Эхо заснувших болот - Ксения Комал

– Чего?

– Это кодовое слово. Она поймёт, что я действительно собирался тебе помочь, и поможет сама. – Он был настолько серьёзен, что Алиса почувствовала, будто вдоль позвоночника бегут мурашки. Машинально посмотрев на его обнажённую спину, чуть выгнувшуюся из-за неудобного сундука, она тут же отвела взгляд и издевательски уточнила:

– Что за на фиг единорог? Кто вообще выдумывает такие слова? И главное – зачем они вам?

– А ты бы какое придумала?

– «Мумия», конечно. По-моему, у нас с тобой тоже должно быть кодовое слово.

– Идёт, – легко улыбнулся мужчина, которому, судя по всему, не очень нравилось обсуждать свою неизбежную кончину. – А единорога подсказала Маруся, она тогда любила книжки о…

Какую литературу предпочитала его дочь, девушка так и не узнала: Герман резко замолчал, воззрившись на то, что выпало из сундука. Трещина в днище по-прежнему была небольшой, и всё остальное в неё не пролезало, но одна деталь умудрилась проскочить и с сухим тихим стуком спланировала на крупный корень, выступавший из земли. Сначала Алиса не поняла, что это такое, и если бы не бледнеющий на глазах спутник, наверное, не обратила бы на неё особого внимания. Однако смутная догадка, не в добрый час засевшая в голове, требовала выхода, и было ясно, что отсутствие оного ничем хорошим не закончится.

– А это… Это…

– Да, – с некоторой обречённостью подтвердил мужчина. Аккуратно встряхнув сундук, он насладился уже привычным звуком перекатывания мелких деталей внутри и вопросительно воззрился на Алису. – Можем сделать вид, что ничего не произошло.

– А ребятам скажем, что случайно потеряли сундук по пути? – мрачно съязвила она. – Подбери это, и идём дальше.

– Почему я? У меня руки заняты.

– Давай я подержу сундук.

– Он слишком тяжёлый для тебя, а я джентльмен и не могу позволить, чтоб ты надорвалась.

– Не джентльмен, а подлый манипулятор, – вздохнула Алиса. Она приблизилась к выпавшей из сундука детали, брезгливо обвела её взглядом и, сорвав с молодого клёна крупный лист, осторожно обернула им ветхую находку. Очень хотелось ткнуть ею в Германа и посмотреть на реакцию, но он уже был достаточно наказан своими семейными проблемами, и девушка решила проявить великодушие. Финальную часть пути они проделали в угрюмом молчании, однако настроение Алисы было значительно лучше, чем раньше. Она старательно убеждала себя в том, что столь благодатно на неё подействовало обещание помочь с братом, но в глубине души догадывалась, что дело в новой увлекательной загадке. Или в Германовских – вполне правдоподобных – объяснениях на тему того, что в палатке он лишь затаился для последующей атаки, а вовсе не отсиживался, как ей иногда казалось. Поверить в его слова очень хотелось, и несмотря на то, что некоторые сомнения ещё одолевали, мелькавшая впереди спина уже не вызывала желания обрушить на неё что-нибудь тяжёлое.

– Дотащились наконец? – вскинулась Нинка, оторвавшись от пакета, в котором оставались хлебные крошки. – Мы уже обратно собирались идти.

– Но так и не собрались, – мрачновато проинформировал Игорь, на чьём пальце красовался новый скотч. Выглядеть от этого приличнее молодой человек не стал, и всё-таки некоторая ухоженность ему определённо шла. – Где носило столько времени?

Судя по тону, ответ он себе уже придумал, и хотя истине его теория не соответствовала, Алиса покраснела до корней волос.

– Подбирали на дороге запчасти. – Она злобно сунула ему кленовый лист с весьма своеобразным содержимым и через полминуты насладилась отрывистым вскриком. – Не вздумай бросить это на землю, его и без тебя хорошо поваляли.

Герман тем временем отобрал у неё сломанный миксер, который девушка так и таскала с собой, вынул из него один венчик и принялся ковырять им в замке. Смотрелось это довольно забавно, а вскрыть сундук явно было проще путём прямого физического воздействия, но мужчина, очевидно, опасался повредить содержимое, хотя с подобной деликатностью несколько припозднился.

– Может, ну его на фиг? – чуть дрогнувшим голосом предложила Нинка, тоже оценив выпавший предмет. – У нас уже есть один труп, с ним-то не знаем, что делать…

– А вдруг там не труп, а… а…

– Что?

– Ничего, – сдался Игорь. – Нет у меня других вариантов. И заберите кто-нибудь этот чёртов лист, я что-то устал.

– Держать маленькую косточку?

– Кому косточка, а кому – шина, – бросив на него мимолётный взгляд, оценил Герман. – Если прикрутить её к твоему сломанному пальцу…

– Ещё у Вольдемара можно позаимствовать, – охотно поддержала Алиса, – всё равно ему столько не нужно. Зафиксируем палец с двух сторон, и будешь как новенький.

– А потом выберешь, который из пальцев тебе ближе, может, свой уже и не понадобится. Прикипишь душой к…

– Да хватит, – не выдержал Игорь. – Вон замок вроде щёлкнул.

Поскольку старания Германа, ко всеобщему изумлению, действительно увенчались успехом, четыре пары лихорадочно горящих глаз уставились на сундук, крышка которого с приличествующим случаю скрипом тяжело откинулась назад. Его содержимое особым сюрпризом уже не было, чего-то в этом духе и следовало ожидать. Вот только не такого размера.

– Это что, ребёнок? – обморочным голосом прошептала Алиса, пока остальные сосредоточенно сопели, не в силах выразить яркие эмоции.

– По кости было понятно, – негромко отозвался Герман.

– Кому? Лично мне почему-то ничего не понятно!

– Просто у тебя не такой большой опыт, он и к Вольдемару как к родному…

– Игорь!

– Вольдемар и есть родной. Только не мне. – Герман указал в угол сундука, где покоилось нечто, очевидно когда-то бывшее детской ногой. Алису едва не стошнило, и она быстро отошла на несколько метров, выравнивая дыхание. Мужчина с сочувствием проводил её взглядом, однако отрываться от находки не стал. – Так сразу, конечно, не скажешь, но есть у меня ощущение, что вон там у убиенного был запасной пальчик, которым может похвастаться другой наш почивший знакомый.

– Убиенного? – эхом повторила Алиса, всё ещё не решаясь повернуться к сундуку лицом. – Почему?

– На черепе вмятина, – серьёзно сказал Игорь. – Тут не надо быть экспертом. И как бы так помягче… Это явно не свежачок.

– Всегда восхищалась твоей бесподобной деликатностью, – невесело усмехнулась Нинка. – Герман, скажи честно, у тебя здесь пропадали ещё какие-нибудь родственники?

– Нет.

– А если подумать?

– Слушайте, у меня не так уж много родни. И с пальцами у всех полный порядок.

– А ты прям уверен? Дашь руку на отсечение?

– Или палец?

– Напомните, почему я вас терплю? – тяжело вздохнул мужчина.

– Должно быть, совершил какой-то жуткий проступок и подсознательно хочешь, чтобы тебя наказали…

– Сколько ему лет? – тихо перебила Алиса раздухарившихся друзей, и все снова помрачнели. Герман, не трогая останки, поднёс к ним руку, очевидно намереваясь использовать её в качестве линейки, проделал какие-то, одному ему понятные манипуляции в воздухе