Вампир поневоле - Ксения Баштовая

— Идет, — прошмыгнул обратно в коридор.

Лицо Раду окаменело. А вслед за этим вампир вдруг расплылся в улыбке:

— Влад, знаешь, мне кажется… Мы… Слегка переборщили… Возможно, в чем-то был не прав я… Наш разговор необходимо продолжить, но не сейчас… Я занят… И предлагаю тебе продолжить этот разговор позже…

Честно, я такого не ожидал. Сперва господин чел Фрумос строил, затем выслушивал такие небоскребы, что любой сапожник удавился бы от зависти, а теперь с такой вот милой улыбочкой предлагает перенести разговор на попозже? Правда… Мне кажется, или он буквально… заставляет себя произнести это?

Цепеш, похоже, думал также:

— Я не желаю заканчивать разговор! — прошипел Черный Плащ. — Я и так ждал очень долго! Я пришел, чтобы поговорить с тобой, и разговор состоится здесь сейчас!

Доброй и ласковой улыбке Раду обзавидовалась бы любая гадюка:

— Уверен? — сладко протянул он. — Но… Ты ведь хочешь узнать, что с… Лидией?… А, Влад?!.. Давай договоримся?… Ты сейчас уходишь в одну из гостевых комнат — тебя проводят, — а потом я рассказываю, что с ней и как она… Ты ведь пришел только за этим?

Вот объясните мне русским доступным языком, кто такая Лидия и почему о ней надо знать Владу Цепешу?! Причем ТАК надо знать, что он просто не может прямо здесь и сейчас открутить голову одному доставшему меня вампиру?!

— Ань, — толкнул девушку в бок Вовочка, — ты сериалы любишь?

— Ну… Да… — удивленно протянула та.

— Отлично! Тогда смотри внимательно. Сейчас начнется пять тысяч семьсот шестьдесят вторая серия мыльной оперы «Богатые рыдают навзрыд».

Слава богу, непосредственные участники «сериала» высказываний господина Данешти не услышали.

Тишина. Мертвая тишина… А вслед за этим ровный, ничего не выражающий голос Цепеша:

— Я готов подождать…

Она идет. Идет. Так сказал один из этих новообращенных. Идет. Еще несколько мгновений и она заглянет в эту комнату. Заглянет, увидит его… И вся канва, все кружево мести, плетущееся более пяти веков, порванной паутиной застынет на стенах. Нельзя! Нельзя позволить им увидеть друг друга! Нельзя!

И значит надо загнать вглубь ярость, ненависть, фамильную гордость (кто здесь говорит о чести, после того, что было при дворе Мухаммеда II?!), мягко улыбнуться… И предложить продолжить разговор позже…

Гостевая комната оказалась той самой, где мы с Вовочкой прятались от дамочки с клыками и «шкафчика» Карла — эпохи упадка с порядочной высоты. Ну, или похожей на нее. Существенным отличием от той комнаты, было наличие мягкого уютного диванчика, на который мы трое (я, Вовка и Аня) дружно плюхнулись. Владу пришлось довольствоваться креслом. Хотя Цепеш, похоже, не очень-то нервничал по этому поводу. Как и по поводу того, что дверь — то замкнули!!! Причем замкнули хорошо!

Так что если кто и неравничал, так это я. Не знаю уж, что там за Лидия и почему о ней так важно знать… Но идти в эту комнату мне совершенно не хотелось. Я бы лучше предпочел остаться в библиотеке и узнать чем же все кончится, но… Кто у нас тут главный? Правильно, Влад! А потому меня наверняка не стали бы слушать. Кстати, к слову о главных…

— А кто такая Лидия? — поинтересовался я у Черного плаща, мрачно уставившегося перед собой.

— Вас это не касается! — отрезал он.

Угу, я как то и не сомневался… Стоп! Есть такое милое и красивое слово телепатия! Пару раз у меня вроде как получилось, так почему бы и не…

Вовка с Аней задумчиво осматривали комнату, я же… Я уставился на Влада, сверля его взглядом и упрямо твердя про себя: «Хочу прочесть его мысли! Хочу прочесть его мысли! Хочу…»

Голова дернулась как от мощной пощечины, перед глазами заплясали разноцветные круги, а злой голос, ворвавшийся в мысли, рявкнул: «Ид-диот!»

Все закружилось, как на сумасшедшей карусели… Ой, голова боли-и-и-ит…

— Андрей, Андрей, что с тобой?! — тревожно затормошила меня сидящая рядом Аня.

— Нич-чего, — с трудом выдохнул я. — Все в порядке…

Ой, моя голова-а-а-а…

— Телепатии не существует, — тихо обронил Черный Плащ. — Возможно лишь в какой-то миг ухватить часть мысли, адресованной тебе, но не высказанной по каким-либо причинам…

Угу, а раньше этого, значит, сказать было нельзя…

— Это к чему?! — заинтересовался Вовочка. — Я что-то пропустил? — и, не дождавшись ответа, тихо вздохнул: — Ну вот, опять все самое интересное без меня произошло…

Тихие шаги, легкий шелест платья:

— Здесь был какой-то шум?

Это не вопрос, скорее утверждение. Но самое большее, на что он способен — это кривая усмешка:

— Тебе показалось.

— Разве? — в ее голосе впервые за долгое время звучит ирония.

— Ну… Скажем так, особого шума здесь не было. Просто заглянули незваные гости, сейчас они уже упрятаны подальше, и больше тебя не побеспокоят…

Девушка скептически заломила бровь:

— Это все, что ты можешь мне рассказать, Раду?

— А ты хочешь услышать что-то еще?

Она пожимает плечами и медленно выходит из библиотеки.

Итак. Эта партия выиграна. Лидия не знает о том, КТО сейчас находится в доме. Влад, не знает, где Лидия… Одна битва выиграна. Теперь надо не проиграть всю войну. А для этого… Можно еще с полчаса посидеть, полистать книги…

Лидия поверила.

А Владу будет полезно понервничать. Очень полезно.

В конце концов, не он один ждал сегодняшней ночи более пяти веков.

Он лжет. Все, что он говорит — ложь от первого до последнего слова. Иначе почему он отводит глаза? Да и инициированные… Они что-то знают…

Тонкая рука медленно легла на плечо замершему возле библиотеки вампиру:

— Что за гости у Раду?

— Я не знаю! Честно не знаю! — испуганно выдохнул он.

— Не знаешь? — голос мягкий, тихий, но от этого не менее пугающий. — А ты знаешь, что повторная инициация не возможна? Что тот, у кого второй раз выпьют кровь, сходит с ума, не способен говорить, слышит и подчиняется лишь одному голосу — голосу того, кто его инициировал?…

Ее губы находятся в весьма опасной близости его шеи…

— Я расскажу! Я все расскажу!

Так и не добившись ответа на вопрос, что же он все-таки пропустил, Вовочка резво нашел себе новую жертву:

— Ань, а ты — то что здесь делаешь? Как оказалась?