Испытание золотом - Дмитрий Викторович Распопов

— Хочу вас обрадовать сеньор Иньиго, оммаж королю Хуану вам приносить уже не нужно будет, — сказал Бернард, — сеньорита Паула проявила чудеса дипломатии, так что вместо вас приняла клятву верности.

Я и Сергио с изумлением посмотрели на скромно потупившуюся девушку.

— Сеньорита Паула, позвольте высказать вам совершеннейшее вами восхищение, — сказал он с восторгом в голосе.

— Но как? — поинтересовался я у неё.

Та, рассказала нам историю, как уговорила сначала архиепископа на это, а затем уже он своего отца. Но всё равно, чтобы Хуан принял оммаж от женщины, было для нас с Сергио удивительно.

— Какая ты молодец у меня, — погладил я её руку, — но я хочу услышать подробности обо всём вашем путешествии, так что отложим разговор до вечера.

— Если можно, я бы тоже при нём поприсутствовал, — скоромно заметил граф Латаса.

Мы вскоре доехали до таверны и когда проходили внутрь, ко мне наклонился Бернард и тихо заметил.

— Не всё из нашего рассказа, может услышать граф.

Я посерьёзнел, кивнул и пошёл к человеку, который с самой широкой улыбкой бросился ко мне навстречу.

— Ваше сиятельство! Какое счастье! — хозяин таверны и постоялого двора при ней, низко мне кланялся, провожая к столу, — я бы даже сказал двойное счастье. Сначала сеньорита Паула осчастливила нас своим приездом, а теперь и вы сами прибыли! Моя жена так же как и я, будет просто счастлива, увидеть вас снова.

Я снял с пальца перстень и протянул его ему.

— У меня и мысли не было милый Матео, где мне остановится, кроме как у вас. Я всегда сеньору Альваро и сеньору Алонсо говорю, что если мы едем в Сарагосу, то только к вам.

Перстень тут же исчез в руке мужчины, а улыбка стала ещё шире.

— Я вам так благодарен сеньор Иньиго, так благодарен. Проходите, я сейчас же отдам вам свои комнаты, а вы перекусите с дороги, пока я прикажу всё помыть и почистить.

— Благодарю милый Матео, — улыбнулся я и сел за стол, который он для меня выделил.

Мой близкий круг сел вместе со мной, все остальные заняли остальные столы, ведь всё равно, вся таверна и постоялый двор будет только моей на время этой остановки. Посторонние люди мне были тут совершенно не нужны, и хозяин это прекрасно знал.

— А что вы делали вместе с синьором Иньиго в Неаполе, ваше сиятельство? — поинтересовалась у Сергио Паула.

— Сеньор Сергио, милая Паула, — улыбнулся он, — я вам сколько раз уже говорил. Вы для меня словно лучик солнца, так что просто сеньор Сергио.

Эти двое мило ворковали, хотя я знал, что Сергио опасается Паулы, зная на что она способна, так что его лесть была не более, чем данью вежливости.

— Закончили аудит неаполитанских рудников, сеньорита Паула, — ответил он девушке, — было конечно весело наблюдать, как враги Его высочества Фердинанда, дворяне из ветви Гравины дома Орсини спокойно прибывают в большом количестве в город и занимают места для охраны рудников, хотя король этому был очень не рад. К счастью сеньор Иньиго нашёл нужные слова, чтобы его успокоить.

— Это какие, сеньор Сергио? — удивилась девушка.

— Сеньор Иньиго сказал ему всего два слова, — куртуазно поклонился ей граф, — «так надо», после чего у Его высочества исчезли все вопросы к их нахождению в городе и на рудниках.

Я хмыкнул.

— Герцог Гравины был очень добр ко мне, — дополнил я рассказ Сергио, — даже свозил меня на охоту, на которой я побывал впервые в жизни.

— Да, сеньор Иньиго хоть и не мог из-за своих физических кондиций ездить на лошади, — подтвердил Сергио, — но поразил всех своей меткостью стрельбы из арбалета. Он даже получил награду «Лучший стрелок» в этой охоте, идущей вместе с поцелуем прекрасной дочери герцога.

Лицо Паулы напряглось, и я пнул под столом графа в голень.

— Но сеньор Иньиго, конечно, вежливо отказался, — быстро поправился он, и Паула расплылась в широкой улыбке.

Бернард, видевший движение моей ноги, лишь хмыкнул и старательно спрятал улыбку в кулак, решив при этом прокашляться.

— Что с тобой Бернард? — поинтересовалась у него с беспокойством девушка.

— Крошки попали в горло, — просипел тот и встав, быстро пошёл за стаканом вина.

— Так что сеньорита Паула, этот месяц мы провели с сеньором Иньиго в делах и заботах, — закончил свой рассказ Сергио.

Нам принесли еду, мы поужинали и затем отправились отдыхать. Проконтролировав, что дверь за Сергио в его комнату закрылась, я поманил Бернарда за собой.

— Что там ещё произошло у вас? — поинтересовался я у него, когда он зашёл и сел на табурет напротив кровати.

— Не всё прошло гладко, сеньор Иньиго, — вздохнул он и принялся пересказывать все перипетии своего с Паулой путешествия. Мне оставалось только слушать и в некоторых места изумлённо вскидывать брови, когда темы касались нечестности Борха, наглости моего брата или вопросов, связанных с главным судьёй Аликанте. Свой рассказ он закончил под утро, протянув мне бумаги, о существовании которых я и так знал, просто не держал их раньше в руках.

— Мне писали из Валенсии, что дон Педро де Борха скончался, — задумчиво произнёс я, — ты уверен, что к этому не приложила руку Паула?

— Хоть это и случилось через месяц после нашего отъезда, сеньор Иньиго, — покачал головой он, — и вроде бы она тут ни при чём, но один из моих парней узнал молодого человека, который бросился к сеньорите Пауле на въезде в Аликанте и это был сын дона Педро де Борха, которому согласитесь, определённо нечего было делать так далеко от дома.

— Эта да, возникают вопросы, — согласился я с ним, — отправь весточку в Аликанте, пусть поинтересуются дальнейшей судьбой этого молодого человека, а также попроси Хуана Рамоса приехать в Сарагосу, у меня появилось для него задание.

— Конечно сеньор Иньиго, отправлю завтра гонцов, — кивнул он.

— Тогда закончим на этом, — зевнул я, — и так засиделись.

— Вам нужно поговорить ещё с Паулой, сеньор Иньиго, — смущённо сказал Бернард, — я ей не сказал, что вы знаете, что я знаю.

И хотя он не задал мне вопроса, он всё же повис в воздухе, так что я решил на