Война Грязных Искусств (СИ) - Райро А.

Полицейский, что стоял ближе всех к Хиннигану, замахнулся и ударил его по губам тыльной стороной ладони.

— Не смей открывать рот, когда тебя не спрашивают! — процедил он.

От удара по лицу у Хиннигана сползли очки на кончик носа. Он опустил голову, прошептал «Да, сэр» и сильнее стиснул пачку газет.

— Фамилия! — рявкнул я, сверля глазами полицейского.

— Констебль Шепард, сэр! — отчеканил тот.

Я обратился к его начальнику.

— Старший констебль Льюис, проследите, чтобы за избиение гражданина констебль Шепард получил строгий выговор с занесением в личное дело, и доложите о его поведении старшему интенданту. — Я с подозрением оглядел Хиннигана и его газеты. — Так в чём же этот гражданин подозревается?

— Мы остановили его для проверки документов, а у него их нет… — начал пояснять старший констебль.

— Я забыл их дома! Это тоже не преступление! — опять провопил Хинниган.

На этот раз его никто не осмелился заткнуть и уж тем более поднять на него руку.

— Сегодня утром поступила информация, — продолжил Льюис, подходя ко мне вплотную и понижая голос, — что в районе Суон-Рок появилась группа молодых людей, подозреваемых в шпионаже. Возможно, диверсионный отряд в помощь повстанческим организациям. Трое парней и две девушки лет семнадцати-восемнадцати. Одеты бедно, как фермеры. И один из парней — в очках. Вот мы и остановили этого голубчика для проверки, а у него документов не оказалось. Говорит, его фамилия Лэнг. Он явно сочиняет, сэр.

— Я имею право носить очки и не носить документы. У нас свободная страна! — начал качать права Хинниган.

Мне пришлось быстро его урезонить, пока ему действительно не вкатили срок за нарушение общественного порядка и сопротивление полиции.

— Где ваши документы, мистер Лэнг?

— Дома, сэр. Тут недалеко, на углу Пятой улицы и Центральной, — ответил Хинниган, уже заметно тише и доброжелательнее.

Я глянул на Льюиса.

— Мы сами его проверим, старший констебль. Продолжайте патрулирование.

— Да, сэр. — Льюис подтянул живот и кивнул.

Я ухватил Хиннигана за тощее плечо и подтолкнул в сторону торговых рядов.

— Пошёл. И не дёргайся. Посмотрим на твои документы, мистер Лэнг, или кто ты там.

Старший констебль, сощурившись, поглядел на мой значок и, пока мы шли вдоль торговых рядов, продолжал пристально смотреть нам вслед. Прохожие тоже оборачивались и сверлили меня и Дарта взглядами, но не внимательными, а откровенно презрительными.

Чтобы скрыться от глаз, пришлось дойти до самого конца площади, свернуть на соседнюю улицу, а потом — в ближайший двор.

* * *

— Вы какого чёрта вырядились как на праздник, клоуны? — недовольным шёпотом спросил Хинниган. — Очень умно. Хотите к себе ещё больше внимания привлечь?

— А ты какого чёрта за газетами попёрся, дебил? Сидел бы в автокэбе, и никаких проблем бы не было! — зашипел на него Дарт.

Хинниган толкнул его в грудь.

— А я откуда знал, что на нас уже кто-то донёс? Тут все друг на друга доносы пишут!

— Заткнитесь оба, — сказал я, оглядывая пустынный двор. — Донёс кто-то из подручных Грегга. Вряд ли это соседи Моррисы. Тогда бы они указали на ферму, но полиции сообщили только наши приметы и район Суон-Рок. Саму ферму не слили.

— Это Стог, — тут же предположил Дарт. — Он нас с первой минуты невзлюбил. Особенно тебя, Рэй. Ты ему сразу поперёк горла встал.

— Да-да, — согласился Хинниган. — Терри вчера обмолвилась, что ей надо тебе кое-что про Стога Прайда сказать. Может, она это и хотела сказать?

— Ладно, разберёмся. Нам сначала надо до Скорпиусов добраться.

Хинниган нахмурился.

— Побыстрей бы нам добраться, агент Рэймонд Питон, потому что обнаружился очень нехороший момент.

— Ну что опять? — вздохнул Дарт.

