Моя любимая ошибка - Нора Робертс

— Стрелять в человека? Нет. Но подозреваю, если бы я и ответила утвердительно, это стало бы поводом для новых вопросов.

— Вы правы. Так смогли бы вы убить человека?

— Да, смогла бы. — Она выждала мгновение. — Почему не спрашиваете, откуда мне это известно?

– Нет необходимости. Не осталось ли у вас маминого пирога? И, не дожидаясь очередного вопроса, я отвечу: мы оба продемонстрировали великолепную стрельбу и имеем право открыть бутылочку вина и выпить по бокалу, закусив пирогом.

— Вино — просто уловка.

— В некотором роде, но ведь вино достойное.

Эбигейл отметила, что Брукс унаследовал от матери обаяние и, возможно, ее умение добиваться своей цели. Причин для отказа не было, так как она находила Брукса привлекательным мужчиной. Гормоны отреагировали на его приятную внешность, фигуру, манеру поведения и даже на голос. Что ж, это вполне естественно.

— Признаюсь, мне не хватило сил доесть пирог. Слишком большой для одного человека.

— Нельзя допустить, чтобы он испортился.

Эбигейл сложила защитные очки и наушники на скамейку.

— Хорошо, можете выпить вина с пирогом, но заниматься с вами сексом я не стану.

— Вы раните мои чувства.

— И в мыслях не было. — Решив расставить все по местам, Эбигейл направилась к дому. — Вообще-то мне нравится секс.

— Вот видите, мы открываем в себе много общего, а если так пойдет и дальше, через недельку станем лучшими друзьями.

— Если бы я хотела завести друзей, вступила бы в местный клуб любителей чтения.

— Я тоже люблю читать, что является еще одним звеном, которое нас объединяет, — парировал Брукс, с удовольствием отмечая, что Эбигейл держится уже не так напряженно, и искренне радуясь ее сарказму. — Но мы, кажется, обсуждали вопросы секса.

— Половой акт — нормальное физиологическое явление, доставляющее удовольствие.

— И опять наши мнения совпадают.

Вынув ключи, она отперла дверь и, зайдя в дом, переустановила сигнализацию.

— Возможно, вы находите меня в определенном смысле физически привлекательной.

— Абсолютно во всех смыслах.

— И поэтому пришли сюда с бутылкой вина. Что ж, бокал вина я с вами выпью, а сексом заниматься не стану.

— Договорились. — Радуясь переменам в поведении Эбигейл, Брукс последовал за ней на кухню. — А есть для отказа какая-либо конкретная веская причина, кроме той, что мы пока не отведали вместе пирога?

— Вы задаете слишком много вопросов, и необходимость отвечать на них действует на нервы и утомляет.

— Будь проклято мое любопытство. Господи, Эбигейл, неужели вы улыбнулись?

— Просто непроизвольная гримаса.

— Шутите. Вы сейчас готовы в любую минуту надеть карнавальную шляпу и пуститься в пляс на столе.

— Вы весельчак, в отличие от меня, и я способна оценить человека с природным чувством юмора. — Она сняла куртку и, открыв дверь в комнату, которая, вероятно, служила хозяйственным помещением, повесила ее на крючок. — Вы не урод и к тому же хорошо сложены, а я предпочитаю заниматься сексом с физически крепкими мужчинами.

Эбигейл достала штопор и, не дав Бруксу опомнится, ловко откупорила бутыль с вином. «Эх, неловко получилось!» — упрекнул он себя за нерасторопность.

— Значит, на данный момент моим единственным недостатком является природная любознательность? — поинтересовался он.

— Имеются и другие. Например, обаяние. Вы в курсе, что привязанность к человеку может доставить массу неприятных ощущений? Например, когда я больше не захочу заниматься с вами сексом.

— А с чего вы решили, что не захотите?

Она достала два бокала, миниатюрные тарелочки и вилки.

— Закон средних чисел.

— Ах, вон оно что. Вот мы и нашли первое отличие между нами: я его не признаю.

— Многим людям так кажется. Только незнание законов математики не освобождает от ответственности и не соответствует действительности. — Эбигейл наполнила бокалы и устремила на Брукса изучающий взгляд. — Знаете, мне нравится ваш нос.

— Эбигейл, вы очаровательны! Чем же вам приглянулся мой нос?

— Он сломан, и отсутствие симметрии придает лицу своеобразие и делает его более интересным. Люблю оригинальные лица.

— И все равно не оставляете мне надежды на секс?

Эбигейл снова улыбнулась, на сей раз широко и от души.

— Полагаю, у вас имеются запасные варианты.

— Верно. И каждый раз пытаюсь им всучить свой номер телефона, как случилось в магазине деликатесов. — Брукс дождался, когда она достанет пирог. — А хотите знать, почему я не собираюсь заниматься с вами сексом?

Он видел, что озадачил Эбигейл, возбудил в ней любопытство.

— Да, пожалуй.

— Вы красивы, прелестно выглядите и подходите мне физически. И так на меня смотрите, будто хотите прочесть все тайные мысли. Не знаю почему, но это страшно возбуждает. А еще вам нужна помощь.

— Не хочу я никакой помощи.

— Я и не говорю, что хотите. Вы нуждаетесь в помощи и защите, а я питаю слабость к людям, которым требуется поддержка. Мне симпатичен ваш пес, несмотря на то что он не менее опасен, чем «Глок», что у вас в кобуре. Нравится ваша манера разговаривать, будто вы всегда чем-то недовольны. И очень хочется ощутить вкус ваших губ. Это желание сильнее, чем я думал… И все же…

С нарочито печальным вздохом Брукс воздел руки к потолку, а потом бессильно уронил.

— Вам не удастся отвертеться. Я никогда не перестану задавать вопросы, в этом-то и загвоздка. А поскольку я мужчина и готов на секс с женщиной, которой не противен, хочется узнать ее поближе. Скажем, вместе поужинать, приятно побеседовать и тому подобное.

— Назначить свидание. Только я на свидания не хожу.

— Ну, этим вы меня не удивили. Мы уже успели пострелять вместе по мишеням, приятно побеседовать и обменяться мнениями. А вот теперь собираемся разделить трапезу с пирогом и вином. Еще немного, и можно назвать наше общение свиданием.

— Это не свидание. — Эбигейл бросила в сторону Брукса смущенный взгляд.

— По-вашему, может, и нет. — Он нацелил на Эбигейл вилку с наколотым на нее куском пирога. — А у меня на этот счет свое мнение, и единственное, что останавливает от секса с вами, — моя осторожность. С этим можно справиться, и когда я решу, что это больше не является проблемой, единственное, что будет нужно для секса, — это ваше желание.

— Которого у меня нет. Так что, если желаете продолжить беседу, давайте сменим тему. Это не провокация, — поспешно добавила она, спохватившись, что ее слова могут быть истолкованы неправильно. — Я не хотела вас провоцировать.

— Ясно, что не хотели, однако ощутимо повеяло тонким ароматом интриги, и он такой соблазнительный. Словно черничный пирог.