Любимый обманщик - Аннет Клоу

И Мелисса коротко и спокойно повторила все, о чем так эмоционально и страстно несколько часов назад повествовала Филиппу.

Крис поймал себя на мысли, что ему очень хочется пустить в ход кулаки, чтобы проучить обидчиков Мелиссы, отбить у них охоту шантажировать порядочных людей. Но он постарался подавить в себе это желание. Он не хотел застрять в Туин-Фолсе из-за чужих проблем!

— Погодите, мэм! — Крис запнулся, потому что Мелисса вздрогнула от этого официального обращения. Но сделал вид, что не заметил ее реакции. — Выходит, второй — мистер Чарльз Гриффин. Он вас шантажирует?! — наконец догадался молодой человек.

— Слава Господу, что вы догадливы, мистер Бен-тон! И не просто шантажирует! Он требует, чтобы я вышла за него замуж, как только закончится траур. Мистер Гриффин намерен участвовать в выборах в городской совет, и шансов у него будет больше, если до этого он сделается респектабельным семьянином. И еще я должна уговорить вас немедленно покинуть Туин-Фолс. Иначе он обнародует эту фотографию!

— Вот как?! — подобного обращения с собой Кристиан не мог позволить, а тем более какому-то соглядатаю. — Ну, это мы еще посмотрим, кому положено, а кому не положено жить в Туин-Фолсе! Откуда он взялся, такой крутой и изворотливый?

— Я не знаю! — Взгляд Мелиссы снова стал затравленным. — Он всем представляется другом Бенджамина, но это неправда! Они никогда не дружили! Он пытался втереться в доверие к доктору. Но Бенджамин его не терпел, просто мирился с его существованием! У них много было разногласий. Что и понятно: доктор был заинтересован в том, чтобы люди были здоровы, а управляющий хотел выжать из рабочих все, что можно, не очень заботясь о состоянии их здоровья. После смерти мужа мистер Гриффин проявлял ко мне внимание, сочувствие. За это время я привыкла к нему. Тем более что он был всегда вежлив и предупредителен. До вчерашнего вечера. И это очень, очень странно. Он словно сошел с ума.

— Или открыл свое истинное лицо! Кристиан задумался. Мысленно он постарался связать два события: шантаж и разгром в его номере. Если бы там действовали Салливан Росс и Клод Паттерсон, то они были бы заодно. Но, судя по всему, одиночка нарвался на одиночку. Они поранили друг друга, хотя, скорее всего, не очень серьезно.

— Я не прошу от вас, мистер Бентон, немедленного согласия. Подумайте хорошенько и дайте ответ. А я завтра подготовлю документы у Джозефа Балларда. — Она говорила все медленнее, почти засыпая. Потом как-то привычно перебралась в кресло, свернулась в нем калачиком и буквально через минуту глубоко и ровно задышала.

Издалека снова послышался звон: колокол отбил три часа. А молодому человеку казалось, что разговор с Мелиссой длился не больше часа. Кристиан сидел и молча глядел на нее. Потом поднялся, взял Мелиссу на руки. Она показалась ему совсем легкой, точно девочка-подросток. Волосы касались его щеки. И неожиданно он зарылся лицом в эту золотисто-каштановую гриву.

Локоны, привычно стянутые в тугой пучок, пахли ромашкой. К этому аромату примешивался нежный, горьковатый запах лимона и миндаля. Кристиан шагал вверх по лестнице, голова Мелиссы покачивалась у него на плече, правая ее рука обнимала его за шею.

В спальне он откинул с постели одеяло, положил Мелиссу. Потом принялся расстегивать крючки на одежде. И почувствовал вдруг, что под платьем ничего нет. Пальцы Кристиана на миг замерли. Он отдернул руки, точно обжегся ее кожей — гладкой, атласной. Стянув платье, старательно укрыл Мелиссу теплым одеялом и подоткнул со всех сторон. И после этого начал осторожно вынимать шпильки из ее волос и аккуратно расправлять пряди поверх одеяла.

В окне уже занимался рассвет. Пробовали свои голоса его предвестники — ранние птахи. Кристиан сидел на краю кровати, склонив голову на подушку. Незнакомое чувство рождалось в его сердце — чувство щемящей нежности и сострадания.

Он поймал себя на желании зажечь лампу и посмотреть на обнаженную Мелиссу. Но яркий свет может разбудить ее. А если он не совладает с собой? И что тогда? Жить с постоянным ощущением своей вины, чувствовать себя подонком? А каково будет Мелиссе, которая и так настрадалась в своей жизни от человеческой подлости? Вполне возможно, она сойдет с ума, не выдержав очередного испытания. Именно такой последней каплей станет его исчезновение из города, когда он получит наконец свои деньги.

— Спи, Мелисса, спи, леди доктор! — Он улыбнулся, вспомнив, что так называл ее Джимми Янь. — Тебе необходимо отдохнуть! У тебя тяжелая работа. Но ты сильная, мужественная женщина и справишься со своими трудностями!

Он осторожно поцеловал ее в лоб. Волна тепла прошла по животу, поднялась к груди. Кристиана качнуло. Дыхание стало прерывистым и горячим. Он чувствовал, как все тело наливается жаром.

Молодой человек постоял еще немного, поправил одеяло на крепко спящей женщине и вышел из спальни. Захватив в коридоре куртку, прошел на кухню. Огонь в плите давно прогорел. Кристиан вымыл посуду, вытер стол. Потом потушил огонь в лампе и открыл дверь.

Прохладный ветер ворвался в помещение, рванул занавески на окнах, освежил разгоряченное лицо и шею. Кристиан постоял на крыльце, медленно приходя в себя. Ему очень хотелось вернуться назад. В тепло и уют дома, к горячей постели молодой, обольстительной, но перенесшей столько испытаний одинокой женщине. Сейчас он остро осознал, что нужен ей! В их встрече и разговоре явно не хватало завершенности! И от этого он чувствовал неудовлетворение. Господи, что он делает? Зачем упускает то, что само идет в руки? Но он справился с искушением. Резко захлопнул входную дверь, на которой автоматически защелкнулся замок. Пути назад не было.

Натягивая куртку, он ощутил смешанные ароматы ромашки, лимона и миндаля, которыми пропахла его теплая фланелевая рубашка. И снова горячая волна прокатилась от живота до груди. Это была волна желания. Желания обладать этой женщиной. Нянчить, точно ребенка в своих объятиях.

Целовать шею, грудь, шелковистую кожу на бедрах. Утолять сокровенные желания Мелиссы.

Чувство сожаления о годах, проведенных без этой женщины, угнетало. Радость от обретения ее любви придавала сил. Кристиан, сам того не замечая, улыбался.

В том, что она влюблена в него, он был уверен. И так, как ни одна женщина на свете не любила Кристиана. Он знал это потому, что Мелисса доверилась ему. Даже уснула, интуитивно чувствуя, что он не воспользуется ее беззащитностью. Не обманет ее доверия. И не только одно отчаяние толкнуло ее на сегодняшнее признание. Этим признанием Мелисса затронула в его душе ту струнку, затронуть которую дано не каждой женщине. Сейчас он гордился тем, что «леди доктор» открылась ему и дала возможность почувствовать себя настоящим мужчиной, ответственным за любящую женщину. Он чувствовал, что как-то странно перерождается. Несмотря на собственное сопротивление.