Арабский Геродот - Дмитрий Валентинович Микульский

видимо, Багдад. Добираться до Каспийского моря Масуди решил через беспокойные области Ирана — Табаристан (ныне Мазендеран) и Джурджан (Горган), где правили местные княжеские династии, всегда подчинявшиеся Халифату только номинально. Добравшись до порта Абаскун, находившегося в трех днях пути от большого города Джурджана — центра одноименной области Ирана, Масуди сел на купеческий корабль и проплыл вдоль южного и восточного побережья Каспийского моря. Во время плавания Масуди видел в воде какие-то непонятные существа, которые он назвал драконами — танинин. Видимо, на самом деле это были водящиеся в Каспии тюлени. На одном из островов он наблюдал белых соколов, которые в арабо-мусульманском мире считались диковиной. По мнению знатоков, говорит путешественник, эта разновидность охотничьих птиц является самой быстрой, поэтому белых соколов прикармливают рыбой, а затем ловят, приручают и продают. У побережья Апшерона Масуди показали подводные источники нефти, которые он принял за вулканы. Вездесущие купцы рассказали путешественнику о важнейших реках, впадающих в Каспийское море — Волге, Урале, Куре и других. Но все это не было для него самого столь значимым, как констатация того, что Каспий — это самостоятельный водоем, отдельный от Черного моря. Проверив это обстоятельство лично, Масуди с гордостью пишет, что Хазарское море не соединяется с морем Бунтус, ибо сам он плавал по нему и расспрашивал всех встречных купцов.

По всей видимости, конечным пунктом плавания Масуди по Каспийскому морю был Баку, город, в окрестностях которого, по словам Масуди, много нефтяных источников. Баку — это важный порт, откуда корабли направлялись в Хазарию. Это было первое государственное образование в Восточной Европе, возникшее в VII в. на развалинах распавшегося западнотюркского Каганата. Хазарский Хаканат был пестрым в племенном отношении объединением. Ядром этого раннефеодального государства был народ хазары, язык которого относится к западнотюркской группе. В состав Хазарского Хаканата входила также часть родственных хазарам булгар, обитавших в Приазовье и на Таманском полуострове. Они были покорены хазарами еще в VII в., вскоре после образования независимого хазарского государства. Другая часть булгар, не пожелавшая признать господство хазарской знати, откочевала во главе с ханом Аспарухом на Дунай, где образовала совместно с покоренным славянским населением Дунайскую Булгарию. Булгары на Дунае, которых сравнительно со славянами было ничтожно мало, постепенно были ассимилированы, усвоили язык и образ жизни завоеванного населения, и только название их звучит в имени славянской страны Болгарии. Наконец, третья часть булгар образовала государство на территории современной Татарии. Хазарский Хаканат вел упорные войны против двух главных государств Ближнего Востока — Халифата и Византии, однако к X в. он уже клонился к упадку. Пройдет менее тридцати лет после приезда Масуди в Баку, и в 965 г. киевский князь Святослав нанесет городу смертельный удар.

Столица Хазарии, Итиль, лежала в низовьях Волги. Масуди, скорее всего, лично там не был, но оставил нам живое описание этого города, основанное, по всей видимости, на сообщениях мусульманских купцов, ездивших в Хаканат по торговым делам. Итиль, пишет Масуди, находится на берегах великой реки, текущей из страны тюрок, то есть Волги. Посередине реки расположен остров, на котором построен дворец хакана. Остров соединен с одним из берегов реки понтонным мостом.

Масуди хорошо осведомлен о политической системе Хазарского государства. Он знает, что реальная власть в Хаканате принадлежит царю, ставленнику булгарской знати, сакральной же фигурой, от которой, согласно верованиям хазар, зависело благополучие всей страны, являлся хакан, постоянно находившийся во дворце и не имевший права появляться перед народом. Если дела в Хаканате складывались не лучшим образом — наступала засуха или же одолевали враги, — то по требованию подданных царь убивал хакана или же выдавал его на расправу, а ему наследовал другой представитель того же рода. Начиная заниматься какой-либо новой страной, Масуди всегда интересовался тем, какая там распространена религия. Путешественнику известно, что хакан и его ближайшее окружение в начале IX столетия приняли иудаизм. Что же касается большинства рядовых хазар и булгар, то они сохранили традиционные языческие верования.

В Итиле, сообщает Масуди, обитала значительная группа мусульман, называвшаяся ал-ларисиййа, выходцы из Хорезма. Современные исследователи считают, что это остатки аланско-асских племен из Средней Азии. Мусульмане, говорит путешественник, пользовались в Хазарии значительным влиянием, так как они составляли основную военную силу хазарского царя. Согласно сведениям, приводимым Масуди, ал-ларисиййа заключили с царем договор, обеспечивавший их привилегированное положение. По этому договору мусульмане имели право свободно отправлять свой религиозный культ и не принимать участия в войнах Хазарии против других мусульман. Кроме того, только мусульманин мог занимать пост советника хазарского царя, по терминологии Масуди — вазира. Масуди называет имя мусульманина, который занимал этот пост во время его путешествия по Кавказу и Прикаспию, — Ахмад ибн Кавайх. В Итиле жили и две другие группы населения — язычники (славяне и русы) и христиане. Судебная система хазарской столицы учитывала многоконфессиональный характер города — здесь имелось двое судей для иудеев, двое судей для христиан и один судья для язычников.

Помимо государства хазар Масуди известна также Волжская Булгария. Он особо интересовался волжскими булгарами потому, что знал о принятии их правителем и его ближайшим окружением ислама во время правления халифа Муктадира (908—932). В этой связи наш автор упоминает о нападениях булгар на Константинополь, однако в данном случае он ошибается, ибо по названию смешивает волжских булгар с дунайскими болгарами, действительно воевавшими против Византии. Говоря о булгарах, Масуди справедливо отмечает, что этот народ представляет собой «отрасль тюрок». Он сообщает также, что в стране булгар ночи так коротки, что за одну такую ночь нельзя даже вскипятить котла воды. Эти сведения, которые встречаются также в сочинениях других арабских географов, касаются, конечно, не самой Волжской Булгарии, а гораздо более северных районов, где летом наблюдаются так называемые белые ночи. Однако эти сведения попадали к арабо-мусульманам через Булгарию, и поэтому арабские географы отнесли их к «стране булгар».

Кроме хазар и булгар, Масуди отрывочно упоминает о кочевых народах Восточной Европы — печенегах (баджнак), мадьярах (баджкирд), гузах (ал-гузз).

Наверное, от тех же купцов, которые часто ездили в Хазарию и рассказали о ней Масуди, он узнал о том, что лет за двадцать с небольшим до его приезда в район Кавказа некий народ — русы — совершил опустошительный поход на южное и юго-восточное побережье Каспийского моря. Купцы, возможно, сами пережившие это бедствие, рассказали путешественнику, что 500 русских кораблей, в каждом из которых сидело примерно по 100 воинов, прибыли к хазарскому сторожевому посту — видимо, Тьмутаракани, — находившемуся на северном побережье Азовского моря, которое Масуди называет заливом моря Бунтус (Черного). Через гарнизон