Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Завтра со светом отходим. Человек от боярина Трепова придет. Он нам место и укажет. Путь неблизкий. Придется поспешать. А потому к вину сегодня не прикладываться. Готовиться к походу.

Если Михаил ожидал увидеть на лицах разочарование, то сильно ошибся. И вчерашние крестьяне, и те, кто мечу учился сызмальства, стремились как можно быстрее вернуться обратно.

Семья это дело такое. Пока сидишь дома, так и думаешь о том, чтобы вырваться из этого замкнутого круга бесконечного и монотонного быта. Но стоит только отдалиться, как очень скоро начинаешь скучать и стремишься вернуться. Не у всех так-то, ясное дело. Но у большинства. И уж тем более когда мысль о супруге вызывает в груди теплую волну.

— Здравия тебе, сотник, — подойдя, поздоровался Викула.

Повязки на голове уж нет. Поджила рана. Только вид все одно не очень. Нелегко приходится слободчанам. Терпят лишения. Но под руку бояр или князя не спешат. В холопы оно ведь всегда успеется. Помощь Михаила сумели растянуть. Где-то перебивались случайными заработками. Где-то река спасает, в коей рыбы с избытком.

Словом, держатся пока. Морщат лоб, думают, к кому бы прильнуть. И Романов точно знал, что он, как вариант, также рассматривается. Не раз уж наблюдал, как мужики подсаживаются к его пограничникам да ведут беседы у костра. Те охотно им рассказывают о своем житье. Оно, может, и послали бы куда подальше. Да Михаил строго-настрого запретил.

Ему люди лишними никак не будут. Каждая пара рабочих рук на вес золота. То, что челядь выкупать позволили, это, конечно, хорошо. Но одно дело, когда холопа силком тянут, и совсем другое, когда он сам идет и трудиться будет, сил не жалея.

Романов уже сделал холопов свободными, да еще и воями. А потому интерес у Викулы должен был проявиться. По-иному и быть не могло. Сегодня же, когда по Переяславлю разнеслась весть о новом поселении, он понял, что дальше тянуть уже нельзя.

— И тебе по здорову, староста. Вопрос какой имеешь? — поинтересовался Михаил.

— Судили мы, рядили так и эдак… Словом, не возьмешь ли нас под свою руку? Тем паче, что места у Псёла худо-бедно нам знакомы.

— Викула, это ить опять граница.

— Ведаем. Только мнится мне, что с тобой нам всяко лучше будет. Если вои твои не брехуны.

— Лучше-то оно лучше. То так. Только поначалу тяжко придется.

— Ведаю.

— Вот и ладно, что ведаешь. Значит, так. Давай-ка для начала присмотри какой ходкий челн, дабы мог с нами прокатиться. Оглядимся на месте, что делать попервости, а что и опосля. Вот, держи кошель, провизии закупите. Хватит уж впроголодь сидеть. Ну и пошли на торжище, будем рядиться[56].

Не сказать, что мужику легко. Но из всех имеющихся вариантов Романов ему видится самым перспективным. При этой мысли Михаил улыбнулся. Знал бы Викула, насколько велики перспективы, меньше бы кручинился. Ну это, конечно, в случае, если все выгорит как надо.

Впрочем… А чего это он. Сумел сделать раз, управится и вдругорядь. Быть Пограничному на новом месте, и весь сказ. Если в то не верить, то и затеваться не стоит.

Глава 6

Рекогносцировка

— Вон оно, устье Псёл, — вытянув руку, указал вперед и влево Еремей, холоп, посланный с Михаилом, чтобы указать место.

Вообще-то интересный такой холоп. Обряжен в кольчугу. При нем саадак, меч, щит, железный шлем. И весь вид указывает на то, что в драке он не уступит опытному вою. По сути, какой-то боевой холоп. С институтом невольников на Руси вообще все как-то забавно получается. Даже в Византии, где рабство официально отрицается, у колонов воли меньше.

Проводник прибыл на рассвете, как и обещал Горыня. Однако оказался он не сам по себе, а на челне в сопровождении десятка воинов, среди которых был и знакомец Михаила, Барди. Оказывается, вернуться ему надлежало с ними. Да по пути еще и в пару-тройку поселений наведаться. Обозначить, так сказать, княжье присутствие.

Податей-то с пограничных поселений не взимают, за что те держат рубежи княжества. Но периодически напоминать, кто в доме хозяин, все же следует. И вообще, мало ли какие проблемы. Может, помощь какая нужна. Или поселение уже и вовсе прекратило свое существование, как слобода Викулы. Староста с дюжиной мужиков на челне идет следом.

Слободчан определили на зимние квартиры в посаде. Правда, с удобствами так себе. Бараки они и есть бараки. И за них пришлось отвалить звонкой монетой. Но тут уж ничего не поделаешь.

— Ты сказывал, что русло Псёла тут раздваивается.

— Есть такое дело. Левый, меньший рукав, в Славутич чуть ниже впадает, и получается остров.

— Удобное место. А как в половодье, сильно топит?

— Не надо бы тебе на том острове оседать. Спорный он, потому вроде как и на Славутиче, и в то же время посреди Псёла. А там земля почитай ничейная, — усомнился Еремей.

— Я гляжу, весь остров порос лесом. Добрый хоть? — словно и не заметил слов холопа, поинтересовался Романов.

— Там, где я был, добрый. А так-то кто ж его знает, — искоса глянув на него, ответил Еремей.

— Заночуете с нами? — вновь поинтересовался Михаил.

Ему все больше нравился вариант с размещением на острове. Если с подтоплением все не так страшно, то расположение града на спорной территории ему только на руку. А что до последующего роста и воды, так ведь тут и стены поднять можно, которые половодье выдержат. Причем не десятилетия на это затратить, а значительно меньше. Строитель он или погулять вышел.

— Переночуем. А поутру вверх по Псёлу поднимемся. Там два поселения. На обратном пути можем сопроводить ваших, — подтвердил Еремей.

— Было бы хорошо. А как тут с пахотной землей? — продолжил расспрашивать Михаил.

— Тяжко тут с ней. Кругом одни сплошные плавни. Есть клочки, что не затапливаются. Но то уже вам самим глядеть нужно. Вот птицы и дичи тут всегда много. Богатые края для охоты.

— Половцы сюда захаживают часто?

— А чего им тут делать? Скот свой по топям терзать. Зимние становища орды Белашкана поприщах в сорока на восход. На берегу Восрклы. Но коли град тут станет, глядишь, и приглянется им сюда захаживать. Вообще, виданное ли это дело, чтобы без поддержки княжьей дружины на границе град ставить.

— Ничего. Мы уж как-нибудь с божьей помощью.

Не сказать, что Михаил сунулся сюда вслепую. Он и его люди сумели собрать всю доступную информацию у торговцев, в дружеских попойках с ратниками, в беседах с мужиками. Да и сам Романов говорил о том с боярином Треповым. Словом, знал уже