Досье Сноудена. История самого разыскиваемого человека в мире - Люк Хардинг

Но общая тональность в обзорах GCHQ за 2010–2011 годы была весьма радостной. Агентство заявило, что однажды сумело за сутки обработать и сохранить «больше чем 39 млрд событий», тем самым «увеличив возможности извлечения уникальных разведданных при пользовании объектами наблюдения сети Интернет».

Усилия британцев произвели впечатление на партнеров в АНБ. В 2011 году в докладе о совместном сотрудничестве говорилось, что Великобритания теперь «производит больше метаданных, чем АНБ». В мае 2012 года сообщалось о создании второго интернет-центра буферизации в Челтнеме, в пределах обширного современного комплекса, который его шесть тысяч сотрудников окрестили «пончиком». На Ближнем Востоке был успешно организован и построен третий обрабатывающий центр. С появлением TEMPORA более чем у 300 аналитиков из GCHQ и 250 — из АНБ — теперь имели доступ к «огромному количеству данных».

Из файлов Сноудена видно, насколько тесно сотрудничают между собой британские и американские разведслужбы. Работая на ЦРУ в Женеве, Сноуден лично посещал Кроутон, коммуникационную базу ЦРУ, расположенную в 30 милях к северу от Оксфорда, в сельском Нортхемптоншире. Выступая под псевдонимом TheTrueHOOHA, Сноуден рассказывал, что поражен большим количеством овец, пасущихся на покрытых зеленью полях.

С 1950-х годов у АНБ имелось в Челтнеме собственное оперативное подразделение, так же как в Лондоне; сотрудники GCHQ работают в MHS. Заблаговременно предупредив о визите, другие служащие GCHQ из Челтнема тоже могут посетить этот надежно охраняемый американский аванпост.

В АНБ есть старший сотрудник связи, прикрепленный к британскому разведывательному сообществу (SUSLO); его британский коллега, работающий в Вашингтоне под дипломатическим прикрытием, именуется как SUKLO. Менее значимые по рангу сотрудники GCHQ задействованы почти на всех объектах АНБ; их называют integrees.[23] Есть даже штатный сотрудник GCHQ на тропической базе АНБ на Гавайях, где работал Эдвард Сноуден.

Обычно сотрудники GCHQ на объектах АНБ выполняют строго определенную работу. Агентство знакомит британцев с особенностями американского образа жизни, консультирует их и даже снабжает необходимым словарем, поскольку в лексиконе существуют явные различия при обозначении предметов повседневного обихода. Например, слово «багажник» в американском английском звучит не так, как на Туманном Альбионе (boot — англ., trunk — амер. англ.). Проводятся совместные совещания, учебные курсы, обмены, криптологические семинары и праздничные обеды. И судя по всему — хотя в документах Сноудена на этот счет ничего не сказано — случаются и «межведомственные» романы.

Вообще, такое сотрудничество, основанное на обмене разведывательной информацией и начавшееся еще в далеком 1947 году, развивалось довольно успешно. В одном из документов приводится «еще один прекрасный пример совместной работы АНБ и GCHQ». Англо-американское партнерство по программе радиотехнической электронной разведки SIGINT поддерживается и на сугубо личном уровне, оно выгодно для обеих сторон и проверено временем. В определенном смысле такую связь можно было бы назвать удачным «браком».

Между тем файлы Сноудена дают нам редкое представление об уединенном мире британского шпионажа. Так, зарплаты штатных сотрудников GCHQ могут быть невысоки, но организация предлагает своим лингвистам и математикам много развлечений в свободное от работы время: ночные пабы с викторинами, поездки в парижский Диснейленд, конкурсы пазлов Kryptos. Здесь даже есть своя социальная сеть — SpySpace. Главный недостаток в карьере сотрудника GCHQ — провинциальное местоположение агентства. «Будьте готовы описать, что такое Глостершир и где это находится», — говорится в справочнике по вербовке персонала.

Один из наиболее щепетильных аспектов TEMPORA — секретная роль телекоммуникационных компаний, владеющих или управляющих оптоволоконными кабелями. GCHQ называет их «партнерами по перехвату», связь с которыми обеспечивается «группами деликатных отношений». Среди упомянутых компаний некоторые из ведущих в мире фирм. BT (British Telecom), главный партнер по перехвату, имеет кодовое наименование REMEDY («Лекарство»), Verizon Business — DACRON («Дакрон»), а Vodafone Cable — GERONTIC («Старческий»). У четырех менее крупных провайдеров тоже есть кодовые наименования. В 2009 году Global Crossing именовалась PINNACE («Катер»), Level 3 — LITTLE («Малыш»), Viatel — VITREOUS («Стекловидный»), а Interoute — STREETCAR («Трамвай»).

Вышеупомянутые компании помогают осуществлять перехват данных большинства кабельных линий, проходящих через Великобританию. Места береговой прокладки этих оптоволоконных кабелей на территории Великобритании включают Лоустофт, залив Певенсей, Хоулихед (связывающий Великобританию и Республику Ирландию), залив Уайтсэндс, Гунхилли и некоторые другие приморские города.

Наименования компаний относятся к еще более секретной сфере, чем иные документы или программно-технологические разработки: им присваивается гриф Strap 2 ECI — «исключительно ограниченной информации». Раскрытие приведет к явному недовольству клиента. В одном из переданных Сноуденом документов предупреждается о потенциально «интенсивных политических осадках» на тот случай, если название той или иной фирмы станет достоянием общественности. Разведывательные источники подчеркивают, что у этих компаний нет другого выбора. Как и в США, они могут воспользоваться отговоркой, что вынуждены выполнять эти требования в соответствии с законом.

Благодаря такому корпоративному сотрудничеству, за которое телекоммуникационные компании получают значительную мзду от британских налогоплательщиков, к 2012 году GCHQ смог обрабатывать до 600 млн «телефонных событий» в день. Он подключился к более чем 200 оптоволоконным кабелям, которые проходили через Великобританию. Он был в состоянии обработать одновременно как минимум 46 из них. Это и в самом деле внушительный объем информации — более 21 петабайт в день, что в 192 раза превышает объем всей информации, хранящейся в Британской библиотеке.

И все же внутри GCHQ существуют опасения, что организация не выдерживает необходимых темпов. Одна из групп, ответственных за управление программой TEMPORA, отмечает, насколько выросла «роль миссии» агентства. Новые методики предоставили GCHQ доступ к огромному количеству новых данных — электронной почте, данным о телефонных звонках и сеансам связи в Skype. «За последние пять лет доступ GCHQ к «свету» вырос на семь тысяч процентов». Объем проанализированного и обработанного материала увеличился на три тысячи процентов. Агентство «открывало для себя новые страницы», но вместе с тем изо всех сил стремилось поддерживать заданный темп. «Сложность стоящих перед нами задач достигла такого уровня, на котором существующие рычаги управления больше не годятся для достижения поставленной цели».