Лили - Патриция Гэфни

Но Дэвон вовсе не жаждал понимания. Не пряча глаз от ее пристального взгляда, он коленом пытался раздвинуть ей ноги, но она сразу же испуганно сжала бедра. Глаза Лили расширились от волнения и страха. Заглушив ее прерывистую и бессвязную мольбу новым беспощадным поцелуем, ослепленный страстью, он стал задирать ей юбки, открывая стройные и гладкие бедра.

Господи, до чего же мягкая у нее кожа. Ее дыхание превратилось в отрывистые, судорожные всхлипывания, и это разожгло его еще больше. Какой-то звук… чужой, посторонний звук пытался проникнуть сквозь стену страсти, возведенную им подобно крепостному бастиону, но Дэвон не желал его замечать. Нежный и влажный рот Лили на вкус напоминал освежающий напиток. Он погрузил пальцы в упругую поросль волос, венчавшую холмик у нее между бедер, и заглушил посторонний звук, заставив ее застонать.

Но звук раздался снова, и на этот раз Лили тоже услыхала его. Вся напрягшись, она оторвалась от его губ и уставилась на него отчаянным, перепуганным взглядом. Звук оказался топотом шагов на каменных ступенях у них над головой. В следующую секунду она услыхала, как Дэвон скрипнул зубами от злости и испустил самое грязное ругательство, какое ей когда-либо приходилось слышать.

Стремительным и грубым движением, от которого у нее лязгнули зубы, Дэвон поставил ее на ноги и отступил на шаг.

– Не вздумай! – прошипел он, когда она машинально попыталась обернуться, позабыв о беспорядке в своем туалете.

– Милорд?

Лили узнала голос Трэйера Хау. На мгновение у нее мелькнула безумная мысль, что Дэвон сейчас испепелит его взглядом на месте.

Но бешенство, горевшее во взгляде виконта Сэндауна, это еще цветочки в сравнении с тем, что прозвучало в его голосе.

– Что тебе надо?

– Вы… э-э-э… у вас гости, милорд. Ваша матушка и леди Алисия Фэйрфакс. Они ждут вас в доме.

Лили показалось, что шум моря превратился в неистовый рев. Она увидела, как потемнело и напряглось лицо Дэвона, как несколько раз подряд вздулись и вновь опустились желваки у него на скулах.

– Сейчас приду, – сказал он вслух, но Лили подумала, что Трэйер вряд ли его услышит за оглушительным громом наступающего прилива. Дэвон медленно поднял глаза кверху, и она поняла, что он провожает взглядом уходящего Трэйера, но сама больше не слышала ничего, кроме шума стремительно прибывающей воды.

Когда Дэвон потянулся к ней, она проворно отступила в сторону, отвернув голову, чтобы он не мог видеть ее лица. Он позволил ей уйти, добраться до линии прибоя. Дал ей время зашнуровать платье. И только потом отправился за нею следом.

1- Лили.

Дэвон положил ей руку на плечо. Она вздрогнула и отшатнулась, словно от укола иголкой, и он опустил руку. Чтобы заглянуть ей в лицо, ему пришлось бы прямо в башмаках войти в полосу прибоя. Она надеялась, что он не станет этого делать.

Но он это сделал. Лили была так ошеломлена, что попятилась назад, уступив ему таким образом пядь суши, где можно было спокойно встать. Он опять назвал ее по имени.

– Прошу вас, не заставляйте меня говорить. Я не могу.

– Ты же понимаешь, мы не закончили. Приходи сегодня ночью. Давай встретимся здесь.

– Прошу вас, уходите. Умоляю.

Никогда раньше он не слыхал того, что прозвучало сейчас в ее голосе. Это было безысходное отчаяние человека, потерпевшего поражение.

– Все остается в силе, – принялся настаивать Дэвон. – Встретимся позже, когда…

– Я не приду. Никогда. Дэвон, ради Бога…

Она готова была разрыдаться, но не хотела плакать при нем. Что ж, отлично, можно устроить поединок прямо сейчас, задержать ее, принудить, силой вырвать у нее обещание того, что ему было нужно. Он без труда смог бы это сделать. Она с трудом сдерживала слезы и судорожно ловила ртом воздух, но не отводила глаз. Мысль о том, что она вот-вот расплачется всерьез, вдруг показалась ему непереносимой. И все же он сказал:

– Мы еще не закончили. Лили. Мы продолжим.

– Вы ошибаетесь.

Дэвон глядел на нее еще с минуту. Над головой пронзительно закричала чайка, лучи солнца, светившего из-за облаков, расписали воду пролива косыми полосами света и тени. Наконец сжалившись, он оставил ее одну.

Теперь Лили смогла дать волю слезам.

Глава 11

– Мы можем остаться только на две ночи: в пятницу пораньше нас ждут в Пензансе в гости к Линчам, а потом мы приглашены в Маунт-Бэй к Трелони на весь июль. Что ты так смотришь, Дэвон? Не понимаю. Я же писала тебе об этом в своем последнем письме!

– Я все прекрасно помню, матушка, и ваш приезд меня ничуть не удивил.

Он легко коснулся губами прохладной розовой щеки леди Элизабет, улыбнувшись и с любовью заглядывая в полные озорства и веселого недоверия бирюзовые глаза, точь-в-точь того же цвета, что и у него самого, а затем обратился ко второй гостье:

– Рад вас видеть, Алисия. И как это вы отважились на столь долгое пребывание в деревне вместе с матушкой? Впрочем, я всегда восхищался вашей храбростью.

– Ха! – ответила на выпад леди Элизабет.

– Здравствуйте, Дэвон, – проговорила леди Алисия Фэйрфакс, тепло пожимая ему руку. – Как вы поживаете? Мы так давно не виделись.

– Да, давненько. Спасибо за ваше последнее письмо. Я пока так и не собрался на него ответить, у меня этим летом было довольно много дел…

– Ничего страшного. Я никогда не жду от вас ответа на свои письма. Пишу, просто чтобы не прерывалась связь.

– В будущем постараюсь исправиться, обещаю. Дамы вновь уселись в кресла и принялись описывать утомительное из-за жары, лишенное приключений путешествие, которое им пришлось проделать, чтобы добраться сюда из Уайт-Оукса, поместья леди Элизабет, расположенного неподалеку от Уизериджа в Девоншире. Обе отказались от предложенного чая, заявив, что пили чай в Лоствизиле всего час назад и не хотят перебивать аппетит перед обедом.

– Правда, если поварихой у тебя по-прежнему служит миссис Белт, об этом можно не беспокоиться, – язвительно добавила леди Элизабет. – Она может отбить своей стряпней аппетит у кого угодно.

– Она вовсе не так уж плоха, матушка.

– Ты так говоришь просто потому, что тебе все равно, чем питаться. Полагаю, эта твоя экономка – как ее? – эта Хау все еще тут?

– Вроде бы да. Насколько припоминаю, была здесь еще совсем недавно.

– Омерзительная женщина. Ее бы следовало уволить.

– Но за что? Она меня идеально устраивает. Ведет хозяйство и мне не докучает.

Леди Элизабет скептически прищелкнула языком и огляделась по сторонам, машинально поправляя каштановые с проседью волосы.

– До чего же у тебя мрачно, Дэвон! Почему бы не Перекрасить стены и не отделать все заново? И вообще, весь дом выглядит каким-то обветшалым. Если ты его запустишь, то в конце концов придется делать полный ремонт, а это обойдется тебе еще дороже.