Зулус Чака. Возвышение зулусской империи - Эрнест Риттер

После ухода Дингисвайо его войско, встревоженное странным исчезновением короля, оставалось на прежнем месте. Когда на холмах показался авангард ндвандве, командиры мтетва поняли, что случилось худшее, и непобедимое войско их впервые проявило нерешительность и нервозность. Однако оно мужественно исполнило свой долг, не поддавшись ни трусости, ни панике, и, чтобы спасти положение, отступило в полном порядке, успешно отбиваясь по дороге домой от противника. На этом нелегком пути к нему присоединились воины сокулу во главе с Нг'обокой, которому, как и Чаке, не дали времени подготовиться к злосчастному походу.

Между тем Чака достиг со своим войском перешейка Ама-Йване (эси-калени сама Иване — гряда невысоких холмов у истоков реки Ама-Йване, в двух или трех милях от нынешнего окружного центра Ма-Хлабатини). Там к нему явился гонец от Донды — одного из вождей кумало, также опоздавшего на неудачно назначенную встречу с войском мтетва. Послание Донды гласило: «Куда ты идешь? Дингисвайо уже убит, а мтетва отступают».

Тогда Чака вернулся домой.

Хотя Чака не принял участия в боевых действиях этой кампании, тот факт, что значительные силы его войск угрожали Звиде с фланга, помешал вождю ндвандве использовать свою победу над армией мтетва и вторгнуться в их страну. Пока войско Чаки стояло наготове, Звиде приходилось держать свои силы собранными в кулак. Это лишало его воинов возможности сжигать хижины и захватывать скот, поэтому они повернули обратно и возвратились домой почти с пустыми руками.

Между тем Нгомаан — старейшина в краале покойного Дингисвайо — присоединился к Чаке со вторым полком Изи-ц'ве. Его примеру последовали и многие мтетва, пришедшие в одиночку. В распоряжении Чаки находился также отряд сокулу, возглавлявшийся другом его молодости Нг'обокой, к которому примкнули многие мтетва, оставшиеся без вождя. Эти пополнения, а также постоянный приток новобранцев, вызванный тем, что Чака поставил Нобелу на место, довели численность его войск почти до пяти тысяч человек. Каждый день новобранцев безжалостно муштровали.

Тем не менее положение Чаки оставалось опасным, ибо он находился между могущественным и честолюбивым Звиде на севере и грозным кланом Г'вабе на юге. Г'вабе с завистью и подозрением следили за растущей силой клана Зулу, членов которого считали своими младшими братьями. На западе владения Чаки граничили с территорией столь же опасных тембу (вождем их был Нгоза).

Звиде старался вовлечь г'вабе и тембу в войну против зулусов, обещая им в награду зулусские земли. Чака же, наоборот, стремился заключить с г'вабе и тембу союз против «Пожирателя вождей» Звиде.

Пока происходили дипломатические маневры, Звиде узнал, что вождь кумало Донда, территория которого находилась между его владениями и страной зулусов, предупредил Чаку, когда тот спешил на помощь Дингисвайо, что ему угрожает западня. Звиде решил тогда уничтожить Донду и его племя, прибегнув для этого к обману. Он предложил Донде устроить в его владениях небольшую охоту, после которой девушки с листьями капустного дерева в руках исполнят, как обычно, танец любви. При этом Звиде просил Донду не тревожиться, если ндвандве придут с боевым оружием, ибо им всегда приходится остерегаться внезапного нападения Чаки. В назначенный день доверчивый Донда и его

люди отправились на охоту, вооруженные только легкими копьями, даже без щитов. Там они были окружены и вероломно уничтожены все до последнего человека. Девушек увели в качестве трофеев. Трофеем стала и голова Донды — она пополнила коллекцию Нтомбази.

Дальше к северу жили другие кланы кумало, их вождем был Машобаан, отец Мзиликази, прославившегося впоследствии тем, что он создал сильное государство матабеле. Хотя Машобаан приходился Звиде зятем, и он и большая часть его клана также стали жертвами вероломства. Голова Машобаана в свою очередь украсила стену в хижине Нтомбази. Мзиликази сделался на время вассалом Звиде, но вскоре присоединился к Чаке, и в его войсках быстро выдвинулся.

Коварные массовые убийства, каких раньше никогда не бывало среди нгуни, заставили все окрестные племена относиться к Звиде с ненавистью и недоверием. Всем стало ясно, что Чака был прав, предлагая г'вабе и тембу вступить в оборонительный союз с зулусами. Поскольку, однако, территория Чаки играла роль буфера между ними в землями ндвандве, эти два племени не прислушались к его предупреждениям.

Между тем Звиде быстро расширял свои владения, заставляя кланы, жившие на север, восток и запад от его племени, вступать с ним в союз. Только Чака еще мешал ему стать верховным вождем нгуни, и Звиде решил, что нора его убрать.

Звиде нужен был какой-нибудь повод, чтобы в глазах союзников и других вождей война выглядела справедливой. Тут он вспомнил, что давным-давно отец Чаки — Сензангакона — обещал ему трех зулусских девушек за помощь в борьбе против бутелези, которые в то время были его главными противниками. Правда, никакой поддержки Сензангаконе Звиде не оказал и обязательство было дано (если вообще было дано) не Чакой, а его отцом: по обычаю нгуни, вместе с имуществом переходили по наследству и долги покойного, и просто удивительно, сколько кредиторов объявлялось вдруг после смерти богатого человека! И вот Звиде потребовал, чтобы Чака немедленно выдал ему девушек.

— Какая наглость! — сказал Чака. — Никогда сестра моя не станет женой этой ссохшейся старой шкуры, которая сожрала уже половину вождей нашей страны. Пусть попробует сам взять их!

Разъяренный Звиде решил последовать этому совету, руководствуясь больше злобой, чем доводами рассудка: он мог бы подготовиться к походу куда тщательнее, если б действовал не столь поспешно.

Чака был наготове. Он не только мобилизовал армию, но отправил остальных членов племени, а также скот на южную границу, приказав пастухам держаться близ реки Умлатузи, откуда в случае необходимости они могли за один день достигнуть непроходимого леса Нкан-дла. Несколько ранее Чака объявил мобилизацию всех мужчин старше или моложе призывного возраста, но способных носить оружие. Неутомимый Мгобози создал из них более или менее дисциплинированное ополчение. Ополченцев назвали Нкомендала, что означает «беззубый старый скот», но прозвище это сделалось столь же почетным, как «Презренные старцы»[85]. Большинство ополченцев, а также сильный отряд регулярной армии были посланы для защиты женщин, детей и скота, эвакуированных на юг. После этого у Чаки осталось для сражения со Звиде куда меньше четырех тысяч человек; войско же Звиде было вдвое больше и могло бы стать еще больше, если бы он мобилизовал всех своих северных союзников.