Чародей - Елена Ежеменская

Честно говоря, я другого и не ожидал.

Камера, в которой я изволил почивать, оказалась отнюдь не номером люкс. Видимо, весь шик и красота злой стороны распространяются только на чародеев, окончательно определившихся с местом работы. Неправильная политика. Я бы на месте Тимерхана показал все преимущества, а о недостатках, вроде мрачных подземелий для непокорных, умолчал. Неужели он и в самом деле считает, что темная сырая комнатушка заставит меня встать на его сторону? Ох, как он ошибается. Хотя меня сейчас сманил бы простой матрас. На кровати, на которой я отлежал все бока, его не было и в помине.

Поджечь здесь было категорически нечего. Да если бы и было, у меня вряд ли что-то получилось бы. Воды здесь было столько, что Всемирный потоп отдыхает. Я уже основательно продрог. Даже одеяла не оставили, сволочи. Наверное, Тимерхан решил не тратить время на пустые словесные убеждения, а сразу перейти к более жестким методам. Когда я отсюда выйду, то обязательно чихну на него огнем.

Сколько я уже здесь сижу? Часов у меня не было, но мне казалось, что прошла целая вечность, то есть примерно три часа. Наверное, рассвет уже на подходе. Только вот чем он мне поможет? Я же глубоко под землей. Под отелем нехилые катакомбы. Щупальца зла тянутся под всем городом… Возможно, даже дальше…

Вот интересно. Если зло обитает здесь, то где добро? На небесах, что ли? Тогда попасть туда будет крайне затруднительно. Да и что я там забыл? Ракел сказала, что Колин хотел меня убить. Насколько я понимал, Колин - тот самый амбал с мечом. И он со стороны добра. Значит, я и добру успел основательно подгадить. Только вот как?! И где?

Что ж, перед моей казнью мне по крайней мере обязаны зачитать приговор.

Скрип открываемой двери отвлек меня от оптимистичных раздумий.

– Ну как, Дэрриен, нравится тебе тут? - промурлыкал чей-то чертовски приятный голос. Насколько я знал, таким чарующим тембром здесь обладала только Ракел.

Странно. Она была одета. Ну как сказать… если две красные веревочки можно назвать хотя бы купальником… то да, она была одета. По крайней мере не полностью обнажена. Я втихаря этому порадовался. Постоянное созерцание такой красоты, признаться, немного сводит с ума.

– Кровать с водным матрасом просто блеск! - воскликнул я, шлепая ладонью по вышеупомянутой железяке. - Но проблема в том, что вода есть, а матраса нет. Я буду жаловаться вашему администратору!

– Дэрриен, ты можешь хоть минуту помолчать? - прошипела Ракел.

Я послушно заткнулся. Но выдержал только десять секунд.

– Что тебе нужно? Если ты опять насчет этого самого, то извини. Матраса, как я уже сказал, нет…

– Тебя хочет видеть Тимерхан.

Эка невидаль.

– А я его что-то не очень.

– Перестань прикалываться, Дэрриен. Идем. И без фокусов.

– У братца фразам научилась?

Ракел фыркнула и вышла. Мне пришлось последовать за ней. Все-таки в этой камере ужасно холодно. Наверное, здесь раньше была пыточная. Пленники замерзали до смерти. Или захлебывались.

Пройдя чертову уйму коридоров, поднявшись как минимум по четырем лестницам, мы наконец оказались у огромной дубовой двери. Посреди нее был вырезан знак: змея, свернувшаяся кольцом и кусающая собственный хвост. Я видел его раньше, но, хоть убей, не мог вспомнить, что же он означает. Добро или зло? И то, и другое? А может, вообще ничего важного, просто элемент декора?

Ракел отворила дверь и отошла в сторону. Стоило мне сделать шаг вперед, как двери за моей спиной захлопнулись, и я остался один в непроглядной тьме.

Где-то с минуту меня не окружало ничего, кроме удушающей темноты. Она казалась такой плотной, что до нее можно было дотронуться. Но мне этого совсем не хотелось. Кто может поручиться, что моя рука пройдет сквозь темноту, а не наткнется на пушистого монстра?

И вдруг зажглись факелы. Все разом. Около двадцати штук.

Первое, что я увидел, был трон. Да-да, самый настоящий трон, иначе не назовешь. Ни креслом, ни стулом, ни тем более табуреткой. На высокой резной спинке был изображен все тот же змей, обедающий своим хвостом. Значит, змеи считаются символом Тимерхана. Ракел вся в него пошла, уж не дочкой ли ему приходится? Шикарные подлокотники эти скользкие твари прямо увивали. Но я был вынужден признать, что работа искусная. Сейчас таких мастеров днем с огнем не сыщешь, значит, вещичка антикварная.

Самое интересное, что на этом шикарном седалище никого не было. Я стоял один в зале, освещаемом факелами и смахивающем на приемную монарха средневековой Англии.

Я уже начал подумывать, не крикнуть ли, вдруг Тимерхан отзовется этим своим шикарным голосом, но тут один из многочисленных гобеленов отъехал в сторону. Из темной дыры, открывшейся за ним, показалась высокая фигура, закутанная в темно-коричневый плащ. Под опущенным капюшоном я, как ни старался, разглядеть ничего не мог. Мне тут же вспомнился кошмарный рассказ Эдгара По "Маска Красной смерти": "И когда схватили они его, то почувствовали, что под саваном, скрывающим фигуру незнакомца, ничего нет". Бр-р-р! Я ни за что не дотронусь до этого…

Капюшон повернулся ко мне. Несколько секунд он не шевелился, и я понял, что незнакомец меня изучает. Затем он прошел к трону и уселся. Костлявые бледные руки в старческих пятнах легли на подлокотники в виде змеиных голов. Слава Богу, под плащом все-таки что-то относительно живое.

– Я Тимерхан, повелитель всепоглощающей Тьмы, - заговорил плащ, и я мгновенно узнал голос, оглушивший меня несколько дней назад в Магическом круге. Только сейчас он звучал как-то надтреснуто, словно владыка зла постарел за это время лет на двести. - Мои наемники с ног сбились, разыскивая тебя, Дэрриен. Я рад, что мы наконец встретились.

– Я тоже, просто до безумия, - я улыбнулся, но улыбка вышла кривой. - Особенно мне понравились мои апартаменты. Вы случаем комнаты не сдаете на длительный срок?

Тимерхан поднял руку, и горло мне сдавила тугая петля.

– Помолчи хоть немного, Дэрриен, - проворчал он, и по моей коже пробежала целая армия мурашек - так я отреагировал на то, как Тимерхан произнес мое имя. Я было задумался почему, но петля затягивалась все туже, и мне просто не хватило воздуха гадать над интонациями.

Когда у меня перед глазами начали плясать черные букашки, Тимерхан опустил руку. Я чуть не рухнул на колени, но чудом устоял на ногах. Во рту стоял противный металлический привкус крови. Господи, этот безумец чуть не раздавил мне трахею!

– Если не хочешь, чтобы это повторилось, говори, только когда тебя спрашивают.

Я кивнул.

Двое каких-то довольно странных на вид человечка притащили невысокий табурет. Тимерхан махнул рукой, приказывая мне садиться.