Профессиональный оборотень - Андрей Олегович Белянин

поворотах и спотыкаясь на лестницах. Кот не любит опозданий, он строг, как Акира Куросава, и может запросто выгнать с репетиции, а то и роль отобрать. Он у нас такой, настоящий полковник…

Вообще-то формально кружком руководит Бэс, египетский божок веселья, музыки и танца, за что более степенные и «значимые» боги когда-то взяли его к себе шутом. У нас же на Базе он стал свободным художником, творцом. Организовывает массовые мероприятия по своему вкусу, а в будние дни работает ди-джеем на местном радио, ему это нравится.

Правда, там, где нужно отстаивать свои права, он не особо силен и постепенно уступил всю власть в «театрике» в бархатные, но твердые лапы более честолюбивого и тщеславного Профессора, привыкшего всегда добиваться желаемого. Он-то и взял на себя функции главного режиссера, решив замахнуться, что ему свойственно, и первым же спектаклем поставить «Гамлета», где, несмотря на наши с Алексом ожидания, отнюдь не собирался отдавать нам главные роли. Тем более что на них и без нас сразу выстроилась длиннющая очередь претендентов. Народец у нас активный, сами понимаете…

Сыграть Офелию, например, по его собственным словам, всю жизнь мечтал грифон Рудик. На кастинге к борьбе подключились и несколько хоббитих (или хоббитесс, хоббителл, хоббичих, хоббиток, их кто как хотел, так и называл, в нарушение политкорректности), у них было сто процентов свободного времени, и они не знали, куда его девать. А за приглянувшуюся роль они готовы самому Саурону на спор Всевидящее Око пальцем выколоть! Целая толпа этих толкиенутых эмансипе кричали, что они признанные в квартале красавицы, и это натуральная дискриминация – за волосатые лапы сорок пятого размера лишать заслуженной по праву большого таланта роли! Каково, а?

Однако в установленный день на прослушивание явились только я и одна толстая хоббитка. Она сразу стала капризничать, не захотела брить ноги, надевать корсет и нырять в бассейн. Отдельный каскадер для этого дела не предусматривался, поэтому роль досталась наконец терпеливо ожидавшей своей очереди мне. Хоть я не относилась к видовым меньшинствам и причислить себя к угнетенным народам, чтобы продвинуться в очереди, тоже не могла. Но есть Аллах на небесах!

А может, еще и потому, что у меня одной имелся хоть какой-то опыт игры на сцене. Я принесла Бэсу листок со своей спектаклеграфией, где были выписаны названия всех трех школьных постановок, в которых я участвовала. То, что в школе я играла Снегурочку и один раз даже такой сложнопсихологический персонаж, как Снежная Королева, произвело впечатление на нехитрого древнего божка.

Кот, естественно, вытребовал себе роль Гамлета. Ссылаясь на свои величайшие заслуги перед Базой, в случае отказа он угрожал уйти на пенсию по выслуге лет. По кошачьим возрастным меркам угроза имела резон, если бы только наше руководство не смотрело на это сквозь пальцы…

Так как Профессор с некоторых пор запанибратствовал с шефом, сдружившись на фоне любовных страданий, то угрозы были скорее игрой на публику для тренировки актерского мастерства. Шеф сам личным приказом назначил его Гамлетом. Худрук театра Бэс, привыкший подчиняться прихотям вышестоящих еще со времен службы у египетских богов, принял эту несправедливость с божественной невозмутимостью. Пусик – Гамлет? Ха! И ха-ха! И еще раз ха-ха! Представляете себе?

По идее Гамлета должен был играть Алекс! Самый талантливый, красивый, стройный, отлично владеющий холодным оружием, с врожденными рыцарскими манерами! Но нет, ему достался невзрачный Лаэрт, незадачливый дружок Гамлета. И это еще лучшее, на что он мог претендовать, потому что и Горация кот, как только получил должность главрежа, сразу же отдал своему приятелю, покрывавшему его в деле с мышками (но все равно предавшему за два кулька конфет) хоббиту. Звали его Брандакрыс, подходящее имя для хоббита, у которого все слова заканчиваются на «-с».

До входа в спортзал оставался один поворот, и я уже заворачивала туда, летя по блестящему пластиковому паркету, как вдруг… врезалась в чью-то тощую, как стиральная доска грудь! Тут же две руки с цепкими холодными пальцами схватили меня за плечи. Я резко оторвала от себя эти руки и отступила, разглядывая наглеца с недоверчивым удивлением.

Что?! Глазам своим не верю! Дьявол?! Но зрение меня не обманывало, это был он, собственной персоной, старый карнавальный ловец душ из Венеции! Но как ему удалось сюда проникнуть? Он же нас не видел с восемнадцатого века!

– Что вы здесь, интересно знать, забыли? – спросила я, задерживая дыхание, ибо в легкие уже начал проникать мгновенно распространявшийся вокруг него мерзкий запах серы.

– Привет, дорогая! Разве у вас не принято здороваться со старыми знакомыми?

С нашей последней встречи на Канале Гранде он мало изменился. Разве что красную остроносую маску снял, что не добавило ему привлекательности, несмотря на все уродство маски. Его прыщеватое лицо было очень подвижно, отчего его сплошь покрывали мелкие морщинки, как у престарелого альфонса. Одет он был во все черное, как положено сугубо отрицательному персонажу.

Я-то жила спокойно до этой поры, потому что была уверена, что База защищена сверхчуткой охранной системой будущего и чужак может проникнуть сюда, только отобрав переходник у агента. Что вообще-то сделать нетрудно, дав в лоб или лучше подкравшись сзади и оглушив чем-нибудь тяжелым по затылку.

Конечно, надо еще знать, какая кнопка на переходнике доставляет на Базу. Хотя тут тоже особенно раздумывать нечего. Это всегда самая большая красная кнопка. Чтобы и новичок не перепутал. Да-а, оказывается, не так уж наша База и неприступна.

Это значит, сюда может влезть не только дьявол. Хотя, с другой стороны, от кого может быть больший вред, чем от него? Разве что от космических муравьев, которые сжирают все сладкое на своем пути, но в нашей Галактике они пока не появлялись.

– Чего надо? – сориентировавшись, грозно спросила я.

– Фи, какая ты негостеприимная, милашка!

– Не юли, нечестивец! Я тебя насквозь вижу! Ты дьявол, и я заранее знаю, что ты будешь пытаться мной манипулировать!

– А я-то думал, что я хороший психолог…

– Но не с тем, кто уже в курсе того, кто ты такой есть! Я полна бдительности!

– Ах, да. Но ты ведь сохранишь наш секрет