Профессиональный оборотень - Андрей Олегович Белянин

и никому не расскажешь об этом, – ласково, как хорек, пропел он. – Нехорошо закладывать друзей…

– Еще чего, жди! Тамбовский волк тебе друг, а не я! Эй, смотрите вс…

Он быстро схватил меня, крутанул и, зажав мне рот рукой, прижал спиной к своей костлявой груди.

– Ммм… какая ты горячая…

– Мум-мугмм-му-мумм! – Я возмущенно вырвалась, пнув его локтем. – Оставь меня, гнусный маньяк, я замужем!

Разумеется он меня отпустил, заметив с тонкой, как кинжал убийцы, улыбкой:

– Нам ни к чему привлекать лишнее внимание.

Никто из прохожих даже не заметил инцидента, а я, отдышавшись, не обнаружила за своей спиной этого гада. Вэк… Действительно, чего зря поднимать панику раньше времени. Сначала расскажу Алексу и, может, еще напишу кляузу шефу. Явление дьявола – дело не моего уровня и не моей компетенции…

Короче, вот так я и опоздала на репетицию. Сердце просто рвалось из груди, бешено стуча, когда я вбежала в полупустую столовую, где проходили наши репетиции за неимением пока своего помещения. В уголке на двух столах, покачивая короткими грязными ножками, сидели хоббиты, которых отобрали играть в спектакле. Они добились нескольких второстепенных ролей как угнетенный народ. Только кто их когда угнетал – вопрос к Толкиену… Мы точно ни при чем!

Синелицый, Алекс, директор лаборатории гоблинов, пара гномов, Стив, Эльгар, Рудик и шурале расположились на расставленных полукругом стульях… Все в сборе, кроме кота! Уф, повезло мне… Я прыгнула на свободное место рядом с Алексом и тихо на ухо (не надо раньше времени волновать окружающих) пересказала ему произошедшее.

– Ты не ошиблась? Дьявол у нас на Базе?! Это точно был он?

– Как сказать, милый… Медосмотр у гоблинов был недавно, зрение у меня среднее, как и слух. Мы с ним познакомились и встречались только в угаре карнавала, могла и ошибиться. Но ты сам учил меня запоминать даже прохожих, не оглядываясь на них, с первого раза, и находить нашего кота в самой темной комнате. Вне всякого сомнения, это он, но как он смог сюда проникнуть?

– Ты его спрашивала?

– Само собой, но он, конечно, ушел от ответа. – Факт того, что он хватал меня руками, я решила временно умолчать. Командор ревнив до жути, а у нас как-никак репетиция…

– Все собрались? – стремительно влетая и впиваясь в опускающиеся под его властным взглядом глаза актеров, прокричал агент 013. В роли режиссера он преображался. Кажется, даже надел на себя образ Станиславского, которым нас уже достал, хотя мы всего два дня репетируем. За эти два дня и хоббиты поняли, в чем суть системы Константина Сергеевича, лучше бы они свои роли так выучили…

На мгновение мне показалось, что Пусик тоже чем-то взволнован. Но он-то чем? Кот раздал всем по засаленному экземпляру «Работа актера над собой». Хоббиты вертели их в руках и тупо глядели на обложку. Кое-кто попробовал корешок на зуб… Кощунство, которое еще вчера привело бы кота в ярость, сейчас осталось просто незамеченным.

– Вам придется научиться жить жизнью того лица, которое вы играете, – с ходу заявил он, резко переворачивая экземпляр книги у хоббита Брандакрыса, который держал ее вверх тормашками. Тот щербато оскалился, что означало улыбку понимания. Агента 013 передернуло, но он, поспешно отведя глаза, продолжил: – Вся линия роли должна укладываться в вашу человеческую линию жизни, дополняться вашим личным жизненным опытом. Тогда все моменты роли и ваши актерские задачи станут не просто выдуманными, а клочьями вашей собственной жизни!

– Э-э, так мы в основном тут вроде и не человеки? – тихо буркнул кто-то.

– Неважно, друзья мои, неважно… Но приступим!

Только тут я заметила, что его бьет мелкая дрожь.

Тэк-с, тэк-с, тэк-с… Если я хоть сколько-то знаю нашего умника, то, кажется, с дьяволом сегодня встретилась не я одна! В перерыве, дождавшись, когда площадка вокруг него расчистится, мы с Алексом подошли к напарнику. Он явно избегал моего подозрительного взгляда, делая вид, что весь углублен в текст пьесы.

– Ты знаешь, что дьявол на Базе, – больше утвердительно, чем вопрошающе произнес командор, внимательно глядя на него.

Бедный Пусик аж подпрыгнул в своем режиссерском креслице и выронил книжку.

– Вы о дьяволе тщеславия? – уклончиво осведомился он, пронзая когтями насквозь брезентовые подлокотники. – Он всегда стоит рядом с гениями искусства…

– Мы о твоем приятеле из Венеции, помнишь, ты соблазнял его в женском платьице, чтобы получить от него информацию о Маске Смерти?!

По мертвенно-посеревшей морде кота стало ясно, что это напоминание было излишне. Значит, он в курсе, и причина его опоздания в том, что дьявол его тоже подкараулил.

– Шшш… Не так громко! – умоляюще шикнул он, быстро оглянувшись на явно прислушивающихся хоббитов.

Хотя они и делали вид, что учат свои роли (или, вернее, разглядывали буквы, потому что большинство из них умеют читать на уровне трехлетнего ребенка), уши у них были чутко повернуты в нашу сторону. Подслушивающего хоббита легко определить по нервно шевелящимся ушам.

– Он забрал мою душу в залог, – отчаянно прошептал Профессор. – Я ничего не смог поделать!

– В залог чего? – не поняла я.

– В залог того, что не расскажет Анхесенпе о том, что было между нами в Венеции!

– А что было-то?! Ведь до интима у вас дело не дошло, как я понимаю. Ты спас свою честь, выпрыгнув в окно. Вернее, какую-то часть чести. В данном случае женскую…

Кот даже не обратил внимания на мой подкол, значит, очень серьезно встревожен.

– Анхесенпа ревнивая, она поверит скорее навету дьявола, чем свидетельству моих друзей! Эгм… она вам не доверяет…

– Почему это? – в свою очередь удивился мой муж.

– Ну-у, она думает, что вы эксплуатируете меня – физически и интеллектуально… Вы же понимаете, любящие жены… им надо непременно вознести супруга на пьедестал. – Он самодовольно ухмыльнулся, изо всех сил притворяясь смущенным.

– …и что победы нашей команды на девяносто девять процентов твои? – мрачнея, добил командор.