Демоны - Джон Ширли

– Э… да, многие люди, видимо, думают, что это действительно было, в буквальном смысле, – но ведь нет никаких видеоматериалов, где были бы засняты настоящие демоны. Когда все это происходило, я видел несколько клипов – но они все были какие-то размытые… Через некоторое время их прекратили показывать. Мне всегда было интересно, что сталось с этими материалами.

– А ты знаешь, сколько пленки было тогда отснято? Слишком много, чтобы всю ее найти и стереть. И однако все, кто заявлял, что у них есть домашние видеозаписи демонов или записи выпусков новостей, где они фигурировали, – пленки всех этих людей оказались стертыми. Цифровые записи тоже были уничтожены. Значит… значит, они лгали.

– Но прежде всего откуда могли возникнуть видеоматериалы о галлюцинациях?

– Их и не было. Были пленки с записями людей, охваченных галлюцинациями, беснующихся, убивающих друг друга, некоторые из них были в причудливых костюмах. Многие из них обладали исключительной силой – побочный эффект наркотика.

– Костюмы. Да, я видел кое-что из этого – целые демонстрации людей в самодельных костюмах демонов, с раскрашенными телами…

– Совершенно верно. Это была массовая истерия, еще более подогретая убийствами. Некоторые люди поддались ей, некоторые нет. Пленки были конфискованы, направлены на исследование правительственными экспертами. Как бы то ни было, террористическая группировка была уничтожена, так что мы имеем, что имеем.

– Ну что ж… – Стивен встал, решив, что интервью подошло к концу.

– Не торопись, сынок! Это не единственная причина, по которой ты находишься здесь! Мне просто было интересно, что ты думаешь обо всем этом. Нет-нет, нам нужно обсудить кое-что еще. Перед тобой открываются особые возможности.

Стивен снова сел, несколько неуклюже, с пересохшим ртом.

Вот оно, наконец.

– О тебе спрашивали, Стивен.

– Кто спрашивал?

– Это не то, что тебе нужно знать. Ты должен был спросить, почему о тебе спрашивали – это гораздо более важно.

«Разве?» – подумал Стивен. Какой-то инстинкт самосохранения насторожился в нем.

– Да, – продолжал Уиндерсон, возможно, разгадав выражение сомнения на лице Стивена. – Да… Почему именно ты? – вот вопрос. Потому, видимо, что ты – tabula rasa [43]. У тебя есть особые качества… – Казалось, он думал вслух. – И я могу только завидовать тебе… хотя… – Он пожал плечами, затем повернулся к устройству громкой связи и нажал кнопку. – Латилла?

Он выпрямился. В комнату через боковую дверь поспешно вошла пожилая женщина в серовато-синем костюме. Женщина из сна Стивена.

– Мне нужно сделать несколько звонков. Проводи Стивена к его счастливой возможности, Латилла, – сказал Уиндерсон. – Я буду поблизости.

Дверь в задней стене фешенебельного офиса открывалась на лестницу: пыльную лестницу, спиралью взбиравшуюся вверх.

С бешено стучащим сердцем Стивен обнаружил, что идет вслед за Латиллой, в точности так, как шел вслед за ней в своем сне, хотя во сне она была одета по-другому. Пока они поднимались, она не говорила ничего, лишь что-то немелодично напевала себе под нос, пока они не подошли к узкой площадке и двери.

Она положила руку на дверную ручку. Стивен почувствовал звон в ушах, как при гипервентиляции. Лица в лохани.

Она насмешливо взглянула на него.

– Вы хорошо себя чувствуете, мистер Искерот?

Она произносила его имя почти как «Искэррот». Ему захотелось поправить ее, сказать, что это должно звучать скорее как «Искерот».

Нет. Было кое-что другое, что было гораздо более важно сказать: «Не ведите меня в эту комнату!»

– Д-да… да, я… но, пожалуй, и действительно, я… – Он хотел сказать, что был не тем человеком, который им нужен. Но ведь предполагалось, что он не знает, что там такое.

Она слегка качнула головой, выражая озадаченное нетерпение, повернула ручку и вошла в комнату, держа дверь открытой перед ним.

За дверью был еще один короткий коридорчик, ведущий в маленький офис, в котором едва помещались пять рабочих мест.

Стивен огляделся. «Это обычный офис!» Он поежился.

У него кружилась голова от облегчения. Его сон был всего лишь сном. Он осторожно выдохнул, несколько расслабившись.

Кабинки, в которых были установлены столы с компьютерами, не были привычными взгляду кубиками – хотя они так же были разделены белыми звуконепроницаемыми перегородками, их форма была странной, почти треугольной, углом к посетителю, так что сидящий за компьютером оператор располагался за своим столом спиной к центру комнаты, где стояли Стивен и Латилла. Окон в комнате не было; тихая неопределенная музыка в стиле «нью-эйдж» сочилась из скрытых динамиков. К ним присоединился шестой человек, улыбка которого чем-то напоминала музыку. Это был бледный человек с высоким лбом и тонкими губами, в белом лабораторном халате. В руке он держал цифровой блокнот.

– Это Г. Д. – Гаррисон Дин, – сказала Латилла, сжав плечо Дина с такой силой, что тот поморщился.

Г. Д. прищурился на Стивена.

– А это?

– Да, это он, – подтвердила Латилла.

– Да неужели! И мы с ним уже скоро начнем?

– Вначале были запланированы, э-э… небольшие полевые работы. Ты же знаешь, как Дейл любит делать дела.

– Полевые работы? – Г. Д. в замешательстве посмотрел на нее. Потом на него, казалось, снизошло озарение. – Ах да, конечно…

– Я тут пока что немного плаваю, – произнес Стивен, пытаясь скрыть смехом свое смятение. У него было такое ощущение, словно эти двое скрывали какой-то сюрприз и пытались говорить об этом так, чтобы не дать ему ключа.

– Г. Д. – сын Джорджа Дина, – сказала Латилла, словно это все объясняло. – Джордж основал психономику.

– Психономику… – Стивен не мог заставить себя признаться, что не знает, что это такое.

Латилла улыбнулась.

– Психономика – это наука об использовании психической силы в бизнесе, что, в свою очередь, усиливает твое психическое влияние на окружающий мир. Если, конечно, тебе удается развить свои способности к психономике.

Стивен был не уверен, что правильно расслышал. Она действительно говорила о психике?

– То есть эта комната предназначена для… психономических занятий? – спросил Стивен.

Гораздо сильнее ему хотелось спросить: «Где здесь туалет?» Ему было отчаянно необходимо облегчиться. Но почему-то ему казалось, что это не совсем удобный момент для такого вопроса.

– Д-да, – неопределенно протянул Г. Д. – Посмотрите на Эла, он за третьим столом. Кажется, он сегодня в ударе.

Они подошли поближе и остановились за спиной долговязого сутулого человека с редеющими каштановыми волосами, склонившегося к плоскому экрану мониторa. Он пристально вглядывался в экран. Клавиатуры перед ним не было.