и на небе венцы небесные получим». После долгих усилий татары наконец разбили городские стены и ворвались в город; но и тут жители отчаянно резались с ними ножами. Часть жителей вышла из города, напала на татарские полки и перебила более 4 000 врагов. Горсть этих смельчаков была вся истреблена. Хан в ярости приказал избить в городе всех без различия и женщин, и младенцев. Кровь лилась потоками. Татары прозвали Козельск «злым» городом. Молодой князь козельский (по имени Василий) пропал без вести. Некоторые говорили, что он утонул в крови.

По взятии Козельска Батый со своими полчищами двинулся в половецкие степи. Половецкий хан был разбит и удалился с остатками своего народа в Венгрию, где получил земли для поселения.

В следующем, 1239 году татары совершили нашествие на Южную Русь. Пошли они тем же путем, каким обыкновенно делали свои набеги половцы.

Взят был город Переяславль и опустошен. Церковь Святого Михаила, великолепно украшенная золотом и серебром, была разграблена и разрушена до основания. Большая часть жителей была истреблена. Затем татары осадили Чернигов. Черниговцы дали сильный отпор. Город стоял на высоком берегу реки Десны, и жители, отчаянно защищаясь, поражали неприятелей с высоты большими камнями. Наконец татары осилили. Сожгли Чернигов и направились к Киеву. Батый слышал давно уже о богатстве и красоте древней русской столицы. Он послал с передовым отрядом своего родича Мангу, внука Чингисхана, осмотреть Киев. Увидал Мангу город с левой стороны Днепра.

На противоположном крутом берегу величественного Днепра красовался город. Гористый и обрывистый берег с его лесами и садами, белеющие стены, сверкающие главы многочисленных церквей — все это вместе представляло необыкновенно красивую картину. Мангу, по словам летописцев, не мог надивиться красоте Киева. Вид киевского берега действительно прелестен, особенно летом.

В 1240 году Батый явился под Киевом. Громадное полчище татар, словно грозовая туча, облегло город. От скрипа бесчисленных телег, рева верблюдов, мычания быков, ржания лошадей и свирепых криков татар такой гул стоял над Киевом, что, по словам летописца, жители едва могли слышать друг друга в разговорах. Киев тогда был в руках Даниила Романовича Галицкого. Самого князя в это время в городе не было. Для защиты его князь оставил воеводу Дмитрия. От одного взятого в плен татарина Дмитрий узнал, что Батый стоит под стенами Киева со всеми важнейшими своими ханами и что вражьей рати нет числа. Но Дмитрий выказал замечательную неустрашимость: он решился защищать город до последней крайности. Татары начали приступать к городу с той стороны, где лес близко примыкал к городским воротам (Лядским). День и ночь били стены стенобитными орудиями (пороками). Наконец стены были разбиты, и татары ворвались в город. Начался страшный рукопашный бой. Тучи стрел летели на защитников города. Свист стрел, треск ломающихся копий, звук щитов от ударов мечей и сабель, дикие вопли татар, стоны раненых, попираемых ногами, крики сражающихся — все это вместе сливалось в тяжелый страшный гул. К вечеру татары овладели стеной. Утомленные мужественным сопротивлением, остановились они на отдых. За ночь русские устроили тын вокруг Десятинной церкви и готовились снова к борьбе с врагом. Множество жителей со своим имуществом заперлись в самой церкви. Видели все, что спасения нет; но никто не думал умолять лютого врага о пощаде. Воевода Дмитрий, страдая от раны, все-таки мужественно готовился к новому бою. Утром татары снова начали битву. Слабая, наскоро устроенная ограда недолго сдерживала напор врагов, но русские бились так отчаянно, что татары хотя и достигли до церкви, но устлали весь свой путь своими трупами. Дмитрий был схвачен татарами. Батый, беспощадно истреблявший пленных, уважал воинскую доблесть, и мужественному воеводе была дарована жизнь.