Zona Incognita - Вольнов

Но вызов брошен. Тонкий намёк на толстые обстоятельства понят. Перчатка поднята.

3

— Здравствуй, подруга. Ты неси, неси свои волны в иллюзорное будущее, а я пока на бережку постою и выговорюсь. Накопилось, знаешь... Меня всё больше беспокоит одна проблема. Я ощущаю чей-то неослабевающий интерес к действиям моего напарника. Он его тоже почуял, говорит, что давно испытывает ощущение пристального взгляда в затылок. А теперь начал обнаруживать и более материальные признаки чьей-то слежки за собой... Я проанализировала все имеющиеся сведения, покопалась в доступных обработке массивах памяти и вынуждена сделать обескураживающий вывод. Этот упорный интерес к эволю-циям и эскападам странного многоликого сталкера, возникающего то там, то тут, исходит из совершенно неизвестного мне источника. Не от каких-либо сил извне меня, не от научных либо военных структур, не от спецслужб людей и не от каких-либо других элементов человечества. Узконаправленное воздействие природных сил на моего напарника также не выявлено. Стихии планеты давят на меня комплексно, наступают по широкому фронту, но за отдельным человечком персонально не гоняются, для них слишком мал масштаб, именно поэтому я с успехом пользуюсь этим фактором неприметности моего верного рыцаря для нижнего врага... В этой связи мне пришлось допустить прискорбную версию, что моего Ланселота я сама же и преследую. Дикая я, того периода жизни, который мы с напарником для краткости именуем Зоной Сталкеров. Что уж греха таить, посылая любимого в рейды и рискуя им, я ведь не развлекаюсь, а воюю сама с собой. Со своим прошлым, с собственной дикостью. Так почему бы не допустить, что прошлое распознало происки и развязало ответную военную операцию? Пока что оно просто следит, любое наступление начинается с разведки... И это объяснение кажется мне вполне вероятным, хотя и достаточно неожиданным. Я отыскала в своих воспоминаниях подтверждения, что следит, следит на самом деле. Они разрозненные, и если не знать, что требуется выявить, ни за что не сопоставить и не увязать в единую систему. Я знала и потому увязала. За напарником по пятам крадётся некто другой, а точней, третий. Не эмиссар человечества и не орудие природных стихий... И что самое тревожное и озадачивающее, знаешь, подруга? След присутствия этого третьего я идентифицировала в своей памяти в разные годы моей жизни, будто этот следящий с самого начала наблюдал и выпасал моего любимого напарника. Я не знаю, как это расценить. Либо противников много, они передают слежку друг другу по эстафете, либо... этот соглядатай умеет перемещаться во времени и пространстве независимо от моего позволения, по своему желанию. Напарник-то в принципе перемещается моими стараниями. Я внедряю его в своё прошлое и в мгновение ока переношу с места на место. Веду его к цели за ручку, и без меня он не мог бы этого делать. А этот... гм... упорный преследователь... вполне может. Ещё и как может! Если допустить, повторяю, что моего рыцаря преследует один и тот же сталкер. Кто же он, кто? Неужели какой-то мой бывший напарник, которого я теперь совершенно не помню? Человек, подконтрольный мне в прошлом, точней, подконтрольный мне прошлой, дикой и необузданной. Или он вообще не причастен ко мне в любом из моих состояний и периодов? Тогда откуда он взялся, спрашивается? Неужели всё-таки не обошлось без происков пресловутых инопланетян... А может быть, я просто ещё не всё знаю о возможностях человеческого разума? Тогда объяснение находится куда ближе, чем кажется, только его суть ускользает от моего понимания.

Глава двенадцатая. Плоды трудов 1

Долго мучишься — обязательно что-нибудь да получится.

Уж кому-кому, а мне есть что и с чем сравнивать. Невооружённым глазом я замечаю прямые следствия моей беготни по разным периодам времени. В Зоне, во всей истории её существования, появились новые личности. Изменились названия. Артефактов, аномалий, даже некоторых группировок. «Животный мир» меняется порой до неузнаваемости; в таком-то году, например, вот эти и эти монстры уже шныряли повсюду, я же помню, а сейчас таких нет и в помине.

Некоторые изменения для меня самого достаточно неожиданны, ведь «селекцией» мутнообразных я начал заниматься недавно. Почему-то раньше заданий подобного рода от напарницы не получал... В результате всех этих запланированных коррекций существует высокая вероятность появления иных способов разрешения некоторых щекотливых проблем. Ключевых моментов и ситуаций в прошлом. В лично моей судьбе и в жизнях тех человеков, что могли повлиять на формирование меня. Вначале как сталкера и затем как ловчего желаний.

Верно сказано: «лучше перебдить, чем недоб-дить». Я должен проконтролировать некоторые моменты, чтобы реальность не «передумала». Если это случится, моя судьба вполне может фатально перевернуться с ног на голову и сложиться совершенно иначе.

Подстраховка в кубе — страховать того, кто страхует тебя самого, ещё «молодого».

Странные ощущения возникают, когда смотришь на себя со стороны. На себя, ещё недостаточно опытного, в чём-то наивного, набитого зонной романтикой и одновременно — настроенного слишком пофи-гистично, легковесно. Несмотря на то что уже понюхал пороху Зоны и на полном вперёд набирался уверенности в себе. Бр-р-р, аж дрожь пробирает!

А ведь я и тогда был хорош... Вспоминая первые проявления своей «просыпающейся» чуйки и других способностей, могу сравнить эти ощущения с теми, что возникали при первой влюблённости. Забывая обо всём на свете, полностью отдаёшься щемящей и сладкой, губительной напасти, которая словно ведёт тебя, направляет и велит, чем заниматься. Подсказывает, в каком направлении делать следующий шаг. Хотя не даёт никаких гарантий, что земля под ногами не провалится.

Ситуация — проблемней некуда. Но в любом случае главное — не позволить себя обнаружить. Не позволить им обоим, ни тому, ни другому. Пока вроде бы ничего не изменилось. Будущий старший напарник крадётся за мной, молодым, и глаз не сводит с меня-молодого. Посмотрим, как всё пойдёт дальше. Дай Зона, сегодня я просто в экскурсию схожу, прогуляюсь, как по музею, уставленному памятными весточками из моего прошлого.

Используя своё умение оставаться в тени, слежу за ними. Понимаю лишь теперь, настолько тяжело было учителю вести меня. Блин, и зачем он тогда всё настолько усложнил! Могли ведь сразу потолковать, всё равно ведь я его потом раскусил. Ладно, что было, то было, видать, так суждено. Главное, уберечь это хрупкое звено цепочки моей судьбы, ведущей к душе Зоны.

Вызывает улыбку и что-то вроде гордости неподдельное удивление наставника, наблюдающего, как я-молодой очищает себе дорогу. Словно невидимые руки, размахивающие впереди отряда, который я тогда возглавлял, отводят в стороны всяческую мутность. Мой незабвенный первый напарник не верит своим глазам, видя, как мы проходим между двумя, тремя, четырьмя аномалиями, расположенными впритык. Даже матёрые сталкеры так ходить не рискуют. И он сам не исключение. Он вынужденно теряет силы и время, бедняга, кружит и бегает в обходы, но всё-таки не упускает отряд, который я веду напролом...