Опасные любовные связи - Ким Болдуин

Домино не могла не отметить, сколько провокации было в этом движении.

– Разуйся и устраивайся на диване, я сейчас к тебе… присоединюсь, – бросила Хэйли, и исчезла в кухне.

– Ты говорила очень возбужденно о своем сюжете, когда я тебе позвонила, – громко произнесла Домино. – Я так поняла, что твои зацепки сработали?

Хэйли вернулась в гостиную – в одной руке стакан воды, в другой бокал с янтарной жидкостью и льдом. Домино заметила, как Хэйли изменилась в лице, когда разговор зашел о Васкезе. Хэйли молча подала стакан Домино, поставила бокал на стол и прошла к окну. Она смотрела на улицу, повернувшись к Домино спиной.

– Все в порядке?

– Ну, не совсем… Сюжет… у меня была зацепка – бывший коп. Хороший источник сведений. Я только начала с ним работать, на самом деле, получать информацию, когда мы с ним на днях встретились. Но не успела я увидеться с ним еще раз, как он погиб в автокатастрофе.

– Какая жалость. Я вижу, как ты переживаешь. Вы были близко знакомы, да?

– Не то чтобы. Но он оказался хорошим парнем. Меня волнует, что его смерть вовсе не кажется несчастным случаем, – Хэйли задернула занавески и села рядом с Домино на диван.

– Какой сумбур. С чего ты взяла, что это было неслучайно?

Хэйли поджала губы.

– Ну, сюжет такой… как его продвинуть? Вообще-то, потенциально мощный сюжет, с возможными опасными последствиями для серьезных людей. И, я полагаю, что имеющие к этому отношение криминальные авторитеты узнали, о чем мы говорили, и заставили его замолчать.

Хэйли сделала глоток из бокала, рука ее дрогнула.

– Это значит, что ты в опасности? Ты сообщила в полицию? – спросила Домино, как раз, когда полицейская сирена за окном стала слышна отчетливее. Взволнованная, Хэйли подбежала к окну и выглянула, когда сирена стала затихать.

– Я не могу пойти в полицию… все слишком сложно. И я не знаю наверняка, угрожает ли мне что-нибудь, но, думаю, да, – сказала она, вернувшись на диван.

Пауза затянулась.

– Он посоветовал мне быть осторожной. И… и я уже натерпелась страха от таких вещей. Хотя ничего серьезного, – солгала Хэйли, и, вымучив улыбку, сделала большой глоток из своего бокала. – Ты помогла мне развеяться сегодня, хотя я все еще, как на иголках. Не могу выкинуть все это из головы.

– О каком страхе ты говоришь?

Хэйли откинула голову, коснувшись затылком спинки дивана и закрыла глаза.

– Лука, я не хочу больше говорить об этом. Это… было жутко, и эти плохие воспоминания еще слишком свежи. Если я буду слишком много об этом думать, я потеряю сон.

– Ладно, пока оставим это, но ты же знаешь, что я здесь, чтобы у тебя была возможность выговориться. Это иногда помогает. А если ты решишь все же пойти в полицию, я буду рада сопроводить тебя и поддержать, – Домино начала нежно разминать шею и плечи Хэйли. Та вздохнула, принимая ласку.

– Знаешь, что от этого поможет? – спросила она, не открывая глаза, после долгой паузы. Домино уже думала, что Хэйли задремала.

– Что же?

– Оставайся со мной на ночь, – она медленно подняла голову, и посмотрела на Домино из-под полуприкрытых век. – Мне сейчас так нужно, чтобы кто-то был рядом. Я сегодня не выдержу спать в одиночестве. Я знаю, что ты не хочешь торопить события, но я обещаю вести себя хорошо. Я даже могу положить тебя в спальне, а сама лечь на диване, если хочешь.

Несмотря на то, что Хэйли хотела, чтобы это прозвучало непринужденно, Домино чувствовала ее страх, слышала его запах, – этот навык был у нее очень хорошо развит. Ей всегда нравилось знать, что цель испытывает страх. Но только не сейчас. Она знала, что в голове Хэйли проносятся воспоминания о том, как ее прижали к кровати Васкеза, держа пистолет у головы.

– Конечно, я останусь. Не могу видеть тебя такой напуганной.

– Я не напуганная. Просто немного… нервная, – сказала Хэйли. – Думаю, в твоем присутствии я смогу расслабиться. С тобой так спокойно. С тобой я всегда чувствую себя в безопасности.

Домино не потеряла самообладания и чувства юмора:

– Тогда дай мне подушку и простынку, – ответила она. – Потому что я настаиваю на том, чтобы лечь тут, и никаких возражений. Иди баиньки. Уже поздно, а тебе, насколько я знаю, завтра рано вставать на работу.

– Ну, правда…

– Диван, или ничего, – настаивала Домино.

Хэйли улыбнулась ей, и та увидела, как беспокойство начинает уступать место растерянной расслабленности в глазах Хэйли.

– Сейчас принесу.

Глава семнадцатая

То, что Лука осталась у нее на ночь, помогло Хэйли расслабиться, и она даже подремала немного. Но сон ее был беспокойным, и в два часа ночи она была на ногах, и думала о самом лучшем способе отвлечься от терзавших ее мыслей. А сексуальная женщина, так необходимая для этого, спала в соседней комнате. Воспоминания о том, как ощущались поцелуи в шею, подаренные Лукой, когда они были в кино, согревали Хэйли изнутри.

Внезапно она услышала разговор… нет, это был не разговор – Лука кричала что-то, только нельзя было разобрать слова. Хэйли вскочила и побежала в гостиную.

Лука лежала на диване, раскинув руки. Ее мучили кошмары. Невозможно было понять, что она говорила, но на лице ее было страшное огорчение. Хэйли подошла поближе и заметила, что Лука не разделась и даже не разулась. Она не постелила простыни, не взяла подушку – все это лежало нетронутым, сложенным на журнальном столике.

Кто же спит в сапогах? Почему Лука не могла полностью расслабиться? Привычка ли это, или она так сделала только потому, что была в чужом доме, и могла быть в любой момент застигнута неизвестной опасностью?

Хэйли нагнулась, чтобы присесть на краешек дивана, и нежно разбудить Луку, но та молниеносно вскочила, проснувшись. Быстро, слишком быстро проснулась. Секундой позже и Хэйли вскочила на ноги, вот они уже стояли друг против друга, но автоматически выставленный вперед локоть Домино на какие-то доли секунд завис в опасной близости от горла Хэйли.

Та и испугаться не успела. Но она начала постепенно догадываться, что за секреты скрывала Лука за сдержанными манерами, молниеносными рефлексами и умелым увиливанием от личных вопросов.

Домино стояла в полутьме, ее глаза привыкали к отсутствию освещения, а в голове был еще полный беспорядок от осознания того, что она сейчас едва не сделала.

– Черт, Хэйли. Я тебя чуть не уб… не ударила, – сказала она дрожащим голосом, забираясь на диван. Домино пыталась успокоить бешено колотящееся сердце.

– Это было невероятно, – Хэйли помотала головой. – Никогда не видела, чтобы люди так быстро просыпались. Так быстро реагировали и двигались. Как солдат в одиночном окопе. Боже, Лука! Ты хоть когда-нибудь позволяешь себе отключиться? Что это с тобой?