Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Вот так гораздо лучше, поверьте мне. Итак, начнем. Мне двадцать пять, меня зовут Надин и я знаю о мужчинах все. Неправда ли, смело? Мне не очень-то повезло с фигурой, хотя публика считает меня очень даже симпатичной. Я здорово проигрываю в росте, плюс явная предрасположенность к полноте… Как бы не стать толстухой… Хотя… Хотя время у меня еще есть. И есть козырь — врожденная чувственность, которая и управляет моим поведением… как я говорю, смотрю, хожу, двигаюсь, даже дышу.

Некоторые называют таких женщин как я шлюхами. Что это вы так зашевелились? успокойтесь — все правда. Я шлюха. И не беру за это денег. Поскольку считаю свое увлечение сексом не профессией, а призванием. Весьма, отмечу, приятным призванием.

Действительно, сколько интриги таит в себе мимолетный трах с молодым незнакомцем! Вот просто так, взять и отсосать у него уже после первый пяти минут знакомства! Проглотить его сперму и уйти, оставив его глупо путаться в спущенных штанах…

Но я отвлеклась. Сегодня я хочу рассказать вам, как все началось, точнее — как я лишилась своей драгоценной девственности. Я полагаю, что это весьма занятная история.

Итак, я жила с родителями в большом двенадцатиэтажном доме. Родители много работали, и я была целиком и полностью предоставлена самой себе. Желание проснулось во мне лет с тринадцати. Именно тогда, когда стали набухать груди и появился рыжий пушок на лобке.

Я прекратила задергивать у себя в комнате шторы. А заодно — пользоваться халатиком. Я ходила по дому совершенно голая и мне было приятно думать, что за мной кто-нибудь может наблюдать. Впрочем, так оно и было: половина обитателей окрестных окон бросали все свои занятия, чтобы посмотреть мое шоу: как я, выйдя из ванны, стою возле окна и медленно расчесываю волосы. Уже вечер, в комнате горит свет, а я стою как в аквариуме — голая и напоказ. Кончики грудей бесстыже вздернуты, моя влажная кожа как будто светится, сходясь линиями тела на гладком лобке, едва покрытым рыжей порослью волос, а глаза…Я всегда смотрела прямо перед собой глазами мадонны — спокойно и без тени смущения.

Что удивительно — родителям никто не доносил о моих проделках. Возможно из-за того, что в противном случае подобные «шоу» прекратились бы враз и навсегда. А пока все шло как шло и очень скоро я узнала радости мастурбации. Открытие свершилось случайно — во время купания в ванной. И это было только началом. Позже я научилась это делать мастерски: экспериментировала с темпом движений, меняла руки по мере привыкания, подстегивала саму себя нужными фантазиями.

Теперь мое «шоу» дополнялось всевозможными пикантностями — я уже не просто стояла пред зеркалом, а всячески выпендривалась, принимая самые фривольные позы. Мои губы шептали что-нибудь далеко не благопристойное, например: «Я готова… Трахни меня…». Мне нравилось наблюдать даже за самой собой, как в этот момент мои пухлые губки прелестно приоткрываются, остроконечные соски наливающихся зрелостью грудей вытягиваются почти параллельно земле, глаза затуманит влажная поволока…Я медленно опускалась на стульчик возле зеркала, развратно расставляла ножки в стороны, а руки запускала себе в промежность, поглаживая там…

Девчонки в классе уже вовсю поговаривали о мальчиках, оперируя услышанными где-то подробностями: «член», «сперма», «кончить», они так и сыпали этими словечками, но я-то знала — бравада! Никто из них в жизни не щупал живого члена. А я хотела знать об этом все, чтобы нащупаться их вдоволь. Но не как-нибудь, а умело! Со вкусом и знанием предмета! Одним словом, мне нужна была подготовка.

И однажды я получила то, что хотела. Будучи в гостях у своего дяди, я случайно нашла у него пачку порнографических фотографий. Дядя был тот еще жук — он снимал скрытой камерой все свои амурные похождения, а из наиболее выдающихся трофеев собрал самую настоящую коллекцию. Для меня эти самые фотографии стали самым настоящим откровением — я и не предполагала, что слово «любовь» можно трактовать такими невообразимыми позициями, такими возможностями тела…

Тогда я побила все свои рекорды, прозанимавшись «любовью» сама с собой до самого утра. Эти фотографии обладали поистине волшебным свойством — стоило их поразглядывать хотя бы несколько минут, как я вновь заводилась, и вновь принималась за полировку пуговки моего клитора…

Сюжеты на фотографиях были дополнены несколькими прочтенными номерами «Хастлера». И после этого я смогла твердо сказать самой себе: теоретически я знаю о сексе все. Теперь мне потребовался объект для испытаний моего «женского оружия» на практике. С объектом проблем не возникло — я быстренько завербовала себе в «гости» своего одноклассника Джонни.

Я уже не помню предлог, под которым я заманила Джонник себе. Факт тот, что он пришел точно в назначенное время, а я, как порядочная хозяйка, заварила ему чаю. А когда подавала ему чашку, позволила ему всласть полюбоваться своей грудью в распахе халатика. Бедняга уже по самые зрачки погрузился туда, когда поймала его с поличным:

— Нравится?

Он молча покраснел, а я добила его, пальчиком указав на его вздувшуюся ширинку:

— Вижу — нравится…

Джонни храбро хлебал кипяток, в тщетном поиске подходящих слов. Но я ободрительно улыбалась и его язык развязался:

— Может покажешь?

Я опять стрельнула глазами по его брюкам:

— Может и покажу… Может, поцелуешь меня сначала?

Он закивал, робко подошел ко мне и неумело клюнул губами мою щеку.

Эта робость меня даже рассмешила:

— Не так, дурачок…

Я обвила его шею руками и буквально всосалась в его губы, целиком засунув язык к нему в рот. Джонни страстно прижался ко мне, обжигая меня своим горячим телом, он уже потихоньку лапал меня за бедра, за грудь, пробираясь ко мне под халатик.

Но я обломала Джонни с удовольствием садиста, жестоко выдворив его домой. А на дорожку дала ему посмотреть пару журналов «Хастлера», взяв с него твердое обещание, что он «точно принесет их завтра».

Не знаю, как он дожил это этого «завтра». В школе он чуть не сожрал меня глазами, а я искусно поддразнивала его, как бы невзначай касаясь своей груди или чуть-чуть задирая юбку.

Естественно, ко мне он прибежал за двадцать минут до назначенного времени. С обоими журналами. Заполучив обратно свое сокровище, я издалека намекнула ему:

— Эти журналы для дошкольников… Вот у меня есть десятка три фотографий… Там натурально, есть на что посмотреть!

— Покажи! — сразу загорелся Джонни.

— Ну не знаю… — картинно ломалась я. — А вдруг ты кому-нибудь про них расскажешь?

— Не расскажу, правда! Клянусь, не расскажу!