Спецотдел-3 - Андрей Волковский

предупредить, чтоб сделал вид, что не знает тебя. Сначала идут Ольф и Макс, через пять минут заходишь ты, Вика. Действуйте по обстановке.

Информатор Макса опоздал всего на пять минут. Нервничал меньше, чем утром: то ли не умел долго волноваться, то ли верил в «спецов», то ли успел расслабиться — Егор почувствовал слабый запах алкоголя, исходящий от парня.

— Привет! Вы готовы? Я вот да! — улыбка у Ольфа была широкая и несколько кривая.

Парня быстро просветили насчёт изменения планов в виде Вики, тот заверил, что всё понял, и через пару минут они с Максом отправились в кафе. Вскоре к ним присоединилась Вика.

Азамат молчал, пристально глядя на украшенную незнакомой Егору птицей вывеску и красно-белую дверь. Начиная с двадцати двух ноль-ноль, в кафе один за другим зашли десяток парней и столько же девушек. Может, там новогодняя тусовка. А может, загадочное собеседование.

Егор никогда не верил в предчувствия, но сейчас ему отчётливо казалось, что затеянное Радковскими никому, кроме них самих, не понравится. Ему уж точно.

Вика прислала сообщение:

«Защита есть, существ не вижу. Макс и Ольф тут».

Минут через десять от неё пришло новое сообщение:

«К ним подошёл мужчина, разговаривает с О. До того говорил с другим парнем и девушкой».

Вопреки недобрым ожиданиям, Макс, Вика и Ольф благополучно вернулись в машину через тридцать четыре минуты.

— Эх, отказали мне… — вздыхал информатор в салоне «форда». — А я бы на эти тыщи потусил!..

На лице парня отчётливо читались сожаление и досада: мол, не надо было никому ничего говорить.

— А вдруг там, таки, секта? — хмыкнул Макс.

— Думаешь? — тут же насторожился Ольф.

— Уверен, там что-то нечисто, — развёл руками Кошкин. — Так что ты молодец, что мне рассказал. А деньги и в другом месте можно заработать. Главное — ты сам жив и здоров.

Парень задумался, потом кивнул со словами:

— Знаешь, ты, наверное, прав. Побегу к Саванне салаты доедать и всякие вкусняхи!

— Салаты, надеюсь, не с новогодней ночи?

— Не, у неё вчера днюха была. Ладно, пока, народ!

Когда Ольф умчался на остановку, Егор спросил:

— Итак, что там?

— Со стороны — ничего подозрительного, — сказала Вика. — Просто некий, скажем так, работодатель отбирает подходящих кандидатов. Да, все симпатичные, молодые и видящие.

— Но само по себе это не преступление, — кивнул Аз.

— А вот вблизи ситуация чуть более настораживающая, — подал голос Макс. — Мне показалось, что этот «работодатель» меня раскусил. Во всяком случае, с нами он был очень вежлив и очень неконкретен: вакансия уже занята, простите за неудобства, спасибо, что пришли. С другими он общался заметно дольше.

Егор глянул на Вику, та кивнула, подтверждая слова Макса.

— Отслеживаем ситуацию по городу. Криминальные сводки, наши вызовы, информацию от «частников». Лучше зря быть настороже к следующим выходным, чем зря не быть.

6 января

Звонок с неизвестного номера раздался в семь. Егор сначала насторожился: так рано не звонят с хорошими новостями, потом решил, что, возможно, это всего лишь мошенники, сумевшие обойти «Антиспам».

Колебания промелькнули за пару секунд, затем он принял звонок:

— Брянцев, слушаю.

— Оставь это дело. Не суйся, куда не просят. Отвали. Понял?

Первым порывом было спросить, кто это. Но вряд ли на этот вопрос ему внятно ответят.

— Какое дело? — сухо уточнил Егор.

— Сам знаешь. Оставь, идиот. Не лезь.

— А то — что?

— А то пожалеешь!

Звонок прервался.

Если кто-то правда хотел, чтоб Егор бросил расследование, то этот кто-то выбрал худшую тактику. Вот теперь-то он от этого дела точно не отстанет. Ни за что.

Бой без правил. Часть 2

8 января

— Радковский… — протянул Аз, потягиваясь: они с Максом уже третий час изучали отчёты о сверхъестественных происшествиях за зиму. — Почему эта фамилия мне кажется знакомой?

Максим потёр глаза и задумчиво отозвался:

— Помнишь, позапрошлым летом был инцидент с ловцом душ? Он на квартиру Бьёрна напал?

— О, нам тогда ещё человека привезли с куском кожи в татуировках, да? Конечно, помню! — оживился Аз.

— Вот как раз тот человек упоминал Радковского. Правда, насколько помню, не Германа…

Егор тоже вспомнил дело с ловцом душ — надо будет поискать информацию.

Общие сведения о Радковском Егор уже собрал: Герман — младший сын Михаила Радковского, крупного предпринимателя, ныне покойного. Пару лет назад перебрался из столицы сюда: то ли присматривать за племянником, то ли расширять отцовский бизнес, то ли ещё зачем. Формально нигде не работает. Не женат, детей нет.

— Поспрашиваю про ловца душ: вдруг что интересное всплывёт? — предложил Аз.

— Мы можем у «частников» разузнать, что говорят об этих Радковских, — внёс своё предложение Макс.

Вика кивнула.

— Действуйте, — разрешил Егор. — Только аккуратно.

10 января

Дни, на которые запланирована загадочная «оргия», у Б-пять были нерабочими, однако никто не стал возражать против работы не по графику, и Егор договорился поменяться с Л-четыре. Иваныч тоже возражений не имел: в курс дела его ввели, и начальство велело пристально следить за ситуацией и не лезть на рожон без подкрепления.

Однако привлечь дополнительные силы Иваныч не позволил:

— На каком основании, Егор? Что у тебя есть на Радковского? Ничего! Значит, следить за ним нельзя. Что ты знаешь о мероприятии, которое предположительно — повторяю: предположительно! — состоится сегодня или завтра? Ничего. Может, там и правда оргия! Или к Старому Новому году люди готовятся. Мне Герман Радковский тоже не по душе. И если он что нарушит, то тут мы его возьмём без проволочек. Ни деньги ему не помогут, ни связи. Но пока его ни на чём не поймали, сиди тихо. Ты меня понял, Егор?

Что тут оставалось делать? Только кивнуть.

Через десять минут после утренней планёрки Б-пять отправили на улицу Звёздную: поступил вызов от бдительной гражданки по поводу большого мышанника. Однако побегать за мышанником не пришлось: приехав по нужному адресу, «спецы» обнаружили «частника» Руслана, испачканного меловой пылью, сажей и опилками.

— Если вы за здоровенным вредным «грызуном», то изгнание мы с Бьёрном уже провели, — развёл руками парень.

— Вы-то тут откуда? — слегка удивился Макс.

— Позвонила женщина, которой Бьёрн когда-то помог, сказала, что тут рыщет «злая