Возрождение феода - Дмитрий Дорничев

смог перевести наиболее важные части. В записях упоминается место встречи к западу от крапивных дебрей.

— Значит в конце концов старый Книгочей знает, о чем говорит? — Пятый глаз был удивлён.

— Я бы попросил, чтобы ты пошел вперед и поглядел нет ли шанса заставить их капитана сдаться Хору. Они нападут, лишь завидев банды Хора, но возможно одумаются, взглянув тебе в лицо.

— Я знаю эту область и предлагаю выдвигаться немедленно! Хочу скорее оказаться подальше от этого смердящего лагеря! — Сказал Лантри.

— Значит ты хочешь пойти с нами? — Удивился Мирослав.

— Я встречала книгочеев столь же беспощадных как закаленные головорезы, верховодящие бандами. Они прикидываются трусливыми книжниками, так что не дай себя одурачить. — Раздался голос Фуги, впившейся взглядом в Лантри.

— В твоем возрасте весьма умно подозревать что-то подобное. Но я не на стороне клятвопреступников, если ты об этом. Они принудили меня работать на них, но любви к себе не вызывали. Я не собираюсь вступать в Хор и Опальным также меня не получить. Однако я все равно считаю себя смиренным слугой Кайроса в империи Владыки.

— За годы, что я был Книгочеем, я научился защищать себя. Мы не всё время проводим, переплетая книги и зарисовывая дикую природу. Многие века мы вели холодную войну со Школой Приливов и Школой Дикой Ярости. Не получится путешествовать так долго, как это делаю я, если ты не знаешь танца бронзы.

— Хех, хорошо старик ты можешь последовать за мной. — Рассмеявшись сказал Мирослав, глядя на необычные движения, что продемонстрировал Книгочей. Его оружием было острое как нож перо, а не меч или кинжал.

— Я знаю, что могу показаться слабым и хилым, но я знаю, как ступать легко и как не дать себя убить. Я не стану тебе обузой, веди и просто скажи если я могу быть чем-то полезен.

— Мы закончили? Тогда шагом марш в Крапивные Дебри. Если твой новый домашний любимец не выдержит дороги, я оторву ему уши! — Фуга явно была недовольна присоединению к команде старого умника. Старики в хоре всегда были балластом, как правило их использовали как живой щит.

— Хех, ты не насытилась предыдущей битвой? — Сказал Мирослав, смотря на трупы побежденных хоровцев, сразу после боя Фуга без зазрения совести обчистила их карманы и сняла всё хорошее снаряжение. Подходящее одела, остальное быстренько обменяла на кольца.

— Я… я просто хочу увеличить наши шансы на выживание, времени ведь совсем мало осталось… — Опустив голову сказала Фуга тихим голосом.

— Хорошо! Тогда в путь! — Хохоча сказал Мирослав и после недолгих сборов отряд двинулся в путь. До дебрей был долгий путь пешком, в этом мире люди почем то не особо пользуются лошадьми, даже торговцы сами тащат тележки с товаром. Время медленно шло, а команда из четырёх человек шла по грунтовой дороге.

Глава 15

Отряд шел в Крапивные Дебри шел пешком и весьма долго, дороги были плохими, лошадьми никто не пользовался. Да и неизвестно существуют ли они в мире Тирании…

— Барик, если это не очень личный вопрос, но почему ты так выглядишь? — Спросил Лантри с любопытством осматривая Брика с ног до головы, он долго терпел и его любопытство взяло вверх.

— Этот доспех — это символ воли Кайроса, один из тех, которые я никогда не забуду. Я нашел этот доспех… или лучше сказать он нашел меня, во время эдикта Бурь.

— Тот самый который был провозглашен в Оплоте? — Широко раскрыв глаза спросил Лантри, в ответ Барик лишь кивнул.

— Когда мы услышали, что Кайрос провозгласит эдикт, то помчались сражаться с силами Оплота. Я бился плечом к плечу с несколькими выдающимися бойцами и гордость делала меня слепым к опасности.

— Поход был стремителен. Во второй год войны сгинула целая когорта Опальных и среди них была дочь Грэйвена Аше. Вестей долго не было, а затем мы узнали, что её удерживают в Твердыне Часовых.

— Когда мы окружили цитадель, я услышал первые раскаты грома, а затем подобно лавине ударил ветер… Многие из нас просили Кайроса об избавлении… что нам еще оставалось?

— Наше наступление провалилось из-ща налетевшего ветра. Закаленные войной воины, призванные мною в битву, были сметены и разбиты, а доспехи их и тела ветер в бешеном круговороте смешал с грязью. — Барик изливал душу, но вдруг голос Лантри прервал его.

— Какого хрена ты именно сейчас решило пересохнуть… да и еще в компании выживших после эдикта… вот дерьмо!!! — Лантри стряхивал перо и с силой надавливал им на пергамент, умоляя его начать писать.

— … — Барик немного помолчал, глядя на Лантри, но решил продолжить, потому как видел, что Вершителю тоже интересна эта история, даже Фуга, которая не подавала виду, навострила ушки.

— От стен цитадели отломился кусок и едва не проломил мне череп. Мои воспоминания бессвязны: рвущие мою плоть летающие куски бронзы и железа, отрезанные конечности павших, выделывающие в воздухе кульбиты…

— Очнувшись в конце концов, я решил, что застрял под обломками. Но лишь поднявшись, сгибаясь под собственным весом, я понял, что действительно по-настоящему застрял в этой груде железа.

— Ты же пытался его снять? — На этот раз спросил Мирослав.

— Раньше я пробовал… Однажды один зверолюд тянул меня за шлем, а другой за сапоги, как видите у них не получилось. Ребята в фаланге получили массу удовольствия изыскивая способ освободить меня…

— Со временем я устал от этих попыток. Иногда я даже боюсь, что, сняв доспех, я вроде как усомнюсь в Кайросе и схлопочу серьезное проклятие.

— Зато теперь ты почти не убиваем, о таком мечтают все в хоре! — Сказала Фуга.

— С другой стороны твой дружок также закован в доспехи… — В ответ Барик лишь раздраженно вздохнул, он уже смирился с тем, что никогда не станет отцом.

— А что с дочерью Аше? — Поинтересовался Мирослав.

— Она в ловушке в Твердыне Часовых, вместе с солдатами она заперта бурей Кайроса. Никто не может пробиться сквозь бурю, Аше потерял множество солдат пытаясь спасти её, но безуспешно…

— Стоп! — Резко махнув рукой, Мирослав остановил отряд, а следующим движением топора остановил стрелу, летящую в Лантри.

— К бою! — Крикнул Вершитель и в следующее мгновенье из леса посыпались враги.

— За Ярусы!

— За