Хинниган вытянул из пачки газет самую верхнюю и мрачно добавил:

— Нате вот, гляньте… «Лэнсомское око», сегодняшний номер. Продавец газет мне сказал, что в Хэдшир всегда привозили совсем мелкие тиражи столичной периодики, да и те сжигались владельцами газетных киосков. Продавать «Лэнсомское око» в Хэдшире опасно, местные жители могут за такое запросто избить и даже убить, но именно этот номер завезли сюда тысячами уже сами военные… — Он подал мне газету с таким видом, будто хоронил меня заживо. — Посмотри на второй странице.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не тратя время на расспросы, я сразу раскрыл газету на нужной странице. Дарт принялся читать вместе со мной.

Первый заголовок гласил, что в стране объявлена всеобщая мобилизация, открыт призыв в армию во всех колониях Бриттона, разворачивается полномасштабная военная кампания против Ронстада, а осада начнётся уже в ближайший месяц.

— Охренели совсем, — со злостью пробурчал Дарт.

— Вы дальше читайте. Вот тогда охренеете сами, господа агенты, — сказал зловещим голосом Хинниган.

Второй заголовок располагался внизу страницы, сразу после статьи о мобилизации.

Это было обращение от всей императорской семьи к Теодору Рингу (хорошо, хоть фото моё на всю страницу не разместили). Я пробежал написанное глазами, и от каждого слова меня пробрал мороз.

«Любимый наш Тео!

Позволь поздравить тебя с совершеннолетием. Это важный рубеж в жизни любого человека. Мы глубоко раскаиваемся, что не приняли тебя и твой дар, когда ты так нуждался в нашей поддержке. Мы готовы простить тебя, если и ты простишь нас. Мы готовы принять твоё искупление, если и ты примешь наше.

Из надёжных источников мы узнали, что ты покинул Ронстад, хоть адепты это и отрицают.

И мы, твоя семья, призываем тебя к благоразумию и готовы предоставить тебе должность главнокомандующего армией Лэнсома. Теперь, будучи совершеннолетним, ты имеешь на это право. Мы рады сообщить всему миру, что, как никогда, желаем воссоединения рода Рингов.

Именно ты, Теодор, вернёшь нам то величие, которое было утеряно так нелепо. Именно тебя мы просим уничтожить угрозу, которую представляет Ронстад для всего нашего народа. Если ты согласишься, то станешь не просто легендой, но и следующим императором Бриттона!

И чтобы ты поверил в серьёзность наших намерений, мы упраздняем Список Чистых и публикуем наше обращение на всю страну. До начала осады у тебя есть время, потом пути назад не будет. Возвращайся домой, сынок».

Я перечитал обращение, наверное, раз пять.

Потом выдавил:

— Вот это ход. — И посмотрел на Дарта.

Тот не просто оторопел, как я — он находился в настоящем шоке.

— Может, я плохо понимаю, — произнёс он наконец, — но Ринги предлагают тебе возглавить военную кампанию против Ронстада, что ли? И предлагают стать императором после Тадеуша, если ты вернёшься в семью?

Я не ответил и снова уткнулся в газету, на шестой раз перечитывая обращение Рингов, но Хинниган не дал его дочитать.

Он толкнул меня в плечо, дождался, когда я подниму на него взгляд, и сказал, кривя улыбку:

— С днём рождения, Рэй. Извини, что без подарка.

Глава 4.2

Целый час я молчал.

Молчал, когда Хинниган допытывал, что мне подарить на день рождения; молчал, когда Дарт намекал, что совершеннолетие надо бы как следует отметить; молчал, когда садился в автокэб.

Причём сначала к машине отправился Дарт и выехал с площади, затем в следующем квартале он подобрал Хиннигана, ещё через квартал — меня.

И всё это время я не проронил ни слова.

Мы наконец покинули Суон-Рок и направились в сторону виноделен Скорпиуса.

«Лэнсомское око» переходило из рук в руки: от Джо к Терри, от Терри к Хиннигану, от Хиннигана к Дарту. Когда газета снова попала ко мне, я свернул её, заткнул между сиденьями и опять промолчал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Первой голос подала Джо.

— Хорошо выглядите, мальчики, — сказала она. — Вам идут дорогущие костюмы.

Её голос был напряжённым, будто вместо любезности она хотела сказать что-то иное, что-то важное, но так и не решилась.