Кот - Сергей Буртяк

Думал Соловей, думал и наконец-то надумал. Идея казалась ему блестящей. Тем более что позволяла одновременно убить и другого, самого жирного зайца для Соловья, возможно, теперь уже более важного, чем даже деньги.

Но об этом, о мужском и детском одновременно, Соловей старался не думать, не отдавая себе отчета в главном: вся эта возня с деньгами, Королевым и Мельниковым действительно только повод для того, чтобы добиться другого.

- Зачем тебе коммуникатор, если ты его не включаешь, урод?! - Королев ворвался в ванную и брезгливо выволок Егора из душа. Оставляя пятна мокрой воды на мягком полу и пытаясь прикрыться тонкой рубашкой Принцессы, Мельников растерянно озирался и старался не смотреть на измятую постель.

- Ее здесь нет, можешь не искать!

- А где она? Что случилось? - Егор начал приходить в себя.

- Сперва я тебя хотел об этом спросить, но теперь понимаю, что ты пешка... Тебя наверняка не предупредили... "Где она..." Боже мой! И я думал, что это ничтожество... Сопляк... Ее похитили, пока ты мыл свои похотливые яйца! Ты сосунок! Пойми это! Со-су-нок! Зачем ты уволок ее от телохранителя?! Разве ты знаешь, как я прятал ее в деревне, когда меня собирались грохнуть и все у меня отобрать? Разве ты сидел у ее постели, когда я думал, что похороню свою дочь? Кто ты такой, чтобы принимать решение в отношении этого человека? Она моя дочь! Что я сказал тебе делать? Гулять! Не трахать мою девочку, а потом полчаса мыться под душем одному, а гулять!! Понимаешь?! Гу-лять, общаться! Ты чувствуешь разницу?! Или не чувствуешь?! Теперь неизвестно, что они с ней сделают. И за это ответишь именно ты. Именно ты.

- Да что случилось? Трудно сказать? Вместо того чтобы нести весь этот пафосный бред сумасшедшего...

- Что?! Что ты сказал?! Да я тебя!..

Королев бросился на Егора, но тот увернулся, и магнат со всей дури влетел в телевизор, уронил его на пол, сам перевалился через плоский ящик и так и остался лежать - голова внизу, упершаяся в угол комнаты, а ноги на перевернутом аппарате.

В этот момент дверь распахнулась без стука, в номер ввалились оба Твидла с одинаковыми синяками под одинаковыми глазами и принялись наперебой причитать. Егор уловил что-то про Феликса, а трогательные суетливые братья уже грохотали каблучками, сбегая по лестнице. Мельников, продолжая на ходу одеваться, бросился следом. Королев, смущенно и опасливо озираясь, поднялся и, поправив пиджак, тоже вышел из номера.

Феликс лежал на мягком полу в небольшом холле между рестораном и баром, в устье коридора, ведущего к черному ходу, и зажимал правой рукой кровавую рану в боку. В левой он держал раритетную шпагу с широким клинком. Феликс был бледен.

Пока ждали "скорую", он рассказал, что минут десять назад двое мужчин вынесли из номера полуодетую Сашу, завернутую в гостиничное покрывало. Судя по запаху, ее усыпили эфиром. Когда Россель попытался защитить девочку, появился третий, главный. И уж этого Феликс никак не ожидал. Мельников и Королев мало что понимали.

- Вот видишь, - через силу улыбнулся Россель Егору, - я учу наносить удары, не получая ударов в ответ, а в жизни только и делаю, что их пропускаю. Кто бы подумал, что он теперь... Не удивляйся. Это его естественная судьба. Возьми шпагу, она мне теперь ни к чему, я не смог бы, даже если бы... Видишь, купил для себя, для коллекции, теперь дарю тебе. Семнадцатый век. Используй по назначению. Она тяжеловата, и лезвие широкое... почти сабля... но думаю, ты справишься... Однажды я уже хотел его убить. Но не убил. А лишил глаза, как выяснилось... как и он меня потом. Из мести. Он сам мне сказал... Перед тем как... Так что я теперь не смогу, мне он не по зубам оказался. А у тебя выйдет, ты это сделаешь. Он твою невесту украл... Он Дракон, а по сути - грязный пасюк. И не верь ему, дело не в деньгах. Он всегда всем завидовал и хотел только то, что принадлежало другим. К тому же она очень похожа на Машу, на одну... с нотной папкой... девочку... в детстве... Убей его, Егор. Избавь мир от этой паскуды. Не будь щепетилен и ничего не бойся. Не смотри на авторитет. На самом деле нет никакого авторитета. Он - крыса над крысами. Крысиный король... Вернее, гадина... И, кстати, фехтует погано. Только нахрапом берет, массой, никакого изящества, никакого искусства. И зря ты тогда переживал, когда он тебя в маску ткнул... Если б я тогда знал, кто он такой... Как время меняет людей... внешне... Да, будь осторожен... В той любимой трости у него шпага. Он меня ею слегка покалечил.

