Тень Одержимого - Феликс Эйли

тёмно-синих балахонах и читали молитвы своим неизвестным богам. Два путешественника из таинственного и закрытого Омнисоюза выглядели так, будто собрались на мусорную свалку. Они прятали свои тела и лица под белыми высокотехнологичными скафандрами, и Пиксель был уверен, что воздух внутри стерилен. Крупные и рослые люди с планеты Тиросс, земляки Босса, на две-три головы возвышались над толпой.

— Как здорово замутить с такой красоткой, — шепнул Пикселю Антимон, глядя на статную тиросску.

— Заткнись, — буркнул капитан, пытаясь сосредоточиться на задании.

В спёртом воздухе витал запах скорпоктоподов, которых старик в лохмотьях жарил на гриле у стены небоскрёба. Корсары завернули за угол, медленно пробираясь сквозь толпу. Для убедительности Босс ткнул паре зазевавшихся прохожих в лицо ствол тяжёлого автомата. Большинство прилетевших на Кровавый Предел, как и местных жителей, было людьми, но встречались и чужаки. Рядом с неприметной автоматической дверью трое людей — судя по одежде, пираты, — разговаривали с двумя мирмекидами. Насекомоподобные существа, которые стояли на двух из шести ног, клацали жвалами и двигали усиками, а переводчик разъяснял, что они имели в виду:

— Воля королевы такова, что мы примем ваши дары и позволим вам высадиться у нашегоулья… — взволнованно пересказывал юноша в балахоне — скорее всего, студент-недоучка из имперского вуза.

Космоварвары в примитивной, склёпанной из ржавых железок моторизованной броне собрались у входа в магазин «Ружья Рика». За их спинами поднимались выхлопные трубы, откуда валил густой чёрный дым. Двое чужаков о чём-то спорили:

— Ты первый начал, йоп!

— Не, ты первый начал, йоп!

Лицами космоварвары походили на свиней и обезьян одновременно: у них были маленькие злобные глазки, широкие лица и вздёрнутые носы, напоминавшие пятачки.

— Да заткнитесь уже! Ща наваляю обоим! — прорычал третий космоварвар.

И толкнул двух других. Между чужаками завязалась драка, которую пришли разнимать Вершители — охрана платформы. Облачённые в толстую броню и вооружённые электродубинками люди пытались растащить чужаков, но ничего не выходило. Вершители только разозлили дерущихся, и те, забыв прежнюю ссору, как один вступили в бой.

Пикселя это не волновало — у него была своя цель, а трое чужаков точно не могли уничтожить всю станцию. Команда миновала ярко-алую вывеску кафе-борделя «Руж», у ступенек которого завлекающе танцевали проститутки — как живые человеческие женщины, так и роботы. А рядом с ними были закованные в малиновую броню громилы-охранники.

— Какие симпатичные… — мечтательно протянул Антимон.

— Похоже, ты дразнишь меня, — усмехнулся Пиксель. — Как-нибудь подарю тебе секс-бота на день рождения.

— Мне незачем — у меня есть Дженни, — открестился судовой врач.

Он имел в виду хозяйку дома в «лабиринтах», где жил.

— Расскажи, как до сих пор её терпишь, — послышался голос Джеффа.

— Давай о чём-нибудь другом, парень, — отрезал Антимон. — Знаешь, что это за место?

Он указал на голубую неоновую эмблему, к которой они приближались. Это была вращающаяся спираль ДНК, будто уходившая вверх, в бесконечность.

— Нет, — покачал головой Джефф.

— «Генетик-студия», — авторитетно выдал Антимон. — Я там подрабатывал, ещё когда Империя не прилетела на Зекарис.

— Это правда, — спросил Свинтус, — что там тела людей сшивают в чудовищ?

— Нет, враки. Я такого не видел. В основном студия занимается всяким омоложением, генной терапией… Но они точно погорели на клонах — сам барон Блад…

— Тсс! — пригрозил Пиксель Антимону. — Хватит разговоров!

Он указал наверх, где над башнями медленно проплыл флаер Вершителей.

— Ну ладно, — стушевался болтливый врач.

Корсары свернули с людной улицы и прошли под балкой. На железном каркасе светилась синяя вывеска: «Катц и Хаузен — космические юристы». И стрелка, ведущая в какую-то подворотню, куда Пиксель не собирался. Вместо этого он направился в узкий тёмный переулок, заставленный мусорными баками. Пройдя мимо «Весёлого Сильвера» — самого подходящего заведения для тайных сделок, где два года назад сняли компромат на Фокса, команда «Аркана» вырулила на небольшую площадь. Если этот пятачок между четырьмя небоскрёбами можно было так назвать.

Перед ними вырос настоящий боевой корабль. Он стоял вертикально, на корме, а нос стал вершиной этого здания. Пушечные гнёзда были заменены на мирные иллюминаторы, как на пассажирских или грузовых каравеллах. Изнутри доносились смутные, едва различимые ноты и ритмы. Пиксель издалека любовался цилиндрической симметричной формой и серебристой обшивкой. Корабль напомнил ему флагман Освободителей…

— Ты чего? — спросил Антимон, увидев замешательство капитана. — Пойдём.

Эта площадь примыкала к чёрному входу в искомое заведение. Парадные двери находились на более людной улице, и корсары видели лишь конец неоновой вывески, переливающейся от розового до бирюзового и подсвеченной прожекторами: «…лис».

По небольшому пандусу команда поднялась к двери, проделанной в обшивке корабля. Капитан нажал на кнопку звонка, и вход открылся. Навстречу вышли три вооружённые автоматами фигуры в иссиня-чёрной броне. Две из них двигались угловато и носили глухие шлемы — это были роботы. Шлем третьего не закрывал лицо, и Пиксель видел густую бороду и зелёные линзы, которые то ли усиливали зрение, то ли заменяли настоящие глаза.

— Стоять! — потребовал охранник. — Кто вы? Что вам нужно?

— Я Пиксель и хочу поговорить с Бэзилом ван дер Бюреном, — беззлобно ответил корсар. — Слышал, он тут главный.

— Почему вы прошли не через парадный вход? — поинтересовался вышибала.

— Не люблю очереди, — усмехнулся капитан.

— Нелюбовь стоит пять империалов, — строго произнёс служащий. — С каждого из твоих ребят.

Со звуками гидравлики роботы угрожающе повернули головы.

— Эх… ладно, — капитану не хотелось расставаться с деньгами, но он бросил в бронированную ладонь несколько монет из кармана куртки.

— Так-то лучше, — вышибала улыбнулся в бороду. — Оружие сдайте.

Пиксель снял с пояса саблю и пистолет и протянул их охраннику. Затем тот пристально вгляделся в капитана. В зелёных искусственных очках мелькнули лучи.

— Проходите, — безразлично сказал охранник.

Он собрал оружие у всех корсаров и тоже их просканировал. Взяв пушку Босса, мужчина согнулся под её весом — он не был настолько силён, как старпом Пикселя.

— Вам на одиннадцатый этаж, — крякнул бородатый.

— Спасибо, — подмигнул Антимон.

Команда оказалась в неприглядном сером помещении, залитым холодным светом. Ван дер Бюрен изрядно переделал корабль, чтобы превратить его в здание — снёс палубы и добавил множество перегородок. На лифте, встроенном в коридор корабля, корсары поднялись в обширную круглую комнату, погружённую в полумрак. Высокие, растянувшиеся на