Испытание золотом - Дмитрий Викторович Распопов

их закупку, — поклонился ему я, — даже со скидкой в двадцать процентов, как своему самому любимому королю.

— Я-то буду не против, — удивился он, — даже за, но как ты стрясёшь свой долг с Ферранте, если он не хочет отдавать долг даже мне?

— Ой, Ваше высочество, это уже будут точно не ваши проблемы, — отмахнулся я, поскольку имел свой вид на этот долг, — оформим всё официально, я даже у папы возьму подпись, что он подтверждает переход долга короля Неаполя ко мне.

— Я в этом ну вообще не сомневаюсь, — хмыкнул он, — кстати с тебя рассказ, как тебе удалось всё это провернуть.

— Только тет-а-теат Ваше высочество, — тихо ответил я, — это не предназначено для ушей многих.

— Разумеется Иньиго, — спокойно кивнул он, — но мне всё равно нужно подумать и посоветоваться с советниками, насчёт твоего предложения по Балеарским островам. Понятное дело, что там рыбацкие деревни и мало что есть, но всё же, это земля, которую завоевали мои предки.

— Она останется в Арагоне в любом случае, — пожал я плечами, — я же никуда от вас не сбегу с ними.

Король улыбнулся и встал.

— Ладно, вернёмся в зал, не будем заставлять всех придумывать то, о чем мы можем тут говорить.

— После вас, Ваше высочество, — я с поклоном, открыл перед ним дверь и придерживал её, пока он выходил, тихо прошептав при этом.

— А чуть позже я хочу поговорить с вами про Геную, Ваше высочество, у меня созрела пара идей и по этому поводу.

Хуан искоса на меня посмотрел, но ничего не стал говорить, поскольку нас обступили дворяне, которые явно были недовольны тем, что король секретничал со мной только вдвоём в своём кабинете.

В обеденном зале также царило уныние, которое прервалось, когда вернулся король, и сел продолжать обедать, словно ничего и не произошло.

— Иньиго, — тихо заметил мне Сергио, — спрячь довольную улыбку, а то все будут думать, что ты обокрал короля.

— Главное, чтобы он согласился, — хмыкнул я, — и мы на шаг с тобой приблизимся к тому, о чём мечтаем.

Он изумлённо на меня просмотрел, но понятливо промолчал. После нашего разговора с королём обед был быстро закончен, и мы отправились к себе в таверну. Где несмотря на все мольбы Сергио, я наотрез отказался рассказать, о чём говорил с королём.

— Сергио, всему своё время, — упрямо молчал я, — узнаешь первым, я тебе пообещал, но сейчас не время и вообще тебе пора в Португалию.

Граф обиделся на меня и ушёл к себе, весь вечер потом со мной не разговаривая.

Глава 18

4 сентября 1459 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

Пышные церемонии официального принятия делегации посольств начались и правда через несколько дней, когда было всё готово, хотя я мотался в королевский дворец по нескольку раз в день, как на работу, поскольку согласовывал с королём все пункты наших с ним договорённостей. Сеньор Антонио д’Алессандро всё это видел, но поскольку я ничего не рассказывал и ему, лишь молчал и тоже злился. Однажды даже высказав мне претензию, что он тоже входит в это посольство. Пришлось его успокоить.

— Сеньор Антонио, — я покачал головой, — пока у нас с Его высочеством идут согласования нашей с ним части этого договора, и даже об этом вы узнаете чуть позже. Но прошу меня понять, от короля Фердинанда I я лично не получаю ничего за эту миссию, в отличие от вас, так что дайте мне поторговаться с Хуаном хоть за какое-то вознаграждение для себя.

Юрист меня понял, и хотя не остался доволен моим ответом, но хотя бы больше не приставал. Вот и сейчас, идя рядом со мной во дворец, когда нас засыпали цветами, кругом играла музыка и везде были флаги Арагона и Неаполитанского королевства, сеньор Антонио нет-нет, да и посматривал недовольно в мою сторону.

Во дворце нас приняли тоже очень достойно, мы словно были тут впервые, принесли богатые дары от короля Фердинанда I, якобы впервые познакомились с Их высочествами и преподнесли верительные посольские грамоты, что можем его представлять и на все следующие пять дней погрузились в переговоры, которые, по сути, были уже предрешены. Мы с Хуаном обо всём договорились заранее и теперь оба отыгрывали свои роли, а бедный сеньор Антонио д’Алессандро был вынужден участвовать в этом фарсе и более того, изумляться тому, что оказывается: долг его короля переходит ко мне, Хуан отказывается помогать мятежным баронам Неаполитанского королевства, а взамен, как я и просил, он согласен на помолвку своей дочери с сыном короля Фердинанда I. Так что вроде бы юрист достиг всего зачем его посылал король: Хуан не вмешивается в дела Неаполя и даже вопрос долга урегулирован, но сеньор Антонио всё время смотрел на меня и его явно не отпускали смутные сомнения, что он не всё знает.

Когда наконец переговоры окончились, договора подписались и ему нечего было больше делать в Сарагосе, юрист подошёл ко мне.

— Я так понял сеньор Иньиго, что вы в Неаполь не возвращаетесь? — не спросил, а больше подтвердил он.

— Какой смысл, сеньор Антонио? — деланно удивился я, — мы свою миссию выполнили, и вы вполне компетентно отчитаетесь за нас двоих, заодно предупредите Его высочество, чтобы высылал сюда посольство для помолвки по доверенности. Которое и обговорит все условия последующего венчания.

— Долг Его высочества Фердинанда I, — юрист прямо на меня посмотрел, — вы думаете он вам его вернёт?

— Конечно, сеньор Антонио, — улыбнулся я, — я нисколько не сомневаюсь в честности Его высочества, особенно когда вы ему скажете, что я буду готов принять долг не в золоте, а в руде от Неаполитанских рудников.

Видимо он сомневался в том, что мне отдадут хоть один золотой, поскольку задумчиво посмотрел на меня и поклонился.

— Тогда мне нужно выполнить ещё одно поручение Его высочества и только после этого я вернусь в Неаполь, сеньор Иньиго, — сказал он, — поэтому хочу сейчас вас поблагодарить за помощь в этих переговорах, пока мы не расстались.

— Мне тоже было принято видеть вас в деле, сеньор Антонио, — заверил его я, — и сам, если понадобиться хочу нанять вас.

— Буду рад помочь, — поклонился он