И Феликс лишился сознания.

Твидлы рассказали не много. Когда один из них преградил дорогу здоровенному русскому толстяку, тот ударил управляющего кулаком в лицо и коротышка упал. Тотчас на его место пришел другой братец Твидл. Злодей искренне удивился, что-то пробормотал насчет клона и ударил второго точно так же, как первого. Второй тоже упал. Когда братья пришли в себя, то увидели раненого Феликса, вызвали "скорую помощь" и тотчас побежали наверх.

Все произошедшее отдавало крепким идиотизмом, но при этом Феликс был явно на грани жизни и смерти, а Сашу увезли неизвестно куда. Опустившись в кресло, будто железо в магнит, Королев ясно понял, что сбылись самые его мрачные предчувствия.

Глава двадцать пятая. КАК СТРЕЛЯЛИ В КОТА

Когда снова зазвонил коммуникатор, Королев точно знал, от кого эта трель. Соловей спокойно изложил свои пожелания. Тёр он много и с удовольствием, непривычно легко формулируя мысли, куражась.

Но начал, как не всегда, издалека. Сначала напомнил, как удачно задержал Королева в Лондоне при помощи фуфловой малявы - знал, что именно так общаются в Лондоне горе-партнеры. Здесь разобраться проще, чем в Москве, где у Королева задница прикрыта броней ГСБ и ментуры, а разобраться хотелось, не с детьми же, в конце концов, воевать. С большой гордостью Соловей сообщил, что если бы даже Королев решил уточнить, то, набрав номер партнера, все равно попал бы на людей Соловья - с помощью каких-то умельцев ему удалось "сесть" на волну Тимоти.

Потом Соловей поведал, как выслеживал с помощью верных людей сопляка и соплюху (в этот момент у Королева почему-то появилась надежда, что Соловей Сашу отпустит), как был безмолвным свидетелем их маленьких кроличьих радостей в номере и точно просек момент, когда можно взять птичку теплой, несмотря на то, разумеется, что уж очень хотелось придушить их обоих как можно скорей. Она и пикнуть не успела, как оказалась в лапах плохих дяденек с порцией ароматного эфира в платочке.

Королев едва сдерживался, несколько раз пытался прервать маниакальный бред Соловья, но тот продолжал гнусавить свое, смаковал и наконец перешел к главному.

Он назвал сумму и сроки, назначил место и пообещал, что, если условия не будут выполнены и в дело вмешаются "бобби", Королев станет получать регулярно по почте маленькие бандерольки с кусочками мяса. Сшив кусочки вместе, он при желании сможет похоронить свою дочь. Но не полностью. Потому что одна бандеролька будет послана иуде-Егорке, там будут те самые мелкие штучки, которые он так страстно облизывал и покусывал в теплой постельке. Еще раз уточнив сумму, место и время, Соловей просвистел свою вечную мерзкую музычку, фыркнул и отключился.

Королев был в ярости. Он порывисто ходил взад-вперед по своему номеру и даже собирался связаться с лордом главным судьей.

Егор ничего не мог понять. Зачем Соловью похищать Сашу, когда он приятель ее отца?.. Или здесь была тайна, или попахивало сумасшествием. Егор склонялся к тайне - судя по тому, как вел себя Королев, он знал больше, чем говорил.

Впрочем, сопоставив некоторые слова и события, Егор стал кое-что подозревать, но его догадка была настолько бредовой, что он прогнал эти мысли, сейчас самое главное было - вызволить Сашу.

Меж тем постепенно стемнело.

Егор полностью привел себя в порядок. Он выглядел почти траурно в своем черном тонком костюме. Только синяя шелковая рубаха как бы намекала своим цветом, что не все еще потеряно.

Егор непрерывно звонил, собирая деньги со своих счетов. Через час нужная сумма была. Все заработанное плюс часть королёвской казны. Егор был холоден и спокоен. Он не расставался со шпагой, подаренной Феликсом, сжимая в руке удобную рукоять. Росселя давно уже отправили в госпиталь. Врач был встревожен и ни за что не ручался.

Королев совсем скис. Он порывался звонить не только лорду главному судье, но и в Новый Скотланд-Ярд и даже требовал, чтобы его соединили с лордом-канцлером.

"Стрелка" была забита на открытом пространстве, тут же, недалеко, у отеля. Точка была видна из окон. По мере того как близилось время, Егор все больше нервничал. Он не верил Соловью, а путаные слова Феликса только подогревали это недоверие. Но обращаться в полицию было слишком опасно судя по тону, Соловей был настроен смертельно.

Некоторое время спустя Егор тоже был на грани истерики и ушел побродить по отелю, а Королев все-таки решил набрать номер полиции и уже приложился к ретро-телефону с проводом, стоявшему на столе.