Столичные каникулы - Джанет Дейли

– Вместо того чтобы заставлять меня это делать, лучше принесите мне газету из кухни. Я не все успел прочитать перед прогулкой. – Молли виновато опустила голову и заскулила. – Согласен, – прошептал он, – это не самый лучший вариант, но все-таки приведет ее в гостиную.

Джоселин в раздражении убрала лопаточку на место, с гордым видом обошла стол, схватила утреннюю газету и направилась в гостиную. Такер встретил ее широкой улыбкой. Но, проигнорировав это приветствие, Джоселин бросила газету ему на грудь.

– Вот. Возьмите вашу газету и оставьте нас в покое, – скомандовала она.

– Разве я вас раздражаю? – Он посмотрел на нее невинными глазами. – Вы всегда так злитесь, когда занимаетесь приготовлением пищи?

– Только когда меня отвлекают. – Она обворожительно улыбнулась. – А теперь, если не хотите, чтобы ваш бекон обуглился, читайте газету и не отвлекайте нас.

– Знаете, нет ничего хуже, когда на кухне случаются подобные катастрофы – подгорелую пищу все равно приходится съедать. – Такер развернул газету.

Это юмористическое и колкое замечание разбило вдребезги всю выдержку Джоселин, которую она годами в себе воспитывала. Она обнаружила, что не в силах сердиться на человека, который может заставить ее смеяться. И Джоселин вернулась на кухню с улыбкой на лице. А там подошла к плите, чтобы проверить бекон.

– Вы только что отнесли ему газету? – шепотом спросил Обедиа.

– Да. – Она с любопытством посмотрела на него.

– Всю?

– Да.

Он вздохнул:

– Боюсь, это не очень хорошая идея.

– Почему? – Ей показалось, что должен прогреметь гром.

– Дело в том, – снова прошептал Обедиа, – что там большая статья о президентской дочери вместе с ее отличной цветной фотографией.

– О нет! – обеспокоилась Джоселин, глядя в сторону гостиной.

– О да, – печально подтвердил Обедиа.

– Может, он не прочитает? Может, не заметит сходства? Может…

– А может, тебе постараться не допустить этого? – предложил Обедиа.

– Но как? – Внезапно ее осенила мысль, и Джоселин снова отложила лопаточку в сторону. – Проследите за беконом, Обедиа. – Она вернулась в гостиную.

Такер просматривал спортивный раздел. Когда вошла Джоселин, он удивленно хмыкнул:

– Признаюсь, не ожидал, что вы вернетесь так скоро!

– Я тоже не ожидала, что вернусь. – Она забрала у него газету и положила ее на журнальный столик.

– Эй, я еще не дочитал. – Такер потянулся за спортивной страницей.

– Дочитаете позже. Обедиа уже выливает ваш омлет в сковородку. К тому времени, как мы доберемся до кухни и устроим вас за столом, он будет уже готов. – Джоселин убрала подушки из-под его колена.

– Мы пойдем на кухню?

– Вы же сами говорили, что не желаете есть в одиночестве, – напомнила она.

– Я знаю, что говорил. – Сидя на софе, Такер поставил одну ногу на пол и положил руку на больное колено. – А как же я смогу на кухне приподнять мое колено?

– Мы подставим вам еще один стул. Может, вам будет немного неудобно есть за столом в таком положении, но это лучше, чем есть, держа тарелку на весу. – Джоселин помогла ему встать.

Снова используя ее как опору, Такер обхватил плечи Джоселин и слегка подпрыгнул, пытаясь сохранить равновесие. Затем он остановился, как будто собираясь с силами для короткого путешествия на кухню.

– Знаете, мне следовало бы сообразить, что ногу можно положить на другой стул. Но я не сообразил. – Он с нежностью посмотрел на нее сбоку. – Я рад, что вы это придумали.

– Очень мило с вашей стороны. – Она изо всех сил старалась притвориться, будто ее абсолютно не волнует эта близость и этот тесный контакт, который вынуждал ее уютно прижиматься к его боку.

Из-за своего высокого роста Джоселин не привыкла смотреть на людей снизу вверх, чтобы видеть их глаза. Но Такер был выше се, благодаря чему она чувствовала себя более мягкой и женственной.

– Вы очень красивая, Джонези, – произнес он почти дрожащим голосом, который заставил Джоселин осознать, что Грейди Такер привлекает ее скорее как мужчина, а не как политический обозреватель. И с каждой минутой ей становилось от этого все тяжелее и тяжелее.

– Да я просто сказка, – отозвалась она с легкостью, хотя ей стоило немало сил перебороть волнение.

Такер остановил на ней долгий взгляд, от которого у нее замерло сердце, затем вздохнул и покачал головой.

– Бесполезно, – произнес он. – Я это проверю.

– Что проверите? – не поняла Джоселин, смущаясь из-за близко наклонившегося к ней Такера.

– Есть ли там фейерверки… или бубенцы. – Она почувствовала на себе его горячее дыхание, и их губы сблизились.

Сказать, что земля ушла у нее из-под ног, – значит ничего не сказать. Джоселин показалось, что все перевернулось вверх дном. Его губы были мягче, чем она ожидала, мягче и смелее. Она ответила ему, абсолютно не думая, повинуясь естественной легкости поцелуя. Ее охватило чувство полного удовлетворения, как будто она, наконец, обрела то, к чему так долго стремилась. Это было все равно что вернуться домой после долгого путешествия.

Его губы стали настойчивее, отчего поцелуй перешел на новый уровень близости. Джоселин задрожала, испугавшись, что это приведет его к следующему шагу, и она не захочет отступить. Джоселин всегда интересовало, может ли поцелуй мужчины повергнуть ее в такой восторг – такой чистый и сверкающий, как расплавленное золото.

Когда их губы разъединились, она почувствовала себя опьяненной и возбужденной чарами этого поцелуя. Какое-то мгновение Джоселин стояла неподвижно, а он обнимал ее двумя руками. Она чувствовала биение его сердца, которое как будто эхом откликалось на биение ее собственного.

Потом Джоселин медленно подняла ресницы и увидела перед собой четкие линии лица Такера. Он был так же заинтригован этим поцелуем, как и она сама. Его карие глаза были полны нежности и играли яркими золотыми бликами.

– Вот это да, – мягко и тихо, почти шепотом произнес Такер. – Я как будто выпил пунша, Джонези.

В этот момент Джоселин захотелось его ударить, по большей части из-за злости на себя за то, что допустила этот поцелуй. Но вместо этого только отстранилась от него и потянулась назад, чтобы убрать его руку.

– Мне кажется, мы шли на кухню, – напомнила она, безумно стыдясь хрипоты своего голоса.

К ее облегчению, Такер одобрительно кивнул и убрал свою руку.

– Идемте. – Он сделал шаг вперед, аккуратно наступая на левую ногу. – Может быть, вы мне все-таки дадите ваш адрес в Ватерлоо?

– Нет.

Он в негодовании сжал губы:

– Вы хотите усложнить мне задачу, заставив вас искать во второй раз?