Завещание Единого бога (СИ) - Смородинский Георгий Георгиевич

— Она уже приходила в себя? — Алес облегченно выдохнул и уселся на одно из лежащих на земле брёвен.

Айка с Даной сели напротив, вышедшая из храма медведица шумно улеглась у него за спиной.

— Да, приходила, — Эд кивнул и с опаской посмотрел на огромного зверя. — Спрашивала про тебя… Мы рассказали.

— И… что? — осторожно уточнил он. — Что она сказала?

— Сказала, чтобы мы с Нелой и Данкой к тебе сегодня не приближались, — усмехнувшись, ответила за Эда Отмеченная. — Сегодня ж Кира-Воительница, вот и…

— А серьезно?

— А серьезно — сам у неё и спросишь, — отрезала девушка и протянула ему свёрток с едой. — На вот, ешь и рассказывай!

— Хорошо, но сначала скажите, — Алес забрал протянутый свёрток и посмотрел на спящую разведчицу. — Почему вы меня не положили тут? Зачем унесли в храм?

— Потому что это не мы тебя туда унесли, а она, — кивнув на медведицу, пояснила Отмеченная. — Когда ты что-то там сотворил, кладбище затянуло туманом. Потом он схлынул и пришла она… А ты в зубах у неё, как новорожденный медвежонок…

— Мы думали она тебя жрать собирается, — продолжила за подругу Дана. — Но у нее на голове сидела сова.

— Занесла она тебя под крышу, а потом вернулась и рыкнула, — с улыбкой пояснил Эд. — Я догадался, что она зовёт, и пошёл следом. Осмотрел тебя, переложил на ветошь, но выносить не решился. Она стояла рядом и смотрела… Ну я и подумал: «ну его, от греха»…

— Это Мора, — указав на зверя, с улыбкой пояснил Алес. — Не сама она, а та душа, что пришла в тело мертвой собаки. Госпожа мне ее вернула.

— Мы что-то такое и подумали, — Айка нетерпеливо нахмурилась. — Давай уже ешь и рассказывай! Хватит нас мучить!

— Да, конечно, — Алес достал из свёртка лепешку, откусил кусок, прожевал и, глядя на Отмеченную, произнёс: — Все это началось месяц назад…

Рассказывать пришлось с самого начала и обо всем. Его испытание и встреча с Алатой, поездка на остров, бой в Акареме и очищение кладбища выглядели звеньями одной цепочки событий. Не просто ведь так Хозяйка Удачи предстала безликой? Он ведь мог уйти ещё тогда, но остался и ни разу об этом не пожалел. Да, пережить и потерять пришлось немало, но они вшестером все-таки выжили! Лигейцы все равно бы напали…

Только сейчас, сидя на бревне и рассказывая, Алес почувствовал, что его наконец отпускает. Это чудовищное напряжение последнего месяца, ожидание войны и непонимание, чем оно все закончится.

Сейчас не так… Война началась, полсотни соплеменников отправились в Крепость, но Аскания устояла! Лигейцы не смогут захватить Латоку. Им просто не хватит на это сил. Ведь не нужно быть Кейром, чтобы почувствовать сорок восемь свежих покойников. Сотня волчьих всадников разгромлена поднявшимися из могил не-живыми, князь Райдас убит, и захватчики, скорее всего, уберутся обратно в Лигею. В Акареме и на побережье никто не останется. Они ведь не знают, как поведут себя мертвые.

Подмороженное мясо было безумно вкусное, лепешки мягкие, и у ребят даже нашлась склянка с желтой приправой. Алес ел, рассказывал и испытывал ни с чем не сравнимое облегчение. Да, пока непонятно, что ждёт их всех впереди, но думать об этом сейчас не хотелось. Все равно ведь случится то, что случится. Думай — не думай, оно тебе не поможет. Никто ведь не знает, куда приведёт Портал.

— … Госпожа сказала, чтобы я уходил и уносил с собой артефакт, — произнёс он в конце своего рассказа. — Так что мне в любом случае придётся идти в этот Портал, а вы… Думаю, лигейцы уйдут, и путь в Латоку будет свободен…

— То есть ты нас спас, а мы должны тебя бросить? Так понимать эти твои слова? — Айка усмехнулась и посмотрела ему в глаза.

— Но… — Алес смутился и опустил взгляд. — Зачем оно вам?

— Хотя бы затем, что это нужно тебе, — Айка легко пожала плечами.

— Но этот переход! — парень с сомнением оглядел серьёзные лица соплеменников. — Я не знаю, насколько он безопасен. Вам-то зачем рисковать?

Нет, он был бы счастлив, если бы они все вместе пошли в Портал, но не сказать это было неправильно. Да, ему очень не хотелось бы оставлять здесь Реку и остальных, но жизни соплеменников — это же самая высшая ценность…

— А никакого риска нет, — глядя ему в глаза, спокойно заявил Эд. — Тебя же туда богиня отправила. Зачем бы ей нужна твоя смерть?

— И мы тоже благодарны Госпоже Ильсане за участие в нашей судьбе, — включилась в разговор Дана, — и поможем тебе выполнить ее поручение. Ты же не выбросишь артефакт сразу после выхода из Портала? Его нужно куда-нибудь отнести или кому-то отдать. Тому, кто правильно им распорядится…

— Ну а с этой твоей новой зверушкой, — кивнув на медведицу, с улыбкой произнесла Нела. — Рядом с ней нам будет спокойнее, чем за стенами Латоки. Никогда не думала, что буду настолько благодарна пришедшим из-за Черты, но если бы не они, мы бы тут сейчас не сидели.

— Это было страшно, — снова заговорила Отмеченная. — Тот не-живой, что стоял на пути лигейцев, вскинул меч, и от него во все стороны хлынул непроглядный туман. Всадники въехали в это облако, и оттуда послышались звуки тяжёлых ударов. Через какое-то время туман исчез, явив две или даже три сотни мертвых копейщиков. В тяжёлой броне, со щитами и гнилыми рваными флагами. Умелые и быстрые как бесы…

— У лигейцев не было шансов, — воспользовавшись небольшой паузой, со вздохом пояснил Эд. — Собак жалко… Они же не выбирают хозяев.

— Самые умные погнали псов назад с кладбища, и их никто не преследовал, — продолжила рассказ Айка. — Не-живые добили раненых, и их толпу снова затянул туман, но в этот раз он растекся по всему кладбищу. Те двое мертвых, что несли Реку и Нелу, куда-то ушли, а потом пришла твоя Мора, — Отмеченная кивнула на медведицу, которая лежала с открытыми глазами, и спокойно смотрела на рассказчицу. — Эд сказал, что с тобой все в порядке, мы слегка успокоились, а потом появился он, — Айка указала на статую старика, которая возвышалась над остальными. — Представился Кромом, вылечил девчонок и сказал, что мы должны покинуть кладбище до захода солнца. Ещё сказал, что язык лежит на той же могиле, и тебя там кто-то ждёт.

— Язык? — Алес поморщился и посмотрел на Эда. — Это он языком назвал артефакт?

— Не знаю, но скорее всего, — лекарь пожал плечами. — Думаю, там, на могиле, тебе все расскажут.

— Ну тогда я схожу? — Алес оглядел лица ребят. — Заберу артефакт и узнаю…

— Конечно, иди, — Айка улыбнулась и забрала у него остатки еды. — Мы тебя тут подождём.

Поблагодарив Отмеченную за угощение, Алес встал с бревна и пошёл в обход святилища на северо-запад. Можно было пройти через храм, но он решил прогуляться. Мора поднялась и направилась следом.

Медведицу оставлять не было смысла. Ребятам ничего угрожать тут не может. С ними же разговаривал Кром! Один из четырёх аколитов Прекрасной богини.

Со стороны они представляли интересное зрелище: молодой парень в кирасе и идущее с ним рядом чудовище. Морда медведицы покачивалась на уровне его головы, а весила она не меньше полутора тонн. Гуша все ещё где-то летала, и Алес ее не тревожил. Совы очень умные и любознательные птицы, а его пернатая подруга еще и находится под влиянием двух Печатей. Ей на этом кладбище все интересно. Она видит и чувствует то же, что и он сам. При этом не-живые принимают сову за свою. Не просто же так она каталась на голове у медведицы.

Настроение у Алеса было превосходное. Река жива и здорова, в Портал они пойдут вместе, а еще у него есть сова и медведица! Ну а что еще нужно для полного счастья?

Обойдя храм, он нашёл взглядом могилу и улыбнулся, заметив там двоих не-живых.

Кейр и страж, имени которого Алес не знал, стояли и, не отрываясь, смотрели в его сторону. При этом мёртвый воин внешне не изменился, а вот мастер Смерти уже где-то успел раздобыть одежду и тело.

В тот, первый, раз Алес не особо его разглядел, но сейчас, что называется, проникся.

Кейр выглядел величественно и жутко. Нет, ну а как ещё может выглядеть высохший труп, обряженный в чёрную рунную мантию? Ростом не ниже четырёх локтей. Череп обтянут желтой пергаментной кожей, голову венчает костяная корона. Глаза горят, в руках кривой посох с навершием в виде птичьего черепа.