Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

в ловушке демонического спора только из-за того, что какой-то древний парень с уязвленной гордостью ощутил потребность доказать свою финансовую состоятельность? Это не хорошо. Совсем не хорошо. Точнее говоря, это даже очень плохо. В конце концов, моя договоренность с Танатосом и Люцианом распространялась исключительно на Януса. То есть нельзя, чтобы меня купил кто-то другой. Иначе в результате я до конца своих дней останусь рабыней напыщенного красавчика, пока Янус продолжит творить свои бесчинства.

Новая ставка вызвала бурные перешептывания среди наблюдавших. Януса и Белиала это не заботило. Они были чересчур поглощены дуэлью взглядов и самомнений. Стоя лицом к лицу, эти двое казались кардинально противоположными людьми. С одной стороны, жилистый южанин средних лет с заметными морщинами, седыми висками и покрытой шрамами верхней губой. С другой – белокурый атлет в тунике цвета морской волны, безупречные пропорции которого привели бы в восторг любого скульптора. Впрочем, меня не обманешь красивой внешностью. Я видела лишь две стороны одной медали. Двух демонов. Двух хищников. Два раздутых до гигантских размеров эго.

Напряжение между ними явственно нарастало и достигло настолько тревожного уровня, что Друз возле меня начал обливаться потом. Он безуспешно старался вновь разрядить ситуацию, когда Янус неожиданно воскликнул:

– Сто пятьдесят тысяч сестерциев!

Его голос легко прорезался через болтовню демонов и снова переломил ситуацию. Хорошо! А может, и нет. Его ставка спасет план, но вместе с тем огромная сумма вселяла в меня ужас. Я даже представлять себе не хотела, что такой демон, как Янус, сделает с рабыней, которая стоила ему столько денег.

– Двести тысяч сестерциев, – повысил Белиал цену не моргнув глазом.

Какого?..

Этот парень ведь не мог не понимать, что ему не выиграть. Не в этом городе.

В то время как меня затошнило от паники, двое противников продолжали пронзать друг друга взглядами.

– Большая сумма за одну смертную, – изрек Янус.

Белиал тихо рассмеялся:

– Только не говори, что теперь вдруг не можешь позволить себе собственный стиль жизни.

На какой-то момент я поверила, что они вцепятся друг другу в глотки. Но затем Янус посмотрел своими темными глазами на сцену. Хотя меня он коснулся лишь вскользь, в память врезался как раскаленный металл. Друзу, кажется, пришлось не легче, так как внимание Януса сейчас сосредоточилось на нем. Работорговец вздрогнул, прежде чем едва заметно кивнуть – практически так, словно они с демоном заключили сделку. Потом на лице Януса возникла удовлетворенная улыбочка.

– Двести пятьдесят тысяч сестерциев!

Друз мгновенно вскинул руки вверх:

– Продано! Нашему высокоуважаемому члену Совета Янусу!

Белиал

Поспорим?

Хиро и Грим ждали меня у портала. Германка опустила голову, потому что пыталась спрятать от меня фингал под глазом. Выглядела она при этом так же виновато, как и Хиро. Покачав головой, я даже не стал спрашивать, что стряслось. Полагаю, мой телохранитель помешал Грим убить одного из местных торговцев ведьмами. В противном случае они бы просто не стояли здесь, а дожидались в каком-нибудь подвале, пока я вытащу их из бедственного положения.

– Пойдем отсюда, – мрачно буркнул я и шагнул в портальную комнату. Сегодня в качестве исключения их обоих минует выговор. Все-таки я вряд ли мог пожаловаться на недостаток самоконтроля, если бы уже не покрыл себя славой в этом отношении.

Меня раздражала собственная беспечность. Этот рынок и наивность девушки-рабыни не должны были так выбить меня из колеи. Но она вела себя так неразумно, что я чуть сам не вторгся в ее сознание только ради того, чтобы ее встряхнуть. Ей следовало понять, что упрямство и гордость так же неудержимо влекли демонов, как горшок с медом – голодных медведей.

Тем не менее именно я предопределил ее судьбу. Из-за моего неодобрения Янус вообще обратил на нее внимание. Не говоря уже о моих ставках, которые подлили масла в огонь. Не очень многообещающее начало моего пребывания тут, но я это изменю.

Когда мои сопровождающие тоже вошли в портальную комнату, я уже собирался закрыть дверь, как вдруг меня остановил насмешливый голос.

– Что, уже сбегаешь?

Подавив стон, я вновь распахнул дверь:

– Еще нет, Янус. Я не сделаю тебе такого одолжения.

– Хорошо, – хохотнул он, стоя в окружении еще пяти праймусов. Без приглашения все они втиснулись за нами в портал. – Потому что мои друзья будут рады, если ты присоединишься к нам за трапезой. После представления, которое ты сейчас устроил, они явно ожидают не менее насыщенного событиями вечера.

Ну, замечательно. Вообще-то я рассчитывал вернуться во дворец раньше Януса и спокойно там осмотреться, однако теперь об этом, видимо, можно забыть.

– Если мне не придется притворяться, что ты мне нравишься, – пробормотал я.

Праймусы засмеялись.

– Именно на это мы и надеемся, – заявил один из них.

Его реплику я не удостоил ответом. Мое терпение и без того висело на волоске. Я уже вспомнил, почему обычно избегал утонченного высшего класса Лиги как зловонной клоаки. Весь путь до дворца и по дворцу гости Януса соревновались на редкость в глупой болтовне и подхалимстве. А потом стало только хуже, так как в императорском обеденном зале нас ожидали другие праймусы из числа разодетой римской элиты. Чуть ли не досадно, что невероятную обстановку помещения портило ужасное общество. С потолка падали лепестки роз, а почти обнаженные танцовщицы двигались в такт экзотическим мелодиям. Помимо прочего, небольшая армия рабов в золотых одеяниях встречала нас с напитками и лакомствами – хотя настоящими лакомствами являлись их человеческие эмоции. Как бы мне ни хотелось придраться ко вкусу Януса, все же вынужден признать, что такие декорации мне по нраву.

– Добро пожаловать в мой скромный дом! – воскликнул хозяин. Раб торопливо забрал у него тогу. Красную тунику, которую Янус носил под ней, он просто спустил с плеч, так что верхняя часть одежды просто свисала с его пояса. Такова традиция среди праймусов – в подобных случаях надо обнажать спину. Потому все гости мужского пола сделали то же самое, а на женщинах уже была одежда с открытой спиной. С учетом того, как часто некоторые из нас меняли свои человеческие оболочки, знаки на наших спинах оставались единственной возможностью узнавать друг друга. И я узнал многих, большинство из которых не видел уже несколько десятилетий.

Среди них обнаружились близкий друг Януса Аполлон, его сестра Диана и Плутон в компании своей прекрасной дочери Мирабель. Эта молоденькая девушка-праймус не могла быть старше двух веков, но ее темноволосая оболочка демонстрировала поразительно утонченный вкус. Кроме